Причал её надежды - Ольга Ивановна Маслюкова

Секретарь, делая вид, что приступила к работе, стала стучать по клавишам, будто не слушая их разговор.

— Кира, я ничего не знаю и не понимаю так же, как и ты.

— Откуда она здесь? — нервничала Кира. — Ничего себе встреча! Я думала, что никогда больше ее не увижу.

— Успокойся, все узнаем позже, — показывая взглядом на секретаря, пытался угомонить жену Иван.

В это время София рассматривала просторный кабинет, отметив про себя, что все в нем без лишней роскоши, но со вкусом.

— Присаживайся за стол, ближе ко мне, — улыбался Николай, не скрывая радости. — Оставляй документы у меня на столе. Я все сделаю сам.

Она молча достала из сумочки диплом и трудовую книжку.

— Только напиши заявление. Вот тебе лист. С сегодняшнего числа. Как же тебя отпустили из авиакомпании? Ты ведь для них была неотъемлемой частью их репутации. Я такое благодарственное письмо написал, что они были потрясены. Говорили: никто никогда не писал им такой благодарности.

— Спасибо, Николай. В коллективе публично всех ознакомили с твоей благодарностью. Увольняться было очень трудно. Коллектив хороший. Мне было немного жаль, но я подумала о дочери и родителях — и все встало на свои места.

— Я очень рад.

Когда София написала заявление, Николай положил его на документы и заглянул в ее глаза.

— Ты меня смущаешь, — кокетливо произнесла она.

— Извини, я не подумал, но это получается само собой. От тебя невозможно оторвать глаз. У меня сейчас будет совещание. Прошу тебя присутствовать на нем.

— Это удобно?

— Еще как удобно! Ты наш работник. Привыкай.

— А офис и коллектив на третьем этаже тоже в твоем владении?

— Конечно. Это моя компания. У меня таких офисов четыре. У каждого свое направление и свой руководитель. Сейчас ты их всех увидишь.

Он поднял трубку и сказал секретарю, чтобы все заходили на совещание. В приемной уже толпились руководители всех отделений со своими замами. Они дружно вошли в кабинет. Когда все расселись, Николай сообщил:

— Это наш новый сотрудник — София Егоровна Рябинина. Она будет работать в моем прямом подчинении и контролировать все иностранные контракты, сделки и так далее. Ее кабинет будет находиться на седьмом этаже, — улыбка, которую он не мог скрыть, заиграла в уголках его губ.

Ошеломленная такой новостью, Кира смотрела на босса расширенными глазами; казалось, она, как рыба на берегу, хватала ртом воздух. Она поглядывала на Ивана, который в недоумении смотрел на Софию.

— Я собрал вас сегодня здесь, чтобы сообщить: мы подписали крупный контракт с Сяньшэн Чжаном. Кстати, это тот самый контракт, в котором вы, Кира, должны были участвовать, но проспали на самолет. — Николай неодобрительно глянул на Киру, которая и так была темнее тучи. — Но свет не без добрых людей… Мои разработки, которые я шлифовал полтора года, — и вот результат. Хочу поблагодарить нашу команду. Вы все принимали участие. Недавно я проводил наших инвесторов, которые приезжали со своей командой, — вы все об этом знаете и видели их. Наша компания вернула себе имидж доверия и продолжает сотрудничать. Завтра я улетаю в Китай, чтобы подписать все документы. Добавлю, что немалую роль в этой работе сыграла наш новый сотрудник и теперь руководитель — София Егоровна. А уж как это получилось, расскажу вам в другой раз.

У Софии глаза светились так, словно она создала эту сделку. Она понимала, что лишь приняла участие в переводе разговора Николая и Сяньшэн Чжана. Но было приятно — ведь об этом услышали Кира и Иван.

— Итак, сделка состоялась, — продолжал Николай. — Жаль, что предыдущая провалилась, но виновные когда-нибудь проявятся и будут наказаны. А сегодня хочу всем сказать: каждый из вас будет премирован. На этом совещание окончено, можете быть свободны. А вас, София Егоровна, попрошу остаться.

Все оживились. Выходили из-за стола, бурно разговаривали и радостно улыбались — премии здесь были немалые.

— Иван, объясни мне, что происходит? Где он нашел ее? — злилась Кира.

— Откуда я знаю! — нервно ответил он.

— Зачем он так поступил со мной при всех… а главное — при ней…

— Откуда он знал, что вы знакомы? Наверняка не знал. Но то, что ты его подвела, — это факт.

— Представляешь, какую должность он ей дал? — будто не слыша слов мужа, продолжала Кира. — Она будет контролировать наш отдел, то есть меня! Вот это поворот! Может, она теперь и до тебя доберется? Как она попала к твоему отчиму? Это просто невероятно!

— Прекрати!

— А что? Будет твоей любовницей, — она бросила яростный взгляд на Ивана. — Она ведь липла к тебе. Но предупреждаю: я ее уничтожу. Как только увижу возле тебя — пеняй на себя.

— Ты переходишь все границы. Вообразила себе необузданную фантазию и теперь манипулируешь ею. Успокойся и поехали ужинать.

Кира вспомнила, что обещала Вадиму приехать. «Вот еще проблема нарисовалась некстати… — подумала она. — А вообще-то, после таких перемен он мне пригодится. Но как мне вырваться? Нужно поссориться с Иваном. Вот и повод — София».

— Я не понимаю: почему твой отчим так относится ко мне? За все это время ты не мог поговорить с ним как мужчина с мужчиной. Мы же одна семья. Почему он сегодня так поступил со мной? Представил меня в плохом свете. Только меня! Тут что-то не так. Может, эта Сонька ему на меня наговорила? Вот сволочь! Она точно хочет отомстить и подкатить к тебе.

— Ты перестанешь нагнетать обстановку или нет?

— Нет! — крикнула она. — Не перестану! Я старалась улучшить дизайн нашего дома, занималась уютом, чтобы чувствовалась женская рука. Все для тебя… а что ты? Что ты сделал?

— Я давал тебе деньги.

— Ах да! Я же чужая в этом доме. Мне там ничего не принадлежит. А мои старания бесплатны. Я будто домработница для тебя.

— К твоему сведению, домработницы не ходят в бриллиантах и шубах за миллионы. И вообще, что за чушь ты несешь, Кира? Опомнись! Какая муха тебя укусила сегодня?

— Муха? — ухмыльнулась она. — Твой отчим!

— Так, я еду домой! Есть мне расхотелось. Может, Лариса оставила вчерашний ужин в холодильнике. Что-нибудь найду.

— Езжай! Я не поеду с тобой. И в ресторан с тобой не пойду! — надулась Кира.

— Как хочешь. Может, остынешь и приедешь домой.

— Ты даже не можешь сказать своему отчиму, чтобы он относился ко мне как к родственнице. Что я ему сделала плохого?

— Я не могу заставить его полюбить тебя. Это ты должна все сделать для этого. Значит, что-то отталкивает его от тебя. Ты сама должна знать,