Плен. Коварство фандов. Книга 2 - Кристина Нордис

Однако из туманной зоны вампиры уже вышли и Арслад открыл портал к одному из входов в светлую империю.

Не так давно Академия Боевой Магии охраняла этот вход от проникновения темных. Много лет подряд они служили светлой империи и верили, что Эллар это далеко не вся империя, но в последнее время все перевернулось с ног на голову.

Легко преодолев портал, так как в Сером мире просто некому за всем следить, хотя насчет Ледяной ведьмы Арслад сильно сомневался, казалось эта полуживая дама знала почти все, они вышли у обычного серого дома и он осторожно приоткрыл дверь.

Кто как не сам Арслад знал сколько ловушек простых и магических тут понавешено! После небольшой заминки они осторожно вошли.

Кто знает, может имперцы уже понаставили своих "сигналок"? Но нет, осторожно преодолевая препятствия они свободно проникли в империю, а потом бежали по лесу напрямик и через потайной ход вошли... В пустую академию.

Магические кристаллы в кабинете ректора показали все предшествующие события.

Глубокие морщины легли на лоб Арслада.

- Опоздал..., - безжизненно прошептал он и вздохнул, приводя в порядок мысли.

Его предали, растоптали более чем.

Арман молчал.

Бывший, уже можно сказать бывший... ректор открыл бар, достал красный коньяк дорого и редкого сорта, наполнил бокалы себе и другу. Сел в кресло, пил и рассматривал пустой кабинет.

Память вампира - очень точная вещь, в отличии от людской, не позволяет ничего забыть. И это при их долгой жизни почти проклятье. У старых вампиров эмоции остаются где-то в прошлом, уступая место душевным шрамам, делающим сердце все грубее. Но то, что имелось когда вампир обладал этими эмоциями, для него всегда остается настоящей ценностью. Согревает и ранит сердце вечно.

Однако недаром замок Монтури - это здание академии. Построенное еще дедом по матери, вампиром Диором Верель Каронским, выпив вино Арслад поднялся. 

- Идем, - пригласил Армана в потайной ход.

- Арслад, постой. Я знаю твое доверие вершит чудеса, но хочу чтобы ты знал. После войны я останусь у темных, - остановил Арман, - ты уверен, что хочешь показать мне это? - он кивнул на потайной ход.

- Это неважно где ты будешь, я был здесь лишь ради детей, - сказал Арслад.

Он еле держался чтобы не выть, не швырять посуду в стену, не думать обо всем, испытывая боль.  Не бежать обратно к темным и не умолять Владыку пощадить глупых юнцов, похватавших мечи против демонов, потому как даже один на один его недоученные студенты не справятся, то есть их также кинул Эллар, как и прочее "мясо". 

- Это надо прекратить, - сказал Арслад.

- Я сам, - ответил Арман.

Они спустились еще ниже по винтовой лестнице и попали в коридор. Пройдя немного Арслад вошел в круглую комнату с ритуальным камнем.

- Ого, не знал что нечто такое может существовать в академии! - усмехнулся Арман. 

Он вообще старался вывести Арслада на разговор, потому как не стоит все держать в себе, так можно и обезуметь. Слетевший с катушек вампир - это страшно и одновременно печально, потому что такого непременно убьют.

Арслад подошел к стене и провел рукой. Тут же обнаружилось семь ниш.  В каждой находился сосуд, и  только один из них горел зеленым светом.

- Лиррей Делакон, - произнес Арслад имя друга, - остальные живы.

Он коснулся зеленого сосуда.

- Подожди немного, я воскрешу тебя.

- Что я должен сделать? - спросил Арман.

- С чем?

- Что я должен сделать, чтобы ты смог воскресить и меня?

- А, это. Зачем тебе? Всего навсего завещать мне душу. Я демон Смерти, ее слуга, ты же знаешь. Ты и так почти бессмертен, но еще имеешь шансы на перерождение, а потом их не будет. Это навечно, пока жив род Саахи, а потом просто станешь слугой Смерти. И не факт, что мои потомки в будущем будут лояльными, кто знает какую работу придется выполнять. Перерождение это не так уж и плохо.

-Потом это будет потом, а сейчас мы должны победить. Я завещаю  тебе душу, что я должен сделать? 

- Пролей кровь на алтарь, прочитай заклинание и наполни кровью сосуд. Добровольно. 

Арман так и сделал.  Слова древней клятвы сами высветились кровью на камне и уже он не мог остановиться.

- Только я не обещаю тебе воскрешение в прежнем теле, у Лира видимо тело сожгли. Впрочем не стоит об этом беспокоиться, Смерть подыщет ему подходящее. 

Но Арман прочитал все заклинания и не мог остановиться, даже если бы очень захотел. 

По окончании клятвы на камне возник длинный вытянутый сосуд, он полоснул вену и читал загорающиеся руны дальше. Кровь наполнила сосуд до краев, он протянул это Арсладу. 

- Я принимаю твою клятву, Аратар, - сказал Арслад нарекая душу друга и порезал свою руку, закупоривая сосуд своей кровью. 

Едва были произнесены последние слова, Арман упал без чувств.

Арслад аккуратно поставил его кровь в новую образовавшуюся нишу. Мало кто знал об этом месте. Но и оно сущуствовало в подпространственном кармане, лишь внешне казалось соприкасается с академией. Сюда мог попасть только он сам. Арслад уложил тело друга на алтарь. Теперь в распоряжении оказалось безвольное тело и как некромант Арслад испытывал радость, свойственную сумасшедшим ученым, которые будут восторгаться шестой ногой блохи.

Он сорвал с него одежду и разрисовал тело своей кровью.  Полностью, от пяток до макушки. 

Теперь даже умерев, душа Армана превращалась в зерно цветка Саахи, сохраняя при этом все способности и магию друга. Вопрос лишь в том в какое тело его подселить. После смерти этого тела. Если в оставшееся без души, Арман восстановится полностью, а если к душе, как это сделала Тейши, то лишь наполовину и память вторая останется недоступна. Зато потом у нее будет две души, которые та сможет воскресить из одной погибшей, и обе будут иметь схожие способности. 

Но Арслад не собирался предавать или манипулировать Арманом, хотя теперь он имел полную власть, а просто принял заклинания и ждал пока проснется друг. 

А Лиррею они тело подыщут, Смерть подскажет.  На этот раз Арслад хотел живое тело, потому как в прошлый раз он лишь спас Лира, но тот остался в своем теле. И кем бы ни был подходящий труп, после подсадки души Лира, он станет вампиром. Лиррей не потеряет ни грамма силы, а только приобретет новое.

Арман проспал до рассвета следующего дня, знаки на коже впитались и он