Драконье золото - Марина Эльденберт

и тому, что мне удалось заставить братьев Веррес не разлучаться. Правда, стоило им выйти, как внутри меня поднялась волна тревоги. Как будто это так легко, просто сидеть здесь и ждать! Я бы с радостью попыталась вывести герцога на чистую воду, притворившись, что нам ничего не известно, но Адарен скорее связал бы меня по рукам и ногам, чем допустил такое. Даже больше: они все связали бы. И Базиль, и Верт. В этом все Верресы проявили бы небывалое единодушие.

Я надеялась, что братья уже скрутили герцога по рукам и ногам, надеялась, но… что-то не давало мне покоя. Что мы все упускали? Что? Вроде бы когда братья вместе, проклятие не может причинить им вреда, случись что, они просто соберутся в дракона.

Я крутила в голове то что знала и так, и этак, и, наконец, поняла. Я вспомнила наш разговор с Электрой, о том, что проклятие можно расплести в нужном порядке, как артефакторный механизм зачарования. Но если ошибиться… хотя бы в одном действии, хотя бы в одной последовательности…

Закусив губу, я встала с постели. Схватила халат, отперла дверь и, убедившись, что поблизости никого нет, скользнула по коридору в сторону кабинета герцога. Электра показала его мне, когда мы вчера шли из гостиной, поэтому даже не пришлось долго бегать по особняку. Огромный дом словно вымер: подозреваю, что из-за случившегося. Слуги сидели как мыши, и мне удалось незамеченной добраться до двери в кабинет.

Всевышний, пожалуйста, пусть я ошибаюсь! Пусть Эджертон до такого не додумается!

Я рванула ее как раз в тот момент, когда услышала голос герцога:

— Я сниму с вас проклятие.

— Нет! — крикнула я. — Не позволяйте ему! Это вас убьет!

Верресы синхронно повернулись ко мне, и я услышала рычание герцога:

— Проклятая девчонка!

В меня устремилась сорвавшаяся с его рук волна магии, но преградой к ней оказался ставший между нами Вертейд. Она ударила в него, швырнула нас на пол и протащила в коридор до самой стены. Я услышала не то рычание, не то крики, и в ужасе увидела, как Адарена и Базиля окутывает магия трансформации. Но они не могли собраться в дракона!

Потому что Вертейд был без сознания.

Глава 54.

В меня ударило таким отчаянием, что я даже не сразу поняла, что оно принадлежит не кому-то из Верресов, а мне. Я говорила Электре, что с радостью откажусь от драконьей истинности. Что не хочу замуж ни за одного из них. Но в этот самый момент, когда я увидела Вертейда на полу, Вертейда, который защитил меня от смертельной опасности, перед моим внутренним взором пробежали будто промелькнули все наши разговоры.

Наша первая встреча, когда я врезалась в него, а Верт пообещал передать мои документы. Он же убедил меня поступать в академию несмотря ни на что.

Он первым успокоил меня, когда меня похитил дракон.

Дракон признал в тебе истинную пару. Мы не можем отпустить тебя, Айрис.

Вертейд помогал мне с подготовкой к вступительным экзаменам. И не только помогал, поддерживал словами.

Ты пройдешь. Ты могла бы пройти даже на магинженерию.

Он спасал меня снова и снова. Доказывая свои чувства словом и делом.

Дракон убил его за то, что он хотел причинить тебе вред. Я сделал бы то же самое даже без оборота.

Верт не спал ночами, чтобы создать артефакт, который должен был помочь нам снять проклятие. Он всегда был рядом со мной. С самого начала он был на моей стороне, даже противостоял собственным братьям. Всегда был, а теперь…

Из моей груди вырвался то ли придушенный крик, то ли громкий стон. Боли, отчаяния, утраченного времени, возможностей. Я осознала, что хочу быть рядом с ним, дышать воздухом рядом с ним, любить его.

Моего дракона Вертейда.

Я прикоснулась к его прохладной щеке, и вдруг мои ладони засверкали, словно окутанные тем же огнем, в котором трансформируется дракон. Пламенные вспышки побежали по коже, но я не чувствовала обжигающего жара, только всеобъемлющее тепло.

Оно окутало меня всю, а затем вдруг я увидела, как все тело Вертейда будто связано шерстяной пряжей. Словно кто-то его обвязал. Только это оказались не обычные нити, а множество сверкающих, пульсирующих вен и артерий. Какие-то были белыми, каким-то лиловыми, они все пересекались, образуя собой узор, который мне напоминал… магические потоки, запускающие схемы в артефактах. Вертейд будто сам был артефактом. Или артефактом было то, что его связывало.

Проклятие.

Конечно, это нимайское проклятие! Невероятно красивое и настолько же смертоносное.

Нити проклятия связывали не только самого Вертейда, они, словно пуповина, тянулись к другим братьям. Оглянувшись, я поняла, что на остальных Верресах те же путы. Путы, которые прямо сейчас душили их.

И если я ничего не сделаю, все они погибнут.

Я закусила губу и вновь взглянула на Верта. «Я тебя не подведу», — подумала я. Не тогда, когда я наконец обрела новую семью. Когда обрела истинного.

Но что я могу сделать? Как его спасти? Я с проклятиями дел не имела! Но… я имела дело с артефактами. С детства наблюдала за матерью и отцом, а последний месяц — за Вертейдом. Я не была крутым артефактором, я только собиралась им стать, но я знала основы: если правильно соединить магическую схему, в нужном порядке, то артефакт будет работать. И наоборот.

Сейчас я видела, что у проклятия Верессов тот же принцип, только вместо схем оно питается их жизненными силами. Силами дракона. И если я отсоединю одну нить, а вместо нее присоединю другую, то проклятие разрушится. Оставалось понять, какую именно. Как распутать этот смертельный клубок? Как его обезвредить?

Особенно, когда у меня не так много времени.

Магия словно откликалась на мои мысли, и в этот самый момент я увидела среди множество пульсирующих нитей одну особенную. В отличие от бледно-лиловых, она была насыщенно-яркого цвета. Как я могла не заметить ее раньше? Но факт оставался фактом — сейчас я ее видела и медлила.

Потому что от моего решения зависела жизнь моего истинного и жизни его братьев. Которые за короткое время стали мне родными. Даже сейчас они кричали мне, чтобы я уходила. Даже корчась на полу кабинета Эджертона они продолжали заботиться обо мне.

Вертейд тоже начала задыхаться, и я решилась: потянула лиловый светящийся поток и выдернула его, будто сорняк, из груди моего дракона. Нить на моих глазах тут же погасла и рассыпалась пеплом, меня словно в