По воле богов. Выбор богини. Книга 4. Часть 1 - Ольга Камышинская

– А как давно ты была там? – не отставал Арно.

– Лет восемь или десять назад, точно не помню.

– Какое совпадение. Сандэр тоже бывал в тех краях примерно в это же время. А Азуринья у тебя была когда-нибудь? Говорят, на Ремсе их проще всего найти.

– Почему «была»? – Вивьен впервые оторвала взгляд от тарелки и посмотрела на Арно. – У меня она и сейчас есть.

– Покажешь?

Вивьен пожала плечами.

– Покажу.

– А почему ты ее не носишь?

– Не знаю, просто не хочу.

– На Ремсе нашла?

– Нет, она у меня, сколько я себя помню, была.

– Представь, у Сандэра тоже есть. С Ремсы. Ты показывал Вивьен свою Азуринью, Сан?

– Пока нет.

– Попроси, он покажет. Покажешь?

Сандэр был полностью сосредоточен на яичнице.

– Да, конечно.

На некоторое повисла тишина.

– Я прошу прощения, сегодня примерка у обувщика. – Вивьен встала из-за стола, едва закончив с десертом, и поспешила из столовой. – Бридж, передайте Сантану, что мне всё очень понравилось.

– Да, госпожа.

– Не торопись. Я захвачу тебя, мне по дороге, – поднялся за ней лорд Моро-старший. – Мой экипаж ждет у парадной лестницы.

– Благодарю, милорд.

Оба вышли. В столовой остались Сандэр и Арно.

Сандэр, до этого непринужденно поглощавший завтрак, отложил нож и вилку и пристально посмотрел вслед отцу и невесте. Потом откинулся на спинку стула и, нахмурившись, уставился в тарелку.

Арно с удивлением посмотрел на брата.

– Сан?

– Так мне и надо…

Глава 21

Утро после возвращения Сали

и Грея Аскана в ковен Семи Лун

– Ну что там у вас? – нетерпеливо крикнул Гарольд Рох и шлепнул ладонью по щеке, размазывая жирного комара. И, вытирая платком испачканную кровью руку, добавил: – Зажрали, твари, чтоб вас!

История с убитым черным магом и сбежавшим портальщиком не давала старшему инквизитору покоя. Было в ней что-то странное, непонятное, а Гарольд привык разбирать всякое преступление по косточкам, докапываться до самой сути.

И едва рассвело, старший инквизитор отправился со своим отрядом в лес на поиски тела, надеясь, что его не успели растерзать дикие звери.

Они торчали в лесу уже два с лишним часа.

– Нашли! Нашли! – радостно донеслось из глубины леса от помощника старшего инквизитора, словно это было не тело черного мага, а клад с золотом.

– Ну и слава Богам, а то достало уже мошкару кормить. – проворчал Гарольд и громко крикнул: – Тащите к повозке!

И, ломая норовившие хлестануть по лицу ветки, направился напролом к дороге, где отряд дожидались лошади и повозка.

Минут десять спустя четверо темных магов, держа за углы растянутый плащ, вынесли тело из леса.

– Отлично, – уже в седле отдавал команды Гарольд, – в мертвецкую его, на ледник. И трупореза сразу вызовите, мне нужен полный отчет. И как можно быстрее.

Он дернул поводья, и молодой нетерпеливый жеребчик сорвался в галоп. Двое инквизиторов, едва уложив тело в повозку и накрыв его, сели верхом и последовали за Гарольдом.

Оставшиеся двое примостились по обеим сторонам повозки, и она неспешно тронулась следом, поскрипывая колесами.

***

Ранним утром Грея разбудило надрывное петушиное пение.

Грей решил так просто не сдаваться, повернулся на другой бок и накрылся одеялом с головой. Не помогло. Добавил сверху подушку. Без толку. Петуху явно доставляло удовольствие его занятие, и он вкладывал в него душу.

– Да хорты побери! С радостью угостился бы бульончиком из тебя. —выругался Грей после безуспешных попыток снова заснуть. – Узнаю чей, найду и башку оторву. – решил парень, подходя к окну и распахивая створки настежь.

В столице, где вырос отпрыск древнего магического рода, раннее утро проходило обычно в тишине, за плотно задернутыми занавесями окон. Здесь же глазу открывалась истинно дивная картина пробуждавшегося леса.

Солнце медленно всплывало золотым диском, окрашивания острые макушки деревьев в розово-оранжевый цвет. В прозрачном воздухе пахло рыхлой влажной землей и ночной фиалкой.

На листьях куста, буйно раскинувшегося прямо под окном, прозрачными бугорками мурашек выступила роса. Из его густых веток выпорхнули и взвились наперегонки в небо две крохотные птички, за ними взметнулась и мгновенно окатила Грея сотней тонких острых иголочек растревоженная прохлада.

Он рассмеялся, вытирая капельки с лица. В отличие от городского у утра в ковене были голос, яркие краски, аромат и даже особенная умывальня.

– Что так рано проснулся? – Сали стояла в дверях, натянуто улыбаясь.

– Будильник ваш разбудил.

– Ты про Райниного петуха? – она прошла через гостиную, где ночевал Грей, на кухню и там загромыхала посудой. – Мы давно к нему привыкли, внимание не обращаем. Он у нее такой… звонкий и злой.

– Злой?

– Клюется, как заправский бойцовский петух, если ему кто не нравится. Как ты себя чувствуешь?

– Я в порядке. Рука не болит. Ты как?

– А что я? – насторожилась Сали.

– Ты вчера была чем-то расстроена.

– Тебе показалось. Завтракать будешь?..

***

Самой старой ведьмой в ковене Семи Лун считалась Райна.

Та самая, чью ягодную настойку уважали не только местные знатоки и ценители хмельных напитков, но даже столичные инквизиторы.

На долгом Райнином веку сменились три Верховных ведьмы: Вилма – бабка Мартелы, Олуэн – мать Мартелы, и сама Мартела.

Роксана хоть и согласилась встать во главе ковена, Верховной ведьмой быть не могла.

Для Верховной – сила ведьминская самое главное. Роксану уважали в ковене, к ней прислушивались, она умело договаривалась с местными инквизиторами и властями, обладала хозяйской хваткой, ловко улаживала споры и разногласия внутри ковена, была мудра и дальновидна, но большой ведьминской силы у нее не было.

Райне Роксана пришлась по нраву. Спокойная, хоть и стихия ее была воздух, неглупая, расчетливая, хозяйственная и хитрая. И с норовом. Такую просто так не переломить.

Сама Райна владела стихией земли.

Она давно осталась единственной в ковене земляной ведьмой. Молодые девчонки много лет подряд не рвались заполучить в подчинение землю. Слишком тяжелая, строгая и слабо изменчивая эта сила. Какой ведьме такое понравится? Где буйно растущее молодое тело, с его живыми радостями и всплесками желаний, а где выдержка, практичность и разумность, здравомыслие и хладнокровие, которых требовала земля?.. Да ну её, скучно же. Поэтому будущие ведьмы начинали бегать с подношениями и молитвами в алтарь к Богине задолго до инициации. Почти все мечтали об огне, немногие просили воздух, мало кто воду.

Землю давным-давно не просил никто.

Богиня проявляла удивительное понимание и чуткость, идя навстречу просительницам. И опасный перевес огневых ведьм в ковене давно никого не удивлял.

А были