Академия тайных даров. Преданная смерти - Дана Данберг

Но никто на меня нападать, похоже, не собирался, хотя место было самое подходящее.

Еще я заметила в нашей группе какое-то нездоровое оживление, но значения не придала. Наверняка на предыдущем занятии что-то случилось – я не вслушивалась. Когда народ так себя ведет, значит либо кто-то кому-то лицо поправил, либо сделал пакость, либо просто накосячил. И не похоже, что это меня как-то касается.

А вот во время обеда произошло странное: зона отчуждения вокруг нашего столика исчезла. Соседние столы тоже заняли. Нет, с нами никто не начал общаться, но создавалась устойчивое впечатление, что бойкоту дали отбой. Ну или ослабили его условия.

В целом, я знала, что народ не очень доволен. И дело не в том, что парням так уж хочется поболтать с нами, такими красивыми. Хотя это вполне объяснимо, но слишком мелко. Просто этот перформанс создавал неудобства не только нам, но и им. Да, мы оккупировали в столовой один из столов, но это значило, что кому-то посадочных мест не достанется, потому что вокруг нас четыре стола оставались свободными. А вытеснить нас никто не решался, потому что были уверены – мы пойдем жаловаться. И, кстати, пошли бы.

– А знаешь, – Алина наклонилась ко мне, когда мы сели с подносами, – парни из моей группы сегодня со мной разговаривали. Да, только по делу, ну, что касается занятий, но все же в молчанку больше не играли.

Я только неопределенно кивнула. Слова соседки только подтвердили мои собственные наблюдения. Но вот реакция Зои мне была непонятна. Она, услышав это, просто отвернулась, но у нее было какое-то странное выражение лица. Я честно говоря даже не очень понимаю, что оно выражало, но вряд ли что-то приятное. И даже непонятно, к чему это относилось. Впрочем, спрашивать я не стала, потому что знала, что она не ответит, отмахнется. Все же она какая-то скользкая, как змея, хотя делает вид, что просто тихоня и стесняшка.

– А ты что? – спросила я, впрочем, без всякого интереса. Хотя ответ Алины меня, признаться, удивил.

– Как что? Проигнорировала, конечно! – усмехнулась девушка.

– Чего так?

– А я себя не на помойке нашла, чтобы по первому свистку бежать. Снизошли они до меня, спасибо большое!

– Так-то в твоих словах есть резон, – задумалась я. – Но в то же время они не виноваты и первыми пошли на контакт. Мне кажется, это что-то да значит.

– Не-е-ет, общение со мной нужно заслужить.

– Ну, твое дело.

– А ты что, так и стала с ними говорить?

– А со мной-то как раз никто не заговаривал, – пожала плечами я. – А с тобой, Зои?

И вот опять это странное выражение лица, будто промелькнувшую усмешку она пытается скрыть какой-то другой маской.

– Нет, не говорили, – ответила та, а я отчетливо поняла – соврала. Причем, это ощущение было настолько ясным, что я догадалась – сработали зачатки моей ментальной магии. Но зачем врать? В этом же вопросе нет ничего такого. Впрочем, выяснять я не стала – не мое дело, но все же что-то она мутит. Но у меня, честно говоря, было полно своих проблем и я не хотела еще и в этом разбираться.

Теперь понятно, что за оживление царило в нашей группе. Парни на меня поглядывали, но не подходили. Я же думала о том, как поступить, если подойдут. Сама я точно им навязываться не буду, но если заговорят, то сделать вид, что ничего не было или поступить так же, как Алина? И в том, и в другом варианте был свой резон, но оба они мне не нравились.

В итоге я решила, что как только со мной заговорят, я сделаю то, что делала до этого – буду вести себя как заносчивая стерва. Разговаривать я буду, но сделаю все, чтобы они поняли всю глубину своего падения. И не из природной злобности, потому что я понимаю, что они ничего не могли сделать, а просто потому, что не могу поступить иначе, перестану себя уважать.

Кстати, как-то быстро они бойкот отменили, буквально, по щелчку пальцев. И ведь совсем недавно об этом говорили. Неужели наш разговор с Каином мог повлиять? Не знаю, не знаю, но что-то мне кажется, что вряд ли. Мы ничего такого не обсуждали с ним, да и мне, в целом, было все равно, что кто-то со мной не разговаривает. Если мне понадобится, я донесу свою точку зрения, а если кто-то не сможет мне ответить из-за дурацкого бойкота, то сам виноват.

Но все же, что поменялось? Куратор этой шайки передумал? Или, может, на академическое начальство надавили чьи-то родичи? Но это вряд ли. Я не жаловалась, Алина не из влиятельной семьи, пусть и аристократической, а Зои – вообще никто.

Впрочем, к вечеру я узнала, в чем было дело. Ректор вернулся из столицы, а почему-то при нем творить безобразия не решались. Очень странно и очень интересно. По всему выходит, что главный босс нашей банды ректора если не боится, то опасается. Но тогда почему ректор не навел порядок в своем заведении? Все просто – его должность больше политическая, он не вникает в учебный процесс и больше времени проводит в столице. А бойкот эксперимента королевы – это политический скандал, а из-за этого ректор готов уничтожить любого, кто встанет у него на пути или подорвет репутацию вверенного ему предприятия. По крайней мере, такой вывод я сделала из этой информации.

Откуда я все это узнала? А я маме позвонила и все рассказала. Я решила на всякий случай держать ее в курсе. В итоге, через полчаса маман мне перезвонила и выложила все расклады. Боюсь даже представить, кого ей пришлось пытать, чтобы всю эту информацию выведать. Где она только нашла тех, кто все это знает, да еще за столь ограниченное время?

Нет, что бы я иногда про маму не думала, но она гений. В своей области, но гений!

Но из этого можно сделать еще один вывод: бойкот отменили бы так и так, но им пришлось действовать быстро, потому что,