Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

— Че, правда? — слегка хмурится Бенджамин.

— Правда. — Терренс локтем упирается в подлокотник дивана и закрывает половину лица ладонью. — А один раз мы так сильно разругались, что чуть было все не отменили.

— То есть, как это? — уточняет Райан.

— Мы хотели отменить свадьбу и разорвать помолвку.

— Да ладно? — искренне удивляется Питер.

— Что, тебе настучали по башке за план пригласить пару девчонок на мальчишник? — по-доброму ухмыляется Блейк.

— Я сразу сказал вам всем, что не желаю видеть никаких стриптизерш и прочих девок, — уверенно отвечает Терренс.

— Тогда почему вы с Ракель разругались? — интересуется Эдвард. — И почему ты молчал?

— Я же сказал, разные мнения и желания. Я всеми силами пытался уладить конфликт, но Ракель была слишком упряма и мечтала все сделать по-своему. Она плевала на то, чего хочу я, и понравится ли мне это. Мы много раз спорили, но ситуация никогда не доходила до чего-то серьезного. Однако однажды разразился такой скандал, что мы не то, что свадьбу едва не отменили, так еще и чуть не разбежались в разные стороны. Дошло даже до того, что Ракель вернула мне кольцо, которое я дарил ей на помолвку. Точнее, сняла с руки и швырнула в меня с криком: «Пошел ты на хер, козел!»

— Ну знаешь, опыт приходит со временем, — бодро отмечает Даниэль. — Вы с братцем наступили на одинаковые грабли, но вовремя поняли, в чем была ваша ошибка, и быстренько исправились.

— Может быть. И я рад, что все закончилось хорошо. Ракель вскоре признала, что была не права, и извинилась, да я сделал то же самое и сказал, что тоже где-то ошибался и могу уступить ей в чем-то, если ей так уж сильно чего-то хочется. Ну и вот так мы все-таки смогли обо всем договориться. Правда от этого Кэмерон так и не стала более милой и кроткой. Все такая же вредная и упрямая сучка, обожающая трахать мой мозг.

— Классно, когда все хорошо заканчивается! — весело отмечает Кристофер.

— Однако мы успели усвоить одно правило: если ты состоишь в отношениях, то это требует огромного труда. Что нельзя забывать о человеке и погружаться в работу. У нас с Ракель все так случилось, и мы сами не заметили, как охладели друг к другу. Я бы сказал, иногда мы раздражали друг друга. Типа… Получили что хотели и успокоились. Я соблазнил и оттрахал ее, а она успокоила свою семью и продолжила работать с еще большим усердием. И это стало намного ярче выражаться, когда в нашу жизнь ворвался ублюдок по имени Саймон.

— Ой, как будто все играют свадьбу с богатым опытом и кучей усвоенных уроков, — закатывает глаза Джозеф.

— Верно. Самое главное – сто раз подумать, прежде чем что-то делать. Нельзя разводиться после первой же ссоры, даже не попытавшись решить какой-то конфликт.

— Ну вот мы и будем учиться у опытных! — восклицает Кевин. — Раз уж, МакКлайфов скоро окольцуют, то грех не прислушаться.

— О, черт, мне до сих пор не верится, что наши братики скоро женятся! — радостно признается Уильям.

— Да, парни, мы с вами станем свидетелями исторического момента! — бодро восклицает Джереми. — Мы с Уиллом уж точно никогда не думали, что Эдвард когда-нибудь захочет жениться, ибо наш братик всегда был эдаким раздолбаем, который не хотел ни за что отвечать и думал только лишь о том, как найти на свою задницу приключений.

— Конечно, как будто вы с Джером хотите, — громко ухмыляется Эдвард.

— Сейчас – нет. Но все может быть. Может, через несколько лет мы тоже обрадуем всех новостью о женитьбе.

— Но любовь к издевательствам у вас никуда не делась.

— А разве мы над кем-то издеваемся? — округляет глаза Уильям.

— Ну надо мной вы все еще обожайте поржать. Да и я смотрю, вы и Терренсу начали надирать задницу.

— Вообще-то сейчас мы хорошо с тобой обращаемся.

— Да, а раньше? Что бы ни случилось – вы всегда все валили на меня! И я потом терпел незаслуженные встряски от отца, мачехи и еще кучи людей!

— Иногда и вполне заслуженные, Эдди, — загадочно улыбается Уильям.

— А вы только и ждали момента, когда сможете полететь к папке на крыльях радости, чтобы заложить меня!

— Небольшая встряска от папы была бы для тебя очень кстати, — уверенно отвечает Джереми. — Если тебя не лупить ремнем по заднице, ты начинаешь забываться и сильно наглеть.

— Сейчас я отлуплю ремнем по заднице вас обоих, если не угомонитесь!

— И, кстати, братик… — загадочно улыбается Уильям, приложив палец ко рту. — Когда мы с Джером рассказывали Терренсу, Даниэлю и Питеру про твои розовые волосики, то забыли упомянуть о том, какой скандал тебе устроил папа, когда увидел у тебя на башке такую красоту.

Услышав про розовые волосы и сразу же поняв, о чем идет речь, Терренс, Даниэль и Питер начинают заливаться громким смехом и глупо улыбаться, пока на лицах остальных читается легкое недоумение, хотя и они тихо ухмыляются.

— Чего-чего? — сквозь смех спрашивает Райан. – Розовые волосики?

— Да ладно? — удивляется Кристофер. — Эд был счастливым обладателем розовых волосиков?

— А почему я ничего не знаю? — удивляется Коди.

— И правда, мужики! — восклицает Джозеф.

— Эй, парни, а вы что не знали об этом? — искренне удивляется Джереми и бросает взгляд на Даниэля, Терренса и Питера. — Мы думали, эти трое уже все рассказали вам и показали!

— Так-с, а вот с этого момента, пожалуйста, поподробнее, — заметно оживляется Блейк, радостно потирая руки.

— Что ж, раз вы не знайте, то мы с удовольствием расскажем, — загадочно улыбается Уильям.

— Ну вот… — бубнит себе под нос Эдвард. — Очередная минутка позора началась…

Эдвард без эмоций на лице выпивает немного из стакана с крепким напитком, резко выдыхает и встряхивает головой.

— Короче, парни… — с широкой улыбкой бодро рассказывает Уильям. — Когда Эдди еще был сопливым подростком и жил со мной и Джером в одном доме, мы подлили в его шампунь розовую краску. Он тогда еще дрыхнул и ничего не знал. Но мы никуда не торопились и стали ждать, когда он выдрыхнется и пойдет мыть