(не) фиктивная жена офицера - Анна Арно

— Об этом знаю я, и этого уже достаточно.

Я даже всхлипываю, чувствуя себе загнанной в ловушку:

— Зачем тогда помогли и привезли меня сюда?! — фыркаю несдержанно. — Чтобы поддразнить?

— Потому что хотел, — коротко отвечает он.

— Чего? — вскидываю на него взгляд. — Поиздеваться?! Тогда я бы вас попросила...

— Тебя.

— Что? — глазами хлопаю, потому что диалог у нас вышел какой-то странный.

Опять мне мерещится всякое. А он очевидно просто опять со своими обращениями прицепился. Или это шутки у него такие?

— Ответь мне на один вопрос, Марьяна, — Леша вдруг подается ко мне, и вроде убирает с моего лица выбившуюся прядь, но смотрит на меня при этом так внимательно, будто насквозь меня видит: — ты пожалела, о том, что случилось?

— Ну конечно! — выпаливаю я не долго думая. — Я правда очень сожалею, Алексей Михалыч! И я честно, искренне и от всей души раскаиваюсь в содеянном! И клянусь, что больше никогда так…

— Ты не поняла вопрос, солнышко, — перебивает он меня, — я спросил: жалеешь ли ты о том, что твоим первым мужчиной стал… я?

Глава 46. Марьяна

Я даже рот приоткрываю от удивления, и чувствую, как мое лицо моментально начинает гореть от такой постановки вопроса.

И молчу. Потому что стыдно признаться.

Что я сейчас должна ему сказать? Что не жалею? Что мне понравилось, и я боюсь, что теперь никогда не найду себе парня, ведь вряд ли кто-то сможет сравниться с ним?

— Я понял, — вдруг кивает Леша, так и не дождавшись моего ответа. — Тогда вот как мы поступим… — вздыхает, а я подбираюсь вся в ожидании своего приговора. — Сейчас я поищу для тебя какую-нибудь одежду, и вызову врача. Он осмотрит тебя, чтобы понимать насколько сильно я тебе навредил, и если понадобится, то тебе придется лечь в больницу, насчет Софы не волнуйся, я позабочусь…

— Нав-вредил? — хмурюсь непонимающе.

— Конечно, бестолочь, — кажется злится. — Потому что тот, кто тут воспользовался, это я, Марьяна! Я явно переборщил и порвал тебя. А ты ходишь весь день и делаешь вид, что все в порядке.

— Но все правда в порядке! — протестую я.

— Крови довольно много. Я конечно не особо знаток по девственницам. Но раз ты даже на мой вопрос ответить не можешь, значит было и правда слишком больно. Почему не остановила меня? Черт, я все не то говорю, — трет переносицу, и снова на меня взгляд поднимает: — Скажи уже наконец, у тебя что-то прямо сейчас болит? Может голова кружится?

— Нич-чего…

— Только не ври, Марьяна! — отрезает строго. — Это может быть очень серьезно. Я определенно не самый подходящий партнер для первого опыта. Так что раз тебе было слишком больно, то возможно я действительно порвал тебя. Черт, я должен был остановиться. Выходит, что я ничем не лучше этого ублюдка, что зажал тебя в подъезде. Раз позволил себе сделать тебе плохо…

— Но мне было хорошо! — выпаливаю, перебивая его, пытаясь утрясти недопонимание. — То есть…

Прикусываю губу, осознавая, что ляпнула что-то запредельное.

И Леша как назло явно же все отчетливо услышал. Уж судя по выражению его лица и повисшей паузе, теперь мне уже вряд ли удастся как-то снять с себя обвинение. Поэтому просто опускаю взгляд и пытаюсь хоть немного оправдаться:

— В смысле… я хотела сказать, что я вовсе не… не пожалела о том, что попросила вас стать моим первым.

— Тебя.

— Тебя, — повторяю эхом. — Если честно, я сегодня весь день об этом думала… Ну, когда не была занята другими проблемами… в общем, я решила, что не хотела бы, чтобы это… чтобы на вашем месте этим утром оказался кто-то другой, — вздыхаю, опуская плечи, и уверенно поднимаю на него взгляд. — На твоем… м-месте.

Леша глядит на меня привычно хмуро. Но что-то там есть еще в этом его взгляде. Что-то, что придает мне уверенности и позволяет продолжить:

— Ты можешь отчитывать меня за случившееся. Или наказывать, как пожелаешь. И я правда раскаиваюсь в том что вынудила тебя это сделать, ведь это было крайне неприлично с моей стороны. Но я… я не жалею о том, что ты согласился. Совсем. И если бы ситуация повторилась, то я бы сделала все точно так же…

— Так сделай, — хрипит он.

— Что?

— Воспользуйся мной снова. Как ты там сказала: моим беспомощным состоянием.

— Я не понимаю… — шепчу я растерянно, потому что в голову лезут какие-то совсем уж