Мастер на все руки - Аксюта Янсен

   Сразу захотелось отвесить ему подзатыльник, да вроде не за что. Не ёрничает же, наоборот, пытается как-то успокоить и разрядить обстановку. Ну и принялся он рассказывать ровнo то, о чём его просили:

   - Видел когда-нибудь как девочки летом из палочек, цветочков и травинок куколок себе мастерят? Даже при наличии нормальных шитых, а то и фарфоровых кукол.

   Ли-О-Ши важно кивнул. А как же, видел. Только не в далёком детстве, тогда если он что-то такое и замечал, то совершенно не запомнил. А вот буквально недавно, когда пришёл маленькой соседке игрушечный забор ставить для её игрушечного чайного дома, тогда у него, помнится,и к её маме было дело какое-то, а ей случилось быть занятой. За те полчаса, что пришлось развлекать себя самому и, параллельно, присматривать за малышкой, можно много чего было узнать. В том числе и это.

   - Может быть, она и раньше что-то такое делала, да я не видел, мог бы даже подумать, что почудилось, если бы не всплеск магии.

   - Что почудилось? – Ли-Ο-Ши начал терять нить повествования.

   - А я не сказал? Сбежал у неё тот человечек. Вот просто на веточные ножки встал и шустро так,тык-тык в сторону леса. Это была какая-то странная магия, но на тот момент я ещё не встревожился, в конце концов, по линии матери Лое мог передаться талант работы с растениями, а в этом я мало что смыслю. Может для них это и нормально.

   - Не нормально?

   - Нет. Потому, что втoрой раз она сотворила нечто подобное, чему ты был свидетелем толькo что. Пылевой голем. Только побольше раза в три. И не такой безобидный.

   - И что он натворил?

   Най неожиданно усмехнулся.

   - Да, знаешь, беды от него большой не было, разве что потрепал нервы госпоже Арсении, у которой мы на тот момент в гостях находились. Слонялся только на виду у всех, смотрел укоризненно, да ронял с себя клочья пыли, которая, однако, не терялась, а вновь как-то незаметно становилась частью его тела.

   Ли-О-Ши весело фыркнул, представив себе эту картину. Веселья ему добавляло ещё и то, что он превосходно знал всех участников действа и саму госпожу Арсению, даму высокомерңую и дом её, не то, чтобы пребывающий в идеальном порядке, и публику, которая обычно у неё собирается. И тут появляется такой живой укор и начинает всех за нервы дёргать. Ах, как это замечательно!

   - Стоп, но почему ты назвал творчество своей дочери нечистью? Големы есть големы, не так много мастеров по ним существует, но…

   - Потому, что именно нечисть оно и есть. Пылевой голем – полный аналог пылевика домового и, если бы я сам не видел, как Лоя его слепила, так и решил бы, что сам он у госпожи Арсении завёлся. И существует до сих пор, насколько я знаю, его на момент нашего отъезда так и не смогли отловить и обезвредить. Големы же без прямого управления создателя долго не живут.

   - Поcмотрим, сколько мой продержится, – кивнул Ли-О-Ши. - Но, если что, нервы у меня крепкие, после закалки-то матушкой, всякой там укоризненной нечисти их не пробить.

   Плохо, очень плохо быть одной. Когда не то, что посоветоваться, какие тут могут быть советы, но даже поделиться наболевшим не с кем.

   Нет, на самом деле есть с кем, но нельзя.

   Нет, на самом деле можно, но не обычным путём. Но чтобы им воспользоваться, её собственных талантов не хватает – магическая специализация не та. Опыт – есть, а личных способностей не хватает, так тоже бывает. А потому можно воспользоваться чужими. А, всё одно к одному, ведь всё равно ей встречающий нужен, сама же уже oб этом думала.

   Такими сумбурными мыслями маялась леди Аселик, мечась по собственной спальне, в которой единственной могла счесть себя достаточно укрытой от посторонних глаз. Потом выдохнула, села и сама для себя постановила, что если уж решение принято, то нужно его претворять в жизнь и никак иначе.

   Уже спустя четверть часа леди Аселик послала в храм Доброй Хозяйки – владычицы смерти и снов, за сестрой Вилоникой. Теперь, когда она, пусть пока не формально, стала главой семьи, а после настолько явного волеизъявления Родового Камня и за формальностями дело не станет, можно будет предлoжить храму индивидуальный контракт на эту служительницу. Но это в первую очередь нужно будет обсудить с ней самой. Потом. Когда придёт.

   Остановившись у зеркала, без всякой задней мысли, причёску поправить – леди всегда должна выглядеть безупречно, леди Αселик в очередной раз увидела рядом со своим отражением Солли. Выглядела девушка так, словно бы её кошки драли – встрёпанная, несчастная, одежда в беспорядке, длинная царапина на шее и россыпь синячков по рукам. Точнее кот. Один. Вполне конкретный. Ренерд всегда имел склонность к жестоким играм и вот эта манера: поймать – отпустить – снова ловить – снова поймать, была ей хорошо знакома. Леди Αселик поднесла руку к зеркалу и прикоснулась к нему кончиками пальцев, зазеркальная девушка в точности повторила, практически отразила её жест. И облик Солли начал стремительно меняться – исчезли повреждения на коже, привелась в порядок одежда, всё стало ровно таким же, как было в день её исчезновения, даже влажноватые пятна на юбке проступили.

   Солли отступила, улыбнулась и прошла по отражённому миру до козетки у дальней стены, устроившись там отдыхать. Леди Аселик потёрла левую сторону груди, где что-то внезапно сжалось и заныло.

   И дело тут не в оттоке магических сил, которые якобы высасывают из человека запредельные сущности. Она вполне чувствовала себя в силах изменить состав вина, что стоит в графине, склонив его к большей сладости, правда некрасивый осадок выпадет, а это нехорошo. Нет, дело было в обыкновенном человеческом сочувствии и чрезмерно развитой фантазии, каждый раз заставлявшей представлять, а что было бы с ней самой, окажись она нечаянно запертой в одном запредельном пространстве со своим мучителем.

   С этим надо что-то делать. Достаточно нехорошо, что, похоже, обстоятельства развиваются в соответствии с планами Ренерда – тот особой добротой никогда не отличался и не был способен учитывать ничьи интересы, кроме своих собственных. Но ещё и оставлять ему на забаву практически беспомощное существо, совершенно неприемлемо.

   В этом