Жена проклятого графа - Надя Лахман

Я сделала еще один незаметный шажок назад. И еще.

Авичи стоял, заложив руки в карманы, и наблюдал за мной с блуждающей на губах улыбкой. Он был уверен, что я не решусь. Что остановлюсь в последний момент.

– Иди сюда, мотылек, не заставляй меня ждать, – голос мужчины приобрел бархатные, низкие нотки. Завораживая. Обволакивая сознание. – Наивная, храбрая малышка. Мне будет приятно взять тебя. Может быть, я даже буду нежен, наслаждаясь твоим телом. Нам ведь не нужно никуда спешить, да?

Не обращая внимания на вампира, я обратилась к себе. К тому теплу, что сконцентрировалось возле сердца, и которое с каждой минутой я ощущала все ярче. Я нырнула еще глубже, вдруг почувствовав ее… Тончайшую мерцающую нить, что, звеня, уходила от меня куда-то в пространство, и отчего-то точно знала, что она из себя представляет. Связь истинной пары, соединившая наши с Рейвеном бессмертные души. А если так, он скоро будет здесь.

Мы с Авичи застыли напротив друг друга. Само время, казалось, замедлило свой бег. Жар в груди становился все сильнее, грозя затопить меня полностью. Но теперь я точно знала, что это не болезнь. Это была моя магия, что, реагируя на эмоции, пыталась сейчас пробудиться, очнуться от долгого сна.

Как знала я и то, что в первый раз она проявилась после нашей с Ревеном брачной ночи. Эмоции. Много эмоций – сильных, ярких, которые я тогда испытала вместе с ним. Усиленные страхом после того, как Авичи меня чуть было не изнасиловал.

И сейчас… Я чувствовала, что мне не хватает еще чуть-чуть.

– А где Гохан, неужели он не появится здесь? – обратилась я к молча наблюдавшему за мной вампиру.

– Гохан давно мертв, фея, твой муж уничтожил его, – Авичи произнес это совершенно спокойно, как будто ему было все равно. Нет, так дело не пойдет.

– А ты, получается, позорно сбежал, бросил его?

Вот сейчас я сильно рисковала. Вампир мог рассвирепеть и броситься на меня в любой момент. И, кажется, он готов был сделать это, но в последний момент удержался, лишь бледное лицо заострилось, а взгляд стал еще более страшным.

– Я накажу тебя за эти слова, обещаю. Я буду наказывать тебя мучительно медленно, пока не запросишь пощады, – в одно слитное, незаметное глазу движение Авичи оказался рядом, обхватывая мой подбородок стальными пальцами. – Ты даже не представляешь, как долго я ждал этого момента.

– Гохан дурак, он мечтал подчинить тебя, сделать свое постельной игрушкой, готовой на все. Мне не нужна твоя покорность, – шепнул он мне прямо в губы, проводя по ним большим пальцем руки. – Напротив, я хочу слышать, как ты будешь кричать от ужаса в моих руках. И, знаешь… – он делано задумался, – пожалуй, я передумал. После меня ты не достанешься никому. Я буду последним, кого ты увидишь, прежде чем твои глаза закроются навсегда.

Кажется, вот он, этот момент. Каждое новое его слово, каждое прикосновение заставляло меня мелко дрожать от переполнявших меня эмоций. Отвращения. Страха, чего уж там. Ненависти. Я буквально почувствовала, как воздух за моей спиной вдруг завибрировал, как будто изменив свою плотность и цвет. Я почувствовала их.

Улыбнувшись Авичи, я плавно положила обе руки ему на грудь, заставив мужчину на миг замереть от удивления, а после с силой толкнула. Его – назад, а себя – прямо в ущелье.

– Нее-т! – утробно взревел вампир, кинувшись было за мной, но его вдруг снесло волной невидимой мощи, похожей на черный разъяренный вихрь, впечатав в каменную стену с такой силой, что по ней пошли трещины. Я видела это, продолжая лететь прямо вниз. Вновь, как и тогда. И без крыльев.

*****

Я не знала, что происходило сейчас наверху, но чувствовала, что Авичи больше нет. Я… кажется, я вообще уже ничего не знала, потому что мои глаза были закрыты. Я по-прежнему пыталась дотянуться до источника своей магии, спрятанного глубоко внутри и казавшимся крошечной серебряной искрой внутри меня. Боялась раскрыть крылья слишком рано и не успеть дотянуть до земли. Боялась, а потому ждала, падая, падая вниз.

Еще чуть-чуть… Еще немного, и я…

Внезапно что-то с силой дернуло меня вверх, сжимая в крепких объятьях с такой силой, что стало трудно дышать.

– Я держу тебя… держу… не бойся… – Рейвен прижимал меня к себе, как величайшее сокровище в мире. Но я и не боялась, напротив, я улыбалась, а по щекам текли слезы. Но то были слезы радости. Потому что я знала, что у меня все получилось. Полупрозрачные крылья за моей спиной раскрылись, и сияли под последними лучами заходящими солнца радужными переливами.

Мы оба молчали, глядя друг другу в глаза. В ответном взгляде мужчины было столько всего: и безмерная радость от встречи, и страх, что уже уступал место облегчению, и жажда… огромная жажда во мне. Дикая. Нестерпимая.

Наконец, Рейвен мягко опустил меня на зеленый шелковый ковер небольшой полянки, прятавшейся среди гор. С видимым усилием он выпустил меня из своих объятий, отчего мне стало вдруг нестерпимо холодно.

– Прошу прощения, видимо, я напугал вас. Позвольте представиться – граф Рейвен Арделиан.

«Он не знает, что я все помню!» – промелькнуло у меня в голове.

– Графиня Амелия Флери, – в тон ему ответила я, приседая в реверансе и краем глаза замечая, что всю поляну вокруг нас постепенно усыпали крошечные белоснежные цветочки. Их становилось все больше, и это заставило меня невольно улыбнуться. Моя магия феи пробудилась. Проклятие было снято!

– Вы в порядке, графиня? – кажется, Рейвен, что смотрел исключительно на меня, и не мог видеть того, что вижу я, понял мою улыбку по-своему.

– В полном. Скажите, граф, вы любите сонеты?

– Как вы узнали? – синий взгляд полыхнул жарким багрянцем.

– Интуиция, – я уже вовсю улыбалась, не в силах ничего с собой поделать. – Расскажете мне что-нибудь?

– Если вы настаиваете, леди Амелия…

Зачем разделять эту и грядущую жизни,

Если мы родимся вновь…

Зачем разделять то, что было и будет,

Зачем забывать нашу прошлую жизнь…

Клянусь, и грядущее нас не погубит!

Ты только за душу покрепче держись…

И в этой, и в прошлой, и в будущих жизнях

Мы были и будем с тобою всегда!

И пусть исчезают эпохи и люди,

Моя ты навеки! Моя ты жена…

Рейвен на мгновение замолчал, как будто ему тяжело было продолжать читать сонет дальше, и я продолжила за него, неотрывно глядя ему в глаза:

Пусть ветер