Сто шагов к вечности. Книга - 2 - Наталья Горячева

— Это мне? — засмеялся Эмиль, показывая на цветы.

— Извини, брат, но нет, это твоей очаровательной невесте, — Вильем протянул букет мне: — Ну, здравствуй, сестрёнка. Поздравляю вас, будьте счастливы. Спасибо тебе, Наташа, ты подарила Эмилю вторую жизнь, я никогда этого не забуду.

Я смущённо взяла букет.

— Спасибо, Вильем. Мы с Эмилем взаимно подарили вторую жизнь друг другу, он недавно спас мне жизнь, да он тебе сам расскажет потом.

Эмиль тем временем принимал поздравления от Эрика.

— Эмиль, ты стал немного старше выглядеть, но я рад за тебя, выглядишь замечательно, вот что делает с нами любовь! Невеста у тебя просто супер, — он подмигнул ему и поднял вверх большой палец.

— Я знаю, брат, она просто чудо! — ответил Эмиль.

Эрик достал из машины второй букет цветов и преподнёс мне.

— Поздравляю, Наташа, — поцеловав меня в щёку.

Братья, шумя, направились в беседку, наперебой рассказывая друг другу новости, а я пошла, ставить цветы в вазы. Мне сегодня предстояло готовить ужин, на троих взрослых лелей, и я заодно зашла на кухню проверить запас еды.

Гости прибывали. Ещё через день приехали Аврора и Фрейя, со своими мужьями и дочками. Встреча была очень тёплой, и даже Фрейя, относившаяся ко мне когда-то прохладно, проявила неслыханное дружелюбие, целуя и обнимая меня. Дом наполнился шумом и гамом! Муж Авроры — Святослав Лебедев, оказался сдержанным и серьёзным лелем. Он галантно поцеловал мне руку и слегка улыбнулся краешком губ.

— Поздравляю, Наташа.

Дочь Авроры — Сунна, девочка пяти лет, очень была похожа на Аврору, те же глаза, и та же бесподобная улыбка, как у мамы. Она держала в руках небольшую коробочку, и когда я подошла к ней, протянула её мне:

— Это вам, Наташа, — сказал ребёнок ангельским голосом.

— Спасибо, милая, — поблагодарила её и развязала ленточку. В коробке лежала маленькая кукла, мастерски вылепленная из воска и раскрашенная цветными красками, на кукле, вдобавок, было надето свадебное платье и фата.

— Это я сама сделала, — заявила она.

— Ты, сама? — удивилась. Маленькая лада кивнула.

Подошёл Эмиль и заглянул мне через плечо, разглядывая куклу.

— Неплохо, Сунна, молодец!

— Но, как такое возможно, девочке всего пять лет, такого и взрослый человек бы не сделал! — поражалась я.

Эмиль усмехнулся.

— Человек может и не сделал бы. Но у нас весь народ очень талантлив, и дети не исключение, дорогая.

— Поразительно! — восхищалась я, а Сунна довольно улыбалась, что подарок мне очень понравился.

Муж Фрейи — Артур Вяземский, подвёл ко мне свою дочь.

— Теперь наша очередь дарить подарок, ну, малышка, давай, — подтолкнул он Лизу ко мне.

Она протянула мне точно такую же коробку.

— Это вам, — и застеснявшись, спряталась за спину отца.

— О, благодарю вас, мадемуазель! — в коробке была ещё одна кукла, сделанная из воска, но это уже был лель, в чёрном костюме и бабочке. — Ты тоже сама это сделала? — спросила я у Лизы. Она кивнула и засмеялась, заливаясь звонким колокольчиком.

— Действительно, одарённые дети! — не сдержалась я от очередной похвалы. Две фигурки кукол олицетворяли нас с Эмилем, это я сразу поняла, поэтому предложила водрузить их на свадебный торт, который мы с Эмилем заказали накануне. Все согласились, одобрительно кивая.

Закипела работа, каждый занимался к подготовке свадьбы, и мы с Эмилем практически не общались, времени было в обрез. Позвонил отец, сообщив, что они с мамой едут на поезде к нам и к вечеру будут в Карелии, попросив встретить их, так как дорогу к дому Вильема они не знали. У нас с Эмилем появился шанс побыть наедине, пока мы едем до вокзала. Сообщив родным Эмиля о своём отъезде, мы на час раньше уехали встречать моих родителей. Эмиль заехал в небольшую рощицу и остановил машину.

— Ну, наконец-то, мы можем побыть наедине! — он притянул меня к себе, и посадил на колени, я положила голову на его плечо.

— Мы теперь даже спать не можем вместе, я скучаю, мне без тебя, Эмиль, трудно уснуть.

Он поцеловал меня в губы.

— Потерпи, милая, скоро всё закончится. Лучше не торопиться, ожидание лучше, чем сама действительность. Этот волнительный момент быстро пройдёт, и мы с ностальгией будем вспоминать о нашей свадьбе, — Эмиль ударил себя по лбу. — Детка, мы не купили ещё тебе платье! Как я мог забыть о нём?! Завтра же поедешь с Авророй в свадебный салон и выберешь всё, что тебе понравится, — он достал кредитную карточку и протянул мне: — Здесь много денег, не стесняйся, покупай всё, что захочешь.

— Эмиль, но у тебя тоже костюма нет. Может, съездим вместе?

— Завтра не могу, мы с братьями едем в деревню, заведующая столовой обещала нам в аренду дать столы и стулья, мы уже договорились. А ты тоже потом будешь занята, так что вдвоём съездить в город не получится, — он опять протянул мне карточку.

— Эмиль, мне как-то неудобно тратить твои деньги, может мы...

— Детка, ты выходишь за меня замуж, и мои деньги — это твои деньги теперь! Бессребреница ты моя! На, бери, — он сунул кредитку ко мне в сумочку.

— Я постараюсь немного потратить, — смущённо произнесла.

Эмиль засмеялся.

— Ну, что с тобой делать! Придётся просить Аврору, чтобы она проконтролировала тебя, а то вернёшься без платья и фаты, потому что они покажутся тебе слишком дорогими. Наташа, купи себе самое дорогое и роскошное платье, ни то гости подумают, что я экономлю на тебе, да и мне будет приятно. Детка, ну пожалуйста, ради меня, — он взял мою руку и поцеловал кончики пальцев.

— Ладно, обещаю, только ради тебя, без платья не вернусь, — решительно сказала я.

— Умница! — поцеловал Эмиль меня в губы.

— Эмиль, время, пора ехать, мы опаздываем, — спохватилась. Час пролетел как одна минута.

— Не волнуйся, милая, мы быстро домчим, — и машина рванула с места.

На вокзал мы приехали вовремя, как раз подходил поезд. Родители вышли из вагона, оглядываясь по сторонам, ища нас глазами.

— Мама, папа! — крикнула я им и помахала рукой.

Мы обнялись, а отец сдержанно пожал Эмилю руку. Мама же удостоила Эмиля, коротким «здрасте». Отец сел на переднее сиденье рядом с Эмилем, а мы с мамой забрались на заднее. Отец внимательно разглядывал спорткар, то и дело одобрительно кивая головой.

— Умеют же делать! Но беседа у них с Эмилем не клеилась, и причина тому была ясна.

Мама с опаской на него поглядывала, прижавшись ко мне, как будто мне грозила какая-то опасность, и она готова была защищать меня в любую минуту.

— Мам, расслабься, всё в порядке, — полушёпотом сказала я,