Грязное белье - Хайди Каллинан

же самое, что и с Брэдом, несмотря ни на что? Неужели он не мог быть с кем-то и не чувствовать себя хорошо? Было ли плохо заниматься сексом с Денвером? Может, ему было хорошо, когда это происходило, но, возможно, со временем ему стало бы еще хуже? Должен ли он вообще перестать быть с кем-либо и сначала сосредоточиться на том, чтобы быть здоровым в одиночестве?

Вопросы вертелись в голове, заставляя его еще сильнее вжиматься в диван, и он закрыл глаза, все глубже погружаясь в отчаяние.

Луиза поцеловала его в волосы.

- Я позвоню Сигу и свяжусь с тобой, как только смогу, милый, обещаю.

Я люблю тебя, Луиза, подумал Адам, но был слишком слаб, чтобы сказать это вслух, поэтому просто кивнул и крепче прижался к ней. Когда его ОКР отступило, прорвавшись, как плотина, за которой слишком много всего стоит, он на мгновение попытался решить, было ли это прогрессом или признаком того, что он был в шаге от госпитализации, затем решил, что слишком вымотан даже для этого, и закрыл глаза, желая, чтобы весь мир, кроме Луизы, ушел прочь.

ДЕНВЕР консультировал кого-то о том, как лучше всего изменить режим похудения, когда к нему подбежала женщина.

Он заметил, как она вошла, краем глаза, потому что не узнал ее и потому что она была одета в то, что он считал женским костюмом, очень редко появляющимися в «Тайни». Такие люди, как она, как правило, ходили в одно из самых модных мест рядом с университетом Такера, поэтому его первой мыслью было, что она юрист, и он забеспокоился, что у Тайни какие-то неприятности. Когда она устремила на Денвера сердитый взгляд и направилась в его сторону, Денвер ничего не смог с собой поделать и отступил на несколько шагов, как будто это могло ее отвлечь.

Она направилась прямо к нему, кивнула мужчине, с которым разговаривал Денвер, а затем ткнула наманикюренным ногтем чуть ли не в нос Денвера.

- Ты, - сказала она угрожающе низким голосом, - поговоришь со мной, прямо сейчас. Мы будем делать это здесь, или ты предпочитаешь уединиться?

Иесус. Денвер взглянул на Тайни, наблюдавшим за Денвером, приподняв брови.

- Э-э, - сказал он, пытаясь выиграть время. - Мы знакомы, мэм?

Ее глаза буквально сверкали, так она была зла.

- Нет, но у нас есть общий друг. По крайней мере, я предполагаю, что ты по-прежнему дружески относишься к Адаму. Лучше бы так и было, потому что, если думаешь трахнуть его, мне все равно, какой ты большой, я убью тебя и отвезу в Юту, чтобы похоронить в пустыне.

Было трудно быть таким большим, как Денвер, и замыкаться в себе, но он справился с этим.

- Черт. - Он провел рукой по волосам, жалея, что у него нет шляпы, которую можно было бы натянуть на глаза и спрятаться. - Да. Мы можем пойти поговорить в подсобке.

- Хорошо, - сказала она, хотя и не отступила ни на шаг. На самом деле, казалось, что она только начала.

Честно говоря, подумал Денвер, ведя ее в кладовую, которая одновременно служила кабинетом Тайни, он был готов позволить ей трепать его, как ей заблагорассудится, в переносном или буквальном смысле, а то и в обоих случаях. Он знал, что поступил глупо, не позвонив Адаму, и если Луиза - это могла быть только Луиза - так переживала за Адама, то ничего хорошего из этого не выйдет.

Он закрыл за ней дверь и присел на краешек стула, опустив плечи и ожидая начала ее лекции.

Она несколько секунд пристально смотрела на него, прежде чем начать.

- Ты же знаешь, что лишаешь меня всей радости из-за того, что просто сидишь как истукан, вместо того чтобы сопротивляться. Я надеялась, что смогу применить к тебе кое-какие приемы самообороны.

Денвер присел еще ниже, уставившись в пол.

- Да, что ж, если хочешь немного поиздеваться надо мной, это было бы прекрасно. Я и так чувствую себя дерьмово.

- Тогда почему бы тебе, твою мать, не позвонить ему? - Луиза всплеснула руками. - Господи, Денвер. Он в ужасном состоянии. Он ждет, когда ты ему позвонишь.

Денвер встал с табурета, расхаживая взад-вперед и потирая затылок.

- Я знаю. Блядь. - Он ударил рукой по стене, прежде чем прислониться к ней. - Я пытаюсь. Я почти сделал это раз двадцать, но не знаю, что сказать. Я облажался. Сильно облажался. - Он снова ударил кулаком по стене, затем вздохнул. - Джейс прочитал все, что Адам пытался мне рассказать. Это напугало меня до смерти, потому что в его словах было много смысла.

- Что у тебя могут быть проблемы с обучением? Да, это так. На самом деле, мне стыдно, что я об этом не подумала, хотя Адам еще не дал понять, насколько тяжело тебе было. Чего я не понимаю, так это почему из-за этого стоит потерять Адама. Ты действительно такой гордый?

- Нет! - Денвер вцепился пальцами в стену, оттолкнулся от нее и снова принялся расхаживать по комнате. - Дело не в этом. Блядь, да, наверное, это отчасти гордость, но в основном - Господи, блядь, я не знаю, что с этим делать! Это значит, что я тупица, мне плевать, что он говорит, и это чертовски трудно проглотить. Ой!

Луиза встала перед ним, чтобы остановить его, а когда он попытался увернуться от нее, схватила его за руку и впилась ногтями ему в кожу. Когда она заговорила, ее голос был хриплым от гнева.

- Я была неправа. Это не гордость. Это невежество и воинственность. Так что слушай внимательно, приятель. Неспособность к обучению - это не признак глупости, не более чем деформация зрения.

- Чушь собачья. Это не то же самое, что необходимость в очках.

Боже, но она смотрела ему в лицо.

- Это так, и я собираюсь стоять здесь и запугивать, пока ты не поймешь это. - Она поморщилась и указала на себя. - Послушай, детка, я живое доказательство того, что тела и мозги не созданы идеальными руками какого-то божественного существа. Они все портят, иногда из-за того, как мы приходим в этот мир, иногда из-за того, что случилось, а иногда, черт возьми, кто знает почему. Люди, у которых нет такого опыта, на самом деле довольно редки. Некоторые физические и психические сбои сопровождаются приятной социальной обстановкой. У тебя - нет. Подумаешь, большое дело. Ты можешь