Бывший муж под елку - Инна Инфинити

- Нельзя, - отрезает. - Верхняя одежда, сумка и все гаджеты остаются здесь.

Я несколько секунд сомневаюсь. Не нравится мне это. Но в итоге решаю не спорить и не уходить. Снимаю пуховик, шапку, шарф. Вешаю на вешалку в указанный шкаф. Там же кладу на нижнюю полку сумку, в которой находится мобильный телефон и диктофон. Только достаю из нее блокнот и ручку.

- Это можно с собой взять? Если нельзя записывать на диктофон, то я буду записывать от руки.

Мужчина игнорирует мой вопрос и делает ко мне два шага. Оказывается вплотную.

- Поднимите руки, - приказывает.

Слушаюсь.

Он начинает меня обыскивать. У меня аж челюсть отвисает. Проходит своими лапищами по моей спине, животу, ногам. Просит разуться и заглядывает в сапоги. Затем быстро пролистывает блокнот и осматривает шариковую ручку.

- Я вас провожу, - выносит вердикт. - Блокнот и ручку можете взять.

Поежившись, направляюсь за мужчиной к лестнице. Обращаю внимание, что нет людей. Обычно если приходишь в центральный офис какого-нибудь банка, то там по коридорам снуют сотрудники в белых рубашках, бесконечно печатает принтер и работает аппарат с кофе. А здесь такая тишина, что от наших шагов звучит эхо.

СБшник провожает меня на последний третий этаж. Пройдя по пустому коридору почти до конца, он пару раз стучит в дверь и сразу открывает ее.

- Злата Сергеева из газеты, - представляет меня.

Меня здесь ждут трое мужчин. Все в костюмах и галстуках, но ни один из них мне заранее не нравится.

- Здравствуйте, Злата, - встает один мне навстречу. У него густые седые волосы и золотые часы на запястье. Это и есть вице-президент Мазаев? - Проходите, мы вас заждались.

СБшник уходит и захлопывает у меня за спиной дверь, отрезая возможность трусливо убежать

 Глава 60. Встречное предложение

- Злата, проходите, не стесняйтесь. Кофе? - приглашает меня жестом мужчина.

Он указывает рукой на кожаный диван, на котором сидит один из его коллег. Второй сидит в кресле, этот тоже встал с кресла. Посередине между ними длинный журнальный столик темно-коричневого цвета, на котором стоят их кружки с кофе и коробки с восточными сладостями. Мужчина прослеживает за моим взглядом.

- Я недавно из Турции, вы наверняка знаете, что у нашего банка есть связи с Турцией. Вот привез немного турецких сладостей. Злата, проходите, не стесняйтесь.

Я отмираю и делаю два шага к дивану. Сажусь на самый краешек.

- Будете чай или кофе? - снова спрашивает мужчина.

- Нет, спасибо, - выдавливаю из себя вежливую улыбку. - У меня не очень много времени. Мы можем перейти к сути нашей встречи? Вы ведь получили мой запрос?

Мужчина кивает и возвращается в свое кресло. Я открываю блокнот и беру в пальцы ручку.

- Вы мне не представились, - напоминаю.

- Ах да, простите. Я вице-президент Мазаев Владимир Иванович. Это, - указывает рукой на мужчину справа от меня на диване, - Королев Сергей Петрович, директор департамента по работе с юрлицами. Это, - показывает на другого мужчину в кресле, - Смирнов Василий Антонович, директор департамента по внешним связям.

Удивленно смотрю на Василия Антоновича. В этом банке есть пресс-служба? Тогда что же они такие закрытые и необщительные?

- Очень приятно. Я Злата Сергеева. Как вы уже знает, я готовлю расследование о финансовых махинациях в вашем банке. Мои источники в Центробанке рассказали, что недавно регулятор провел у вас проверку и выявил серьёзные нарушения. В частности, вы обслуживаете клиентов, которые выводят деньги в теневой оборот. В ближайшее время ЦБ может отозвать у вас лицензию…

- Злата, - перебивает меня Мазаев. Он слегка смеётся. - Вы профессиональный журналист, а верите каким-то слухам.

- У меня достоверные источники. Я видела результаты проверки ЦБ вашего банка.

- На заборе тоже много что написано.

Это манипуляция. Типичная манипуляция. Обвинить меня в том, что я верю каким-то слухам и анонимам. Мазаев далеко не первый, кто пытается проделать со мной такой трюк. Да и не только со мной. Многие мои коллеги журналисты сталкиваются с тем, что их начинают обвинять в распространении лживой информации от анонимов.

- Владимир Иванович, если вы уверены, что мои источники лгут, то вы можете опровергнуть их слова. Я приведу в статье ваш комментарий полностью. Для этого я к вам и пришла. Дайте мне официальный комментарий от банка. Комментарий «Информация не соответствует действительности» мне тоже подойдет.

Мазаев снова смеётся. Мне кажется, или у него нервный смех?

- Естественно, эта информация не соответствует действительности.

- Ну и прекрасно, я так и напишу в своей статье.

- Но раз информация не соответствует действительности, то зачем вообще выпускать такую статью? Зачем вы намеренно публикуете ложную информацию?

Ещё одна манипуляция, проходили уже. Вот только Мазаев сам не понимает, что сейчас не опровергает, а наоборот подтверждает слова моих источников. Раз Мазаеву так сильно не хочется, чтобы моя статья увидела свет, значит, источники в ЦБ рассказали мне правду.

- Вы не предоставили мне доказательства того, что мои источники сообщили ложную информацию, - выдавливаю из себя вежливую улыбку. - Пока только ваши слова против слов моих источников. Врать может кто угодно: как они, так и вы.

- А вы, не разобравшись, собираетесь это публиковать, - с укором.

- Почему же? Я разобралась. Я видела документы с результатами проверки вашего банка. Пресс-служба Центробанка официально подтвердила подлинность этих документов. От вас мне только нужен комментарий: правда это или не правда. Если не хотите комментировать, то я напишу, что вы отказались от комментариев.

- Злата, - подает голос пиарщик Василий Антонович, до этого молчавший. - У нас к вам встречное предложение.

О, а это моё любимое. Вы, пожалуйста, об этом не пишите, а мы вам взамен дадим другой эксклюзив. Но как правило, все это вранье. Они или предложат какую-то хрень, или будут кормить меня «завтраками», а в итоге сольются.

- Я не меняю свои эксклюзивы на другие темы.

- Мы предлагаем вам не другую тему.

- А что?

Третий мужчина, который сидит со мной на диване, кажется, его представили Сергеем Петровичем, берет из-за дивана черный кожаный портфель, расстегивает на нем молнию и бросает на журнальный столик пачку пятитысячных купюр. Она приземляется рядом с упаковкой турецкого рахат-лукума.

- Вот наше предложение, - поясняет. - Вы не выпускаете статью, взамен получаете это, - указывает глазами на