Проклятие Теней и Льда - Катарина Маура

Арабелла кивает мне, и я киваю ей в ответ, прежде чем уйти на свое место на противоположном конце атриума. Я глубоко вдыхаю и поворачиваюсь к ней, передо мной бесчисленные стальные стержни, которые уже были установлены в нужное положение нашими людьми. Все, что мне нужно сделать сейчас, — это переместить их глубоко под землю. Я опускаюсь на колени и кладу руки на холодную землю, не отрывая взгляда от стали перед собой. Прошло много лет с тех пор, как я в последний раз пытался использовать свои алхимические способности в такой степени, и я боюсь, что это истощит меня и я окажусь во власти проклятия. Если это произойдет, весь дворец окажется в опасности. Арабелла окажется в опасности.

Я глубоко вдыхаю и очищаю свой разум, сосредоточиваясь на поставленной задаче и отгоняя все посторонние мысли. Я смотрю на свою жену и вижу, что она уже смотрит на меня, ее глаза полны спокойной уверенности. Она улыбается мне и кивает, и я начинаю трансмутировать металл.

Стальные стержни начинают мерцать, и пот капает с моего лба, когда они становятся прозрачными. Я боюсь, что не смогу продержаться достаточно долго, чтобы вбить их в землю. С каждой секундой, которую я держусь, я становлюсь слабее.

— Почти готово, Феликс.

Я ясно слышу ее голос сквозь гудение энергии вокруг меня и держусь за надежду в ее голосе, продолжая работать. Я еще раз вдыхаю, закрываю глаза и представляю себе глубину, на которую нужно опустить стержни. Как только я выдыхаю, они исчезают из виду, хотя я все еще ясно их чувствую. Мне становится тошно, когда я вдавливаю их в землю, зрение затуманивается, когда я опускаю их еще немного, пока, наконец, стержни не оказываются на месте.

Я смотрю на Арабеллу и киваю, давая ей разрешение. Я вижу беспокойство в ее глазах и вынуждаю себя улыбнуться. Она смотрит на меня, как будто пытается понять, стоит ли доверять моей улыбке, но затем Элейн кладет руку ей на плечо. Я вздыхаю с облегчением, когда Арабелла кивает Элейн, и заставляю себя встать, желая предложить ей ту же поддержку, которую она оказала мне.

Я наблюдаю, как Арабелла закрывает глаза и расправляет руки. Огонь охватывает ее, искры мерцают вокруг нее, когда она глубоко вдыхает, сосредоточивая свое внимание. Я задаюсь вопросом, какое воспоминание она выбрала, чтобы подпитывать свои силы сегодня, и я намереваюсь узнать это сегодня вечером. Ветер развевает ее волосы, и на мгновение я беспокоюсь, что погода изменится, проклятие принесет нам мучения, от которых мы не сможем спастись, но ничего подобного не происходит.

Вместо этого вокруг меня раздаются вздохи, когда снег на земле начинает таять, обнажая узоры на каменном полу под ним. Я в шоке смотрю на камни, вспоминая, как это выглядело в моем детстве, до того как последствия проклятия стали такими же страшными, как сейчас. Насколько я себя помню, эта территория всегда была покрыта льдом и снегом, за исключением дорожек, которые мы всегда очищали. За последние несколько десятилетий я ни разу не видел весь этот атриум без единой снежинки, но именно это я вижу сейчас.

Я снова смотрю на Арабеллу и вижу, что она все еще стоит напротив меня с закрытыми глазами, с розовыми щеками и легкой улыбкой на лице. Ее длинные темные волосы колышутся на ветру, и я сомневаюсь, что она когда-либо выглядела более неземной.

Арабелла открывает глаза, ее взгляд мгновенно падает на меня, и она улыбается, прежде чем повернуться и оглядеться вокруг. Я улыбаюсь, когда она кружится по кругу, а ее лицо озаряет чистая радость.

— Феликс! — кричит она, и мое сердце замирает. Она широко раскрывает объятия, как будто говорит: — Посмотри вокруг, — а я просто стою и смотрю на нее с недоверием. Арабелла из Альтеи. Я не заслуживаю называть ее своей женой, но я безмерно счастлив, что могу это делать.

Она делает шаг ко мне, а затем ускоряет шаг и бежит. Я бросаюсь к ней, встречаю ее на полпути, и Арабелла прыгает мне в объятия. Я обнимаю ее за талию, поднимаю высоко в воздух, кружу и вызываю у нее смех.

— Мы сделали это! — кричит она, а я качаю головой.

— Ты это сделала, — поправляю я ее, медленно опуская ее, когда ее тело скользит по моему. Арабелла обнимает меня за шею, сжимая губы, выдавая свое недовольство.

— Я не смогла бы этого сделать без тебя, Феликс. Без тебя у меня не было бы стальных прутьев, которые я могла бы нагревать. Мы сделали это вместе.

Я киваю. Вместе. Мне нравится, как это звучит из ее уст.

— Да. Да, мы сделали это.

Затем она улыбается, казалось бы, удовлетворенная моими словами. Ее глаза опускаются на мои губы, и мое сердце начинает биться чаще, когда она наклоняет голову, приближаясь. То, что она сама взяла на себя инициативу поцеловать меня... делает этот особенный момент еще более особенным.

Ее губы касаются моих, и я с дрожью выдыхаю, не терпеливо ожидая продолжения. Я крепче обнимаю ее, и Арабелла наконец целует меня, из ее губ вырывается тихий стон. Ее поцелуй глубокий и неторопливый, и, к моему удивлению, она не отстраняется — даже когда вокруг нас раздаются аплодисменты.

К тому времени, когда она отклоняется назад, мое сердце снова наполняется, и я начинаю задаваться вопросом, не является ли эта эмоция, которую я испытываю, той самой, которую я никогда не думал испытать. Я задаюсь вопросом, не любовь ли это.

Глава 38

Феликс

С тех пор, как мы покинули атриум, улыбка не сходит с лица Арабеллы, и ее радость заразительна. Я не помню, когда в последний раз дворец был наполнен настоящей радостью. И это касается не только нас, но и всех сотрудников.

Люди ходят по атриуму босиком. Некоторые танцуют и поют, а другие достали наши ограниченные запасы спиртных напитков. Уже много лет мой народ не испытывал такой надежды, как сегодня, и все это благодаря Арабелле.

— Я знала, что мы сможем, — говорит она. — Ты мне не верил. Ты этого не говорил, но я видела это в твоих глазах.

Я останавливаюсь в коридоре, удивленный тем, что ей удалось разглядеть мои попытки скрыть свои опасения.

— Никто никогда не мог так читать мои мысли, — говорю я ей.

— Я могу, Феликс. — Она выглядит гордой и упрямой, в ее красивых глазах читается упрек. В этот момент в