Проданная жена дракона - Анна Рейнс

Я киваю. Получается, я и в самом деле получала предсказания. А сон, в котором я брожу по развалинам и отчаянно зову Аарона — не сон вовсе. Предупреждение.

По моей коже ползут боязливые мурашки. Становится холодно и неуютно.

Раз этого сна больше нет, то значит ли это, что будущее изменилось? Вряд ли. Задумчиво покусываю губы.

Кажется, над этим даром стоит работать в первую очередь. Нельзя допустить новый прорыв.

— Получается, про тьму было что-то вроде откровения?

Маг снова молчит несколько секунд. Буравит меня тяжелым взглядом.

— Легенды гласят, что в противовес Свету существовала Тьма. Другая, не та, что пытается поглотить наш мир сейчас. И во главе стоял шестой Владыка. Дракон Мрака. Долгие тысячелетия Свет и Тьма сосуществовали в гармонии. Пока однажды не произошло то, что нарушило баланс.

Он делает паузу, и я слегка подаюсь вперед.

— И что это было?

— Сейчас это не имеет никакого значения. Я хочу, чтобы вы понимали, Хельга. Это знание опасно.

— Почему? — я недоуменно хмурюсь.

— Скажем так… многие считали, что если пробудить древний источник Мрака, то тьма уйдет из нашего мира. Вновь воцарится баланс. Долгие столетия они пытались — отправлялись в мертвые земли в поисках ответа. Многие погибли. Многие стали Измененными. Вернулись лишь единицы. С пустыми руками, как вы можете догадаться. Наша задача — оберегать эту тайну. Не нужно усиливать врага ради… призрачных миражей. Надеюсь, вы понимаете, о чем я?

Я рассеянно моргаю, пытаясь уложить информацию в голове. Как-то странно звучит. «У вас не получилось, поэтому и другие не должны пытаться». Такое чувство, что это далеко не конец истории. А только ее начало.

Однако вряд ли Шаар-Велис поделится ею со мной. Даже обладая даром, для него я чужачка. А Центральные земли надежно хранят свои секреты. Это я уже усвоила.

Разговор быстро сходит на нет — у меня просто заканчиваются вопросы. Переходим к практике.

Упражняемся в применении светлых заклинаний весь день, делая перерыв лишь на обед. Понимаю, что до этого я совсем не умела пользоваться своей магией. Лила сырую силу, чтобы вытравить тьму.

Уже вечером у меня получается покрыть руку защитным заклинанием. Прихожу в полный восторг.

— Работать еще и работать, — вздыхает маг и переводит взгляд на звездное небо за окном. — Пожалуй, на сегодня мы закончили.

— Продолжим завтра?

— Утром я уеду, — отвечает он, и, признаться, я чувствую укол острого разочарования. Только во вкус начала входить.

— Что ж, тогда я продолжу тренировки самостоятельно, — говорю я с улыбкой.

— Настоятельно рекомендую начать медитации. В вашем замке есть сильный маг воздуха. Она научит. Это одна из основ их магии.

Несколько секунд уходит на то, чтобы понять, что он имеет в виду.

Упражняться… с Тэлсуни?

Глава 64

Аарон забирает меня у высоких дверей комнаты для переговоров, и мы сразу же направляемся в наши покои. Признаться, я устала настолько, что ноги едва переставляю. Руки трясутся, как после тяжелых физических нагрузок.

Раньше сила просто текла из меня сплошным потоком. А здесь я учусь ее контролировать. Направлять. Совершенно разные вещи.

— Дело привычки, — говорит Аарон, когда мы оказываемся в комнате. — Твой организм адаптируется, перестроится. Все начнет получаться и без таких усилий.

— Верно. Главное — тренироваться. Шаар-Велис предложил мне посетить Сар-Драэн…

— Нет, — резким тоном отрезает Аарон, и я кидаю на него взгляд из-за плеча.

— …но я сказала, что согласна поехать только со своим истинным, — заканчиваю я. — Если ты согласишься. Но на тебя приглашение не расширили. Так что…

Пожимаю плечами. Перевожу взгляд на низкий столик, на котором стоит ужин. В последние пару дней у нас что-то вроде ритуала появилось. По вечерам мы вместе едим. Разговариваем. Ложимся в кровать. А затем…

— Ты все правильно ответила, — говорит Аарон. — Я Центру не доверяю. Множество раз я обращался к ним, чтобы прислали хоть одного мага. Миллион отговорок. Но как узнали, что моя истинная — Светлый маг, так сразу прискакали.

— Да, темнят что-то эти светлые, — соглашаюсь я и фыркаю от получившегося каламбура. Светлые. Темнят.

Как бы то ни было, после сегодняшней встречи у меня нет желания лезть в их дела. Какие бы тайны они ни скрывали, меня они не касаются. У нас здесь Юг — самые опасные Земли Аэргора. Их безопасность имеет первостепенное значение.

— Мне кажется, что пока метка закончится, я с ума сойду, — посмеивается Аарон. — Я переживал. Весь день о тебе думал.

Обнимает меня со спины. Целует в волосы. А у меня в груди теплый шар растет. Улыбаться хочется. Прижиматься в ответ. Вдыхать запах кожи. Разворачиваюсь в его руках и утыкаюсь носом в рубашку. Ладони скользят по его спине.

Влюбилась. Это осознание так отчетливо меня наполняет, что я с трудом могу сделать вдох.

В такие моменты, бывает, кажется, что все это ненастоящее. Что я скоро проснусь посреди военного лагеря, где не будет ничего, кроме боли, смертей и запаха гари. Мне страшно. Страшно, что тот последний кошмар ворвется в эту новую жизнь, разрушая ее до основания.

Я одна, посреди руин, выкрикиваю имя Аарона — с болью, отчаянием, словно произошло что-то… непоправимое.

Если Солеран действительно предупреждает о будущем, то мне нужно развивать этот дар. Нужно знать, где и когда случится трагедия. Как ее предотвратить. И если ради этого мне придется заниматься с Тэлсуни, то, разумеется, я готова.

Спрашиваю у Аарона, как с ней лучше связаться, и уже через несколько минут слуги относят записку. Ответ приходит почти незамедлительно. Разумеется, она будет счастлива принять меня в Саду Спокойствия. Завтра.

Дело сделано, и в этот вечер я выбрасываю лишние мысли из головы. Спокойно ужинаем, неспешно разговариваем. Аарон смотрит на виноградную гроздь и отрывает одну ягоду.

— Кусаться будешь, котенок?

— А ты проверь, — мне вдруг смешно становится.

Вспоминаю, как он мне в рот палец пихал. Мастер соблазнений просто. Аарон тоже усмехается. Подносит ягоду к моим приоткрытым губам. Кладет в рот, и я раскусываю. Сочная сладость растекается на языке.

— Уже лучше, — одобрительно сообщаю я, глядя в его глаза.

— Что у нас там дальше по плану было? Поцелуй?

— Планы не сбылись. Прорыв случился, — напоминаю я.

— Можем и прорыв устроить, — смеется он. Наклоняется к моим губам. Целует. Глубоко, чувственно, жарко. Утягивает к себе на колени, сверху усаживает. Водит руками по спине, ягодицам, прижимая ближе к себе. Зарывается пальцами в мои пряди.

По телу мелкая дрожь проходит. Голова кружится, кожа вспыхивает в тех местах,