Тринадцатый. Мой любимый номер - Верона Виера

– Короче, сразу скажу – может всё пойти не по плану.

– А какой план? – уточняет Роберт Карамян, потирая кулаки.

– Его нет, – усмехаюсь. – Просто надо вытащить Макса оттуда живым и самим не сдохнуть. Приходим, наводим шум и сматываемся.

– Но звучит как план, – в своей флегматичной манере мямлит Алик Алиханов.

– Сейчас такси только вызову, а то на автобусе добираться с пересадками долго, – ищу в телефоне приложение. – А мы и так кучу времени теряем.

– Зачем такси? – Карамян лезет в карман и, высунув руку, светит перед носом автомобильным брелком с ключами. – Можем на моей.

– Ого! – С завистью смотрю на его руку. – Что за агрегат?

– Мерен. Не мой, конечно, отцовский.

Пикнув сигнализацией, моргает фарами авто и заводится, а мы быстрым шагом идём к нему.

– Ты что, до парка на тачке ездишь? – Усмехаюсь. – Тебе же недалеко.

– После того, как выиграл поездку на соревнования, батя разрешает по вечерам кататься. Набираюсь опыта. Знаешь, как девчонки на тачку ведутся?

– Умом надо брать и харизмой! – смеюсь, повторяя батины слова.

– Харизма – прошлый век, а умом никого не удивишь, – умничает Алик.

– Ладно, согласен, с тачкой беспроигрышный вариант.

Карамян садится за руль, Алиханов рядом, а я на правах провокатора – сзади.

– Молиться надо или норм водишь?

Хлопаю дверью и пристëгиваюсь на всякий случай.

– Нормально. Права недавно получил.

– Купил, – гогочет Алиханов.

– Сам сдал, не гони. Батя просто подстраховал. Адрес какой?

Я диктую и Карамян вводит его в навигатор. Уже вечер, город небольшой, а пробки давно рассосались, поэтому женский голос определяет время пути как полчаса.

Парни тоже пристегиваются.

Сняв с ручника, Роберт сдаёт назад, и вырулив на дорогу, переключает передачу и резко давит на газ. Слишком резко.

От его внезапности вжимаюсь в спинку и хватаюсь за ручку под потолком.

– Ну что, погнали выручать Барсука? Алик врубай нашу.

Ожидая услышать что-то кавказское, я вздыхаю и заранее сочувствую ушам, но Алиханов включает Eminem – Without Me. Неожиданно и только улучшает настрой на удачный исход.

***

Вместо получаса мы на месте минут через сорок пять, потому что светофоры никто специально для нас не отменял.

Бросив машину на неосвещенном участке дороги, воинственно настроенные на победу, мы идём по тропинке вдоль забора. Местность сама по себе неприятная: фонари горят через раз, кругом одни склады и заборы. Трасса, с которой мы свернули находится в километре отсюда. В атмосфере растворяются звуки проносящихся по ней машин, похожие на реактивных пчел. Жизнь там, на ней и за ней – в миллионах огней многоэтажных домов, а здесь тишина, если не считать доходящего эха моторов и шума реки по другую сторону, деревьев почти нет, только редкие кустарники. Дорога с трассы вполне себе сносная – асфальт, хоть и с ямами. Роберт матерился нечасто, по невнимательности поймав несколько колесом.

Парни накинули куртки, потому что похолодало нереально. Земля подмерзла и это радует – крадемся не по грязи. Ветер завихрениями бьёт то в спину, то в лицо и, почти как тренер, заряжает закончить бой побыстрее. Собаки лают где-то вдалеке, похоже нас учуяли. Но за забором, вдоль которого идëм, тишина. И это для нас огромный плюс. Меньше шума и навыки бега, возможно, нам не пригодятся. Странно, что такую огромную территорию ржавый охраняет без собак.

Остановившись, мы прикидываем сможем ли перелезть через трёхметровый забор, и понимаем, что нет. Поэтому ищем дырку, но заметив невысокую фигуру вдалеке, прячемся в тени.

«Восточный экспресс» запросто сливается с забором из-за своей смуглой от природы кожи, а мне приходится накинуть капюшон, чтобы не светить волосами пшеничного цвета.

Подозрительный тип слишком часто озирается, будто за ним идёт слежка, а затем останавливается у ворот и там же, видимо, калитка, потому что дёрнув за ручку, он с лёгкостью её открывает и ныряет на территорию.

– А что, так можно было? – еле слышно усмехается Роберт и мы, переглянувшись, крадемся туда же. Но приходится снова остановиться на тёмном участке. Впереди неожиданно из-за угла появляется ещё пара фигур. Эти крупнее на голову предыдущего, но из-за темноты лиц не разобрать и они в капюшонах. Как члены тайного общества, они тоже постоянно озираются и, подойдя к калитке, также беспрепятственно заходят.

Мы с Алихановым переглядываемся и я киваю, мол, нам точно туда. Карамян хрустит шеей, разминает кулаки и стремительным шагом обгоняет. Я сам, признаться, не ожидал от него такой решительности, поэтому окликаю, торможу.

– Роб, ты куда рванул?

Мы с Аликом едва подпеваем за ним.

– А чего тормозить? Я вообще-то жрать уже хочу, – недовольно шепчет он.

– Сперва надо оценить обстановку, – я протестую его напору. – Думаешь это все, кто пришел?

– Думаю сегодня на ужин долма, а когда долма и я голодный – я злой. И пока я злой, надо этим пользоваться.

– Ты прям, как Барчук, – подмечаю еле слышно.

Алик нас не слушает, а приоткрыв калитку, докладывает обстановку:

– У склада пять человек. Они почему-то не заходят, трутся у входа.

– Так, короче, план такой: вы молчите, говорю я, задвину им кое-что, только-только придумал, и если вдруг всё выходит из-под контроля – гасим их без разбора и вытаскиваем Барсука.

– Так может без конфетно-букетного, и гасим их сразу? – Алиханов не догоняет мою стратегию, но ему и не нужно.

– Я хочу попробовать решить всё через рот.

– Это как? – в испуге округлив глаза, бухтит Карамян, поглядывая на Алика.

– Договориться, – недовольно выдыхаю, – Ты голодный – не только злой, но и тупой?

– Значит так и говори – договориться, а то через рот. Мне твой план только одно напоминает.

Алик на это тихо ржёт, похрюкивая. Начинаю себя проклинать, что не поехал один. Команда идиотов, блин!

– Просто заткнулись и го за мной, – шикаю на них и осторожно открываю калитку.

Нас сперва не замечают, но как только мы подходим ближе, парни перед нами напрягаются. Они переглядываются и я, пока эта кучка недоумков не пришла в себя, включаю метод Иванова, мимикрирую под врага.

– Здоров пацаны, – уверено протягиваю им руку, и те жмут, значит, пока всё