Безмолвные клятвы (ЛП) - Аймэ Уильямс

из моих кошмаров. Тщательно подобранная мебель Елены отодвинута, создавая линии обзора для каждого входа. Её коллекция модных фотографий — оригиналы, с подписями — криво висела на стенах, испорченные пулевыми отверстиями. А в центре всего этого — Джонни Калабрезе, развалившийся в её любимом кресле, пока пистолет лениво нацелен на голову моей лучшей подруги.

Он уже был не такой опрятный, как на моей свадьбе. Обвал в тоннеле оставил свой след: глубокий порез над глазом и то, как он держался за левую сторону. Но его улыбка блистала, как бритва, обещая красивое насилие.

— Белла, — с трудом произнесла Елена сквозь разбитые губы. Даже связанная и истекающая кровью, она сохраняла светскую выдержку. — Прости. Он сказал, что просто хочет поговорить, и я...

— Заткнись, — Джонни сильнее прижал пистолет к её виску. — Ну и ну. Художница стала солдатом. Кстати, мне нравится костюм. Ну прямо донна.

— Отпусти её, Джонни, — Я держала голос ровным, так, как слышала от Маттео бесчисленное количество раз. Словно обсуждала погоду, а не жизнь и смерть. — Она не имеет к этому отношения.

— О, имеет, — Его улыбка расширилась, обнажая слишком много зубов. — Видишь ли, я узнал кое-что о тебе, Белла ДеЛука. Ты не похожа на Софию — слабую, ведомую. Нет, ты гораздо интереснее. — Он обошёл кресло Елены, как акула, почуявшая кровь. — Ты действительно любишь его.

— Дело не в Маттео, — сказала я.

— Дело всегда в Маттео, — Джонни двинулся за стул Елены, используя её как щит. Умно. Он знал, что я не рискну попасть в неё. — Он забрал у меня всё. Территорию моей семьи, мой шанс на власть, даже Софию. А теперь? Теперь я заберу всё у него. Начиная с тебя.

— Ты уже пытался, — Я сделала осторожный шаг вперёд, фиксируя детали глазами художника, но с намерением убийцы. Расстояние до стула Елены. Направление пистолета Джонни. То, как его ранения влияли на равновесие. — Как тебе обвал тоннеля?

Его красивое лицо потемнело от ярости. Капля пота скатилась по виску, несмотря на нормальную температуру в квартире. Возможно, ломка. Кокаиновая зависимость семьи Калабрезе давно не секрет.

— Храбрая маленькая художница. Но ты совершила одну ошибку, — Пистолет сместился с Елены на меня, и я заметила, как его рука слегка дрожит. — Ты пришла одна.

Я встретилась с Еленой взглядом. Она едва заметно кивнула.

— Уверен? — спросила я.

Слова едва успели слететь с губ, как я начала действовать. Кинжал Софии скользнул в мою руку, словно был создан для неё и изумруды ловили свет, пока он летел. Глаза Джонни расширились на долю секунды, прежде чем лезвие вонзилось в его плечо — не смертельный удар, но этого достаточно, чтобы заставить его отшатнуться с проклятиямм.

— Давай! — закричала я и всё произошло одновременно.

Елена откинулась в сторону — точно как мы планировали, когда я поймала её взгляд, — как раз в тот момент, когда люди Маттео ворвались через окна и двери. Звук разбитого стекла пролился дождём, словно смертоносная музыка, но я не стояла на месте.

Люди Джонни материализовались из дверных проёмов и из-за мебели, их автоматы наполнили безупречную квартиру Елены оглушительным громом. Я нырнула за опрокинутый мраморный обеденный стол, как раз когда пули выбили осколки по его краю. Итальянский камень, которым Елена так гордилась, теперь стал моим щитом.

— Убейте всех! — Голос Джонни поднялся над стрельбой, напряжённый от боли и ярости. — Но шлюху ДеЛука оставьте мне!

Я рискнула выглянуть из-за края стола. Сквозь пороховой дым и летящие обломки я высчитала позиции: двое мужчин у кухни, ещё один возле ванной, сам Джонни использовал дизайнерский книжный шкаф Елены для прикрытия. Голос отца звучал в моей голове: “Рассматривай всё поле битвы, bella mia. Находи их слабые места».

Мужчина появился слева от меня, думая, что застал меня врасплох. Но меня учили лучшие. Я перекатилась, когда он выстрелил, а Louboutins нашли опору на залитом кровью мраморном полу Елены. Мой пистолет, казалось, вынулся сам, мышечная память взяла верх. Два выстрела — один в колено, другой в плечо. Не смертельно, но эффективно. Как учил меня Папа.

— Белла, ложись! — Голос Антонио прорезал хаос.

Я мгновенно упала, пули обстреляли место, где мгновения назад была моя голова. Ваза, которая, вероятно, стоила дороже моей старой машины, взорвалась прямо надо мной, осыпая хрусталём и розами. Запах любимых цветов Елены смешался с кордитом и кровью.

— Девчонку! — крикнул Джонни и я увидела, как двое его людей двинулись к Елене, всё ещё привязанной к опрокинутому стулу.

— Ни за что, — Я поднялась, стреляя и попала одному в бедро. Другой рухнул, когда выстрел Антонио попал ему в грудь. Но отвлечение дорого мне обошлось: Джонни воспользовался моментом, чтобы подобраться ближе.

Его кулак ударил мне в челюсть, заставляя отшатнуться. Пистолет вылетел из руки, скользя под импортный шведский диван Елены. Но мой отец учил меня не только стрелять — он учил меня драться. Я использовала спотыкание, как инерцию, оборачивая вес Джонни против него самого. Мой локоть нашёл его горло, когда я развернулась, выбивая воздух из его лёгких.

— Неплохо, маленькая художница, — прохрипел он, кровь из раны на плече заливала костюм от кутюр. — Но всё равно недостаточно.

Он снова ринулся на меня, но его замедляли ранения. Я видела, как он придерживает левый бок — повреждение от обвала в тоннеле, которое не успело зажить. Мой следующий удар ногой пришёлся по этому слабому месту, заставляя его согнуться. Но Джонни Калабрезе пережил слишком много, чтобы вот так легко умереть. Его рука сомкнулась вокруг моей лодыжки, выводя из равновесия.

Мы рухнули вместе, катясь по испорченному полу Елены, пока люди Маттео вступали в бой с последним подкреплением Джонни. Моя голова ударилась о что-то твёрдое — вероятно, о тот самый мраморный стол, который спас мою жизнь. Звёзды взорвались перед моими глазами, когда руки Джонни нашли мою шею.

— Я буду наслаждаться этим, — прорычал он, его красивое лицо исказилось ненавистью. — Заставлю его смотреть, как жизнь уходит из твоих красивых глаз. Прямо как и с Софией...

Имя мёртвой жены Маттео превратилось в бульканье. Потому что Джонни совершил ту же ошибку, что и другие: он недооценил меня. Запасной пистолет, прикреплённый к бедру, незаметно скользнул в руку. Дуло уперлось ему под подбородок, глаза расширялись от удивления.

— Я не София, — сказала я чётко, убедившись, что он слышит каждое слово. — И никогда не была Софией.

Выстрел отдался эхом в внезапно притихшей квартире. Тело Джонни безвольно упало