Академия Квинтэссенция. Поцелуй предателя - Мария Никулина

— Ты молодец Ирен, — сказал он. — Мы победили.

Огневик помог мне подняться. Тут же подбежала госпожа Мелита и еще четверо незнакомых мне лекарей.

— Все нормально, — сказала я, жмурясь от яркого света. — У меня просто нет сил.

Целительница внимательно осмотрела меня. Махнула рукой — и я мигом высохла.

— Жить будешь, — улыбнулась она. Я попыталась улыбнуться ей в ответ, но от усталости не получилось даже пошевелиться.

Наконец я проморгалась и смогла рассмотреть окружающее меня пространство. Так вот что меня слепило — снег, отражавший солнечный свет. Нас с Эйданом вынесло наружу с другой стороны павильона. Мы стояли на широком крыльце, украшенном колоннами. Было видно, что Мелита волновалась. Она понимала, что больше всего должно достаться Гебу. Похоже, все целители экономили силы для проигравшего, поэтому не сильно беспокоились о нас с Эйданом.

— Да отпустите же вы его! — Крикнула целительница в сторону высоких белых дверей. — Не мучайте мальчика!

Я усмехнулась. Мальчик… Этот здоровенный амбал меньше всего походил на мальчика. Мне кажется, здоровье у него крепкое. Он должен выжить.

Секунду спустя дверь отворилась, и оттуда вылетел Геб. Он плюхнулся на пол, как мешок с песком. Целители тут же побежали к нему. Геб лежал без сознания. Его тело покрывали многочисленные царапины, но они были неглубокие. Целители погрузили мага земли на носилки и тут же отнесли в купель, которую заблаговременно соорудили неподалеку. Надеюсь, они приведут его в чувство.

Все это время Эйдан держал меня за руку. А я даже не заметила. На самом деле я так сильно выложилась на испытании, что теперь переживаю — а вдруг осталась без магии?

Я подняла руку. Снег из сугроба взлетел, но тут же плюхнулся на землю. Плохо, но поправимо. Мне просто нужен отдых.

Перед нами с Эйданом внезапно возникло множество людей, зеркалки засверкали в свете уходящего солнца. А мне хотелось лишь одного — покоя. И немного сна.

Как хорошо, что ректор быстренько разогнал всех и помог нам с Эйданом разойтись по комнатам. Меня тут же подхватили Лора и Морти. Я им была бесконечно благодарна за то, что они помогли мне взобраться на единорога, который и довез меня до общежития. Наверное, смотрелось это красиво, но на самом деле я бы просто не смогла больше ступить ни шагу. Конечно же, водники устроили пир горой. И, конечно же, меня на нем не было.

Лора исцелила мои синяки, но она не могла наполнить меня силами, поэтому посоветовала поспать. Когда она ушла праздновать с остальными, я легла в кровать, но из-за пережитого не могла сомкнуть глаз. Мысли мои растекались, как то море, что мне, пусть и на несколько минут, но все же удалось приручить.

Наконец я услышала, как Лора готовиться ко сну. Похоже, было далеко за полночь, а мне все-таки удалось вздремнуть. За дверью отчетливо слышался шум вечеринки, поэтому я удивлена, что Лора решила так рано лечь. Перебрала что ли? Таким, как она, вообще пить нельзя. Потом будет жаловаться, что голова болит.

На меня напало внезапное чувство одиночества. Никто во всем общежитии не сможет понять меня, понять то, что я пережила. Даже Лора. Обычно она понимает меня с полуслова. Но не тут. Она не знает, каково это — дважды быть уверенной в собственной скорой смерти и при этом не умереть.

И все же… Есть только один человек, который пережил нечто подобное.

Я встала с кровати. Стены едва ли не дрожали от громких звуков, которые издавала моя соседка по комнате. Лора спала, уткнувшись в подушку. Никогда бы не подумала, что такая нежная девушка может храпеть басом, если бы не жила с ней. Зато она крайне чистоплотна. Убрала все со стола перед сном. Будто знала, что я опять полезу через окно. Как удобно.

В шкафу я нашла тренировочную форму. Взгляд невольно упал на костюм, сшитый для Игр. Он был таким красивым, а теперь, увы, безнадежно испорчен. Быстро собралась и тихонько вышла через окно. Снег под ногами смягчил приземление. Фонари ярко освещали расчищенные дорожки между корпусами. Было слышно, как однокашники празднуют мою победу. Другие же общежития были погружены в суровую тишину. Это не удивительно: воздушникам праздновать нечего, а земники переживают за жизнь своего игрока. Лишь у мужского общежития факультета огня было слышно, как веселятся студенты. Нет, в холле я вряд ли найду Эйдана. Он тоже достаточно сильно пострадал. Думаю, его оставили в покое и просто дали отдохнуть. Как и мне.

Я уже подходила к той стороне общежития, где находится заколдованное дерево, как услышала девичий смех. Нет, никого не хочу видеть. Вернее, не хочу, чтобы видели меня. Я юркнула за ближайшие кусты остролиста. Из-за угла вышла Агния в красном шерстяном плаще, который смотрелся на ней бесподобно. За талию ее обнимал Эш. Да ладно!

Воркуя, парочка скрылась за поворотом. Уж не к женскому ли общежитию они направились? Я не смогла сдержаться и хихикнула. Сдать их Эйдану? Ладно, я сегодня добрая, так что промолчу. Пусть живут.

Вообще-то странный выбор, Агния все-таки старше Эша… Да, не намного, но все же. Еще и друг брата… С другой стороны, кто я такая, чтобы осуждать?

Я выбралась из-за остролиста и направилась к дереву, неприветливо черневшему неподалеку. В этой части общежития было тихо, и свет в окнах не горел. Видимо, Эйдану и в самом деле дали возможность побыть наедине. Я постучала по дереву на уровне солнечного сплетения. Ничего не произошло. Может, надо ниже? Да, есть! Из дерева появились ступеньки, которые словно змейка опоясывали ствол.

Мышцы ног ныли, пока я забиралась наверх. Да, Лора меня исцелила, но она сосредоточилась на царапинах и синяках. Может, и не подумала, что у меня тело будет ломить. Но это ничего. Можно и не обращать внимания.

Наконец я добралась до окна. Эта ночь на удивление не была сильно холодной. Я потянула на себя раму, и окно распахнулось. Видимо, Эш забыл закрыть.

Я с неожиданной ловкостью запрыгнула внутрь. В темноте увидела, как кто-то быстро движется. Вспыхнул огонь.

Эйдан стоял передо мной в боевой стойке с зажженным в руках пламенем.

— А, это ты.

Огневик тут же расслабился и направил огонь на свечи, которые мигом загорелись. Теперь нас окружал нежный полумрак. Эйдан был лишь в тренировочных штанах. Всю его грудь покрывали мелкие царапины. Зато повязку сняли, это хорошо. На бицепсе проступал огромный лиловый шрам. Бедняга. Упрошу Лору помочь ему.

— Не