Темный бог академии - София Руд

Дэм с ним не согласен — это легко читается по ухмылке, возникшей в левом уголке его губ. Однако спорить не спешит. Прищуривается, глядя на меня. Будто мысли пытается прочесть. А затем все же решает поспорить.

— Не ты ли сказал, что у нее хорошие ум и смекалка? Да и наблюдала Яра поболее всякого из нас, — Дэм удивляет своими словами, а затем кидает мне вызов. — Ну что, попробуешь внести свою лепту, ромашка?

Еще и ромашкой называет! Однако едва вспыхнувшая злость отступает. Кажется, он не собирается загонять меня в угол. Он опять помогает, хоть и грубо. Вопрос: зачем?

Неважно, свой шанс доказать пользу я не упущу. Даже если ошибусь — приобрету опыт. Потому, пока Ранд не успел отобрать этот шанс, а он, кажется, собрался, заявляю:

— В книгах сказано, что мелкие демоны в отличие от высших не умеют прятать свою ауру и приобретать человеческий облик. Если бы здесь промышлял такой демон, то кто-нибудь из команды учуял бы его остаточную магию, так ведь? — спрашиваю остальных.

А затем неровно отсчитываю секунды тишины, повисшие после моего вопроса.

— Город большой. Мы могли его просто не столкнуться с ним, — резонно отвечает Нотт.

— Но путь к гостевому дому лежал через одну из отметок на карте, — подмечает Бьянка.

— Хочешь сказать, дело в высшем демоне? — хмурится Нотт. — Тогда почему половина города ходят унылыми и чувствуют опустошение? Высшему демону не нужны людские эмоции.

И все они опять косятся в мою сторону. Что ж, я заварила, мне и расхлебывать.

— Возможно, все дело в тех блюдцах? — делаю предположение.

— Блюдцах? — не понимает меня Бьянка.

— Яра имеет в виду коммуникаторы, — поясняют Ранд и Дэмиан хором.

Кидают друг в друга подозрительные взгляды, но Дэм ведет бровью, будто бы говоря: «Разве это не задача группы, разобраться в происходящем?» Ранд проглатывает, а Дэмиан поднимается с дивана, занимает место за столом напротив меня.

— Продолжишь? — спрашивает меня.

— По пути сюда я заметила, что люди даже сидя за одним столом не обзаются друг с другом. Они все сидят в… коммуникаторах.

— И что с того? — недоумевает Нотт.

— Если вспомнить по какой причине король запретил распространение этих артефактов за пределами городов-артефактов, то все станет ясно. Человек нужен настоящий человек. Местные жители заменили жизнь на иллюзию, и от этого ощущают опустошение, — истолковывает куратор.

— То есть исчезновение людей в городе и отсутствие радости никак не связаны? — подытоживает Бьянка.

Ранд однозначно кивает, а Дэмиан решает дополнить:

— Ставлю на то, что здесь орудует два демона. За исчезновением людей стоит высший. И жертв он выбирает не просто так. Все либо инженеры, либо те, кто обладает важной информацией по артефакторным разработкам. На окраине, возможно, орудует низший. Там больше прочего жалоб на опустошение, да и крестьяне вряд ли находят время на использование коммуникаторов. Что касается обычных горожан, думаю предположение Яры правильно, дело в замене настоящих эмоций искусственными, — добавляет он и кидает в мою сторону взгляд.

В уголках рта вновь появляется эта странная, одобрительная улыбка. А у меня вновь вопрос: что именно он задумал и какого демона его водит из стороны в сторону?

— По какую именно окраину ты говоришь, Дэмиан? — уточняет Ранд и просит Бьянку подать карту.

Но в этот самый момент за тонкими дверями раздается шум, грохот, а затем и требовательный возглас:

— Пусти! Камертон видишь, тупая твоя голова? Я хочу увидеть своих!

Глава 45

Чужак

— Остановитесь вы, ради богини! Сначала я должен о вас доложить! — раздается отчаянный вопль в ответ.

Но мужчина все равно прорывается. Двери комнаты распахиваются, и на пороге появляется… нечто. Молодой мужчина лет двадцати с длинными огненными волосами. В одной руке камертон, в другой — хлыст. А одет он…

Он почти не одет — в один только спальных белых шароварах, которые сползли ниже пояса, и распахнутом халате.

— Оу, а вы не из Песков! — выдает незнакомец, то ли скалясь, то ли нервно улыбаясь всем нам.

— Простите! Он так неожиданно появился, — влетает следом мужчина в одеянии местной обслуги и кланяется Ранду.

Куратор не обращает внимания на слугу, внимательно оглядывает вторженца, пока тот изучает всех нас. Кажется, Бьянка ему пришлась по вкусу. На ней он заострил внимание, а затем — на Дэмиане. И куда более сильное.

— И как это понимать? — строго спрашивает Ранд у незнакомца.

— Вы из академии центральных равнин⁈ — рыжий запросто определяет нас по боевой униформе и плащам.

— Может, сначала представитесь? — говорит ему Ранд.

Дэмиан быстрым движением руки кидает гостю одну из разноцветных лент, которыми украшена комната — будто тут молодоженов ждали, а не заклинателей.

Незнакомец ловит, даже не глядя, а затем кидает непонимающий взгляд в Дэма.

— Халат завяжи. Здесь присутствуют леди, — приказывает наследник.

Рыжий, хотя ему скорее подойдет определение огненный, растерянно кидает взгляд на Бьянку, на меня и краснеет.

— Не подумал. Сильно спешил, — оправдывается он.

Быстро завязывает халат. Да и вообще ведет себя весьма дружелюбно, без пафоса, хотя одежда на нем явно дорогая — шелковая.

— Так кто вы? Зачем подняли шум? — возвращается к разговору куратор.

— Максимилиан Фогус. Шел в центральную академию для перевода, остановился в городе на ночь, услышал про демонов и решил задержаться, — сообщает он, и все притихают, включая меня.

Девять фамилий Святых нас заставляли учить, как молитвы. И Фогус была восьмой в списке.

— Младший брат Баруса? — прищуривается Ранд.

— Именно! — кивает рыжий. — Я не так хорош, как старший брат, и совсем не наследник, но вы могли обо мне слышать!

Чуть ли не хвастается Максимилиан. И теперь его поведение тянет на десятилетнего мальчишку. И улыбка такая же простая, открытая, озорная.

Не думала, что выходцы из родов Святых могут выглядеть как нормальные люди, без надменности и пафоса.

— Я слышал, — поднимается с места Дэм и протягивает огненному руку.

— О! Дэмиан Сэйхар! Прости, что сразу не признал! — радостно принимает рукопожатие огненный.

Непонятно, то ли он так сильно радуется, то ли уже нервничает.

— Ты сказал, что расследовал дело. Узнал что-то важное? — расспрашивает Дэм.

Но парень такой запыхавшийся, что Ранд