Оружие Ада - Элль Рид

— Вы знали, что пистолет — это не тот предмет, который нужно найти? Та команда пыталась забрать его сегодня утром, прежде чем решила перебудить весь комплекс, подорвав себя к чертям.

По лицам некоторых я понял: они не знали. А пара человек посмотрела на меня так, будто я только что разболтал величайшую тайну. Один из парней начал что-то быстро строчить в блокноте.

— Спасибо, Уайатт, — сказал Тоби.

— Откуда нам знать, что он не врет? — Серьезно, я не понимаю, в чем проблема Кэмерона, но он официально вычеркнут из моего списка приятелей.

— Спроси у половины присутствующих в зале. Многие были там и видели всё своими глазами. Улику вытащили после того, как вы, видимо, сдались и пошли досыпать. — Я злобно на него зыркнул.

Парень с блокнотом — номер Тридцать Один — начал шуршать бумагами, вычеркивая части своих записей. Я продолжал вести этот утомительный разговор, наблюдая, как он перелистывает пачку. Знакомые листы.

Я начал думать, что у них точно такой же набор подозреваемых, как у нас… пока не увидел последний лист. Другое имя в заголовке. Бинго.

— Что ж, было «очень весело», но мне пора позавтракать. — Я поднялся и зашагал прочь.

Посещение двух следующих столов оказалось не менее продуктивным: в моем списке прибавилось еще два номера комнат, которые стоило проверить. Я уже выбирал, к какой группе подойти, когда появились Тацита и Майло. После утреннего разговора я был не готов встретиться с ней лицом к лицу, поэтому свернул миссию. Сначала нужен план, как завоевать мою девочку.

Майло отыскал меня взглядом, когда они сели за наш «командный» стол. Наши глаза встретились, я подмигнул ему, улыбнулся и вышел из столовой.

***

Спустя несколько часов и взломов всех подозрительных комнат, в моей коллекции прибавилось три новых досье. Нам были нужны два из них, третье я подцепил случайно и решил забрать до кучи.

Еще я прихватил несколько дубликатов — так, чисто чтобы поднасрать остальным командам и спутать им карты. Пусть гадают, у кого теперь вдвое больше файлов, чем выдавали изначально.

Последняя миссия на сегодня: столкнуться с парнем из команды Кэмерона и поработать карманником.

К счастью, последнее занятие у нас было общим. Я включил режим «танк» и устроился рядом с ним. Было немного совестно перед Майло — это был единственный урок, который он не делил с Тацитой. У меня чуть сердце не разорвалось, когда я увидел его лицо: он смотрел, как я прохожу мимо и сажусь к Тридцать Первому, чье имя никак не задерживалось в голове. Бен? Или Рен? Плевать.

Он — цель, и сейчас я освобожу его от обязанностей по хранению файлов. Дождавшись конца занятия, я прокручивал варианты, но решил остановиться на классике.

Офицер, который вел урок (о чем бы он ни был), отпустил нас, и я начал действовать.

— Профессор? — окликнул я, нарочно вскакивая с энергией торнадо. Стул отлетел назад, а парта поехала вперед, врезавшись прямо в подколенья Тридцать Первого и лишая его равновесия.

— Да, Тридцать Девятый, — Офицер повернулась ко мне.

— Я запутался в последней части. — Я шагнул вперед, глядя на доску. Притворился, что иду к ней, но снова врезался в парту, будто споткнулся о собственные ноги. Тридцать Первый оказался зажат.

— Аккуратнее! — проворчал он.

— Сорри, чувак, мой косяк. — Я прижал руку к груди и сделал «честные глаза». Заодно хлопнул его по плечу, попутно сбив ремень сумки. Сатчел шлепнулся на пол, содержимое разлетелось во все стороны.

Еще пара «неловких» движений, пока я извинялся и помогал ему собирать вещи — и вот я счастливый обладатель последнего нужного файла.

Прежде чем он успел сообразить, что происходит, я отвалил и втянул Офицера в детальное обсуждение записей на доске. Речь шла о механике крылатых видов: драконах, демонах и прочих. Это было искренне интересно, и я задал сотню вопросов. Вообще-то я планировал задать всего пару, чтобы команда Рена (или Дена?) ко мне не сунулась, но когда я наконец огляделся — аудитория была пуста.

Офицер — её звали Зафира, она была драконом-шифтером — пожелала мне хорошего дня. Я забрал свои вещи и вышел.

В коридоре я держал ухо востро на случай засады. Но либо Тридцать Первый еще не обнаружил пропажу, либо месть готовилась на потом. Везде было тихо.

Пока шум в последней комнате перед выходом не заставил меня замереть. Дверь была приоткрыта, изнутри доносились приглушенные звуки. Похоже на шепот — значит, их там минимум двое.

Прижавшись к стене, я прокрался вперед и ворвался в комнату, лишая противника эффекта неожиданности.

Но это были не те, кого я ждал. Это был Майло. И слышал я не шепот, а тихие всхлипы.

Он сидел в конце класса на одной из парт, скрестив ноги, по щекам катились слезы. Мгновенно во мне смешались тревога и жгучая ярость — захотелось прикончить того, кто довел его до такого состояния.

Тревога победила. Я в один миг оказался рядом, взял его лицо в ладони.

— Малыш, что случилось?

Сомневаясь, что он может сейчас говорить, я вглядывался в его глаза. Новые слезы смачивали ресницы и прокладывали дорожки по щекам. Его пальцы мягко толкнули меня в живот, прямо в спрятанный под одеждой файл. Подавив инстинкт немедленно сгрести его в охапку, я убрал руки с его лица и оперся о парту по обе стороны от его бедер.

Он начал дрожаще жестикулировать:

«Я всё проебал».

Я невольно усмехнулся: конечно, Тацита уже научила его ругательствам.

— Прости, не ожидал от тебя мата, — извинился я, когда его лицо скривилось еще сильнее.

Он потянулся к блокноту и ручке на соседнем стуле. Я закусил губу, заставляя себя быть терпеливым и не вести себя как мудак. Тот, кто его обидел, заплатит.

Наконец он перевернул страницу. Сквозь пятна туши я прочитал:

«Это всё моя вина. Я пытался остановиться, прекратить это, но не могу. И теперь тебе и Таците будет больно. Мне не следовало позволять себе что-то чувствовать. Раньше это работало, не знаю, почему не работает сейчас».

Сердце забилось не в такт, ладони вспотели. Я заглянул в мысли Майло. В чем-то они вторили моим собственным, но я видел, что в его голове оживают старые травмы. Я и раньше догадывался, что он через многое прошел — уж слишком он бывал подавленным. Его молчание — не физический дефект, а что-то,