Виктория. Вспомнить себя 2 - Раяна Спорт

Но забегая вперед скажу, что он оказывается порезался, когда брился, ну и стукнулся головой о шкаф при резком движении. Приятно, что он внял словам Себастиана и тоже решил привести себя в человеческий вид.

— Книга в моих руках. В ее середине, где-то на полях есть значит заклинание, — уже достав и начиная пролистывать, затараторила я. — Помоги мне, — попросила я, учитывая, что Себастиан скорее всего знает куда больше языков, да к тому же уже был знаком с этой рукописью.

Мы зашелестели страницами, пытаясь разобраться во всем, что знала Аурелия. Действительно, если не считать того, что она была ведьмой и вовсю баловалась черной магией, то я бы точно рукоплескала ее разработкам и великолепной импровизации. И лишь сейчас я понимаю, что скорее всего мы одолели ее лишь благодаря Таксону, который за годы рабства лишил ее памяти и слегка «потрепал» итак уже никуда негодную нервную систему. Но вступи я с ней в бой лет эдак сто назад, то она от меня и пустого места не оставила бы.

— Смотри, — указала я запись «Петля времени» — может это оно?

— Нет, — покачал головой Себастиан. — Твоя проблема — не петля. Поверь мне на слово, я понимаю, о чем говорю, ведь частично это заклинание было на мне все эти столетия.

Мы вновь замолчали, углубившись в записи изгнанной богини. Отвлеклись лишь на Француа, который вышел из уборной уже вполне симпатичным: побритым, уложенными мокрой рукой жидкими волосами, но куда более свежим, как я его и помню на рабочем месте. Его маленькие глазки исчезли за опухшими щеками, но светились вполне ясным взором.

Он ушел за едой, когда Себастиан неожиданно ткнул пальцем в книгу:

— Вот оно! Заклинание «путешествий по мирам, в разделе времени». Посмотри, Из, — указал он на строчки на непонятном мне языке.

— Я ни слова из этого понять не могу, — призналась я.

— Я бы мог дать тебе элексир языков, но боюсь, ты его все же разбила в тот раз. Я не уверен, да и, с другой стороны, зачем тебе арлангский или язык древних бронье…

— Кого-кого?

— Народы, которые исчезли много веков назад, от которых остались только языки, да несколько рукописей. Хотя поговаривают, что в Сноуленде и в Лонгстоне все еще можно встретить их потомков… Но я лично их не видел.

— Боги, просто переведи мне, что тут написано, — перебила я его, пока он окончательно не ушел в историю.

Когда я в одном шаге от дома, красноязычие и интересные еще ночью истории были сейчас неуместны и только нервировали.

— Это заклинание, которое надо его произнести в полдень, в день солнцестояния, в голой степи, откуда открывается все части света, а тень не падает. Хлопнуть в ладоши над головой. И да, еще перья… Тебе нужна дюжина перьев, которые ты должна воткнуть в землю вокруг себя на подобие часов… Кристаллы четырех стихий, призвав их магию, и самое главное — представление, куда именно ты хочешь попасть.

— Сумбурно, но вроде бы ничего сверхъестественного, — отрапортовала я. — Но вот солнцестояние… если мне не изменяет память, явление достаточно редкое.

Себастиан уже рылся в ящиках комода.

— Что ты ищешь? — спросила я, не понимая его действий.

— Если я не ошибаюсь, а я, поверь, не ошибаюсь, в каждом отеле нашего мира кладут календари с молитвами.

— Это еще что за странная традиция? — удивилась я.

— За исключением «Пэлэй де ла Мажи», — будто не обратив внимания на мой вопрос, ответил Себастиан. — Учитывая, что мы работали вне времени, так сказать, смысла от этих календарей не было.

— Так зачем они? — вновь спросила я.

— Ну вроде как что-то из моральных соображений. То бишь этот буклет будет напоминанием о том, что время — бесценный дар божий и его надо бережно использовать, а не растрачивать на сон в отелях, а все остальное попытки власть имущих контролировать население хоть таким и бестолковым образом.

Глава 32

Себастиан потянулся к самому дальнему уголку самого нижнего ящика. Его пальцы нащупали что-то мягкое и податливое — помятую бумажку, словно забытый клочок воспоминаний.

Я мельком вспомнила нечто похожее, виденное в отеле «Стивенсон Лаунж», но тогда, поглощенная суетой и собственными мыслями, я не придала этому значения. Теперь же, когда Себастиан развернул этот пожелтевший лист, воздух вокруг нас словно сгустился.

— Итак, — пробегая глазами по листу бумаги, вычитывал Себастиан нужную информацию, — день солнцестояния… день солнцестояния… Да не может этого быть!

Его голос дрогнул, и я почувствовала, как холодок пробежал по спине. В моей голове мгновенно пронеслись самые мрачные сценарии: что, если в этом странном мире солнцестояние наступит через столетие, и мы обречены ждать его в неизвестности?

— Что? Что случилось?» — выдохнула я, мой голос звучал испуганно даже для моих собственных ушей.

Себастиан поднял на меня глаза, и я увидела, как в них заплясали искорки, которые я до этого момента и не видела в них. Его лицо озарилось такой искренней радостью, что я невольно улыбнулась, еще не понимая причины.

— Оно сегодня, Изи! Солнцестояние сегодня!

— Ааа!!! — вырвалось из нас одновременно.

Два звонких крика, полных облегчения и ликования. Мы, словно дети, забывшие обо всех своих тревогах, схватились за руки и начали прыгать на месте, теснясь в этом крошечном пространстве. Каждый прыжок был маленьким взрывом счастья, подтверждением того, что мы не ошиблись, что этот день, такой долгожданный и такой важный, наступил.

— Но, но… — я посмотрела на книгу. — Там что-то говорилось еще. Что за кристаллы четырех стихий?

Себастиан остановившись, но не убирая с лица довольной улыбки, ответил.

— Это несложно. Даже странно, что ты не знаешь о них. Воздух — лунный камень, огонь — рубины, земля — раухтопаз, ну и вода, конечно же, лазурит, — так сообщил мне Себастиан, будто я должна была знать это с пеленок.

— Какие очевидные факты, — подразнила я его. — Ну и где мы их достанем?

— Ты, кажется, забыла, что мы находимся в Марамбе — крупнейшем торговом центре мира! Здесь можно найти все, ну или почти все, — призадумался мужчина, и мне стало интересно, какая мысль у него не укладывалось в слово «все». — Кстати, — и он пошарил по карманам, — возможно у меня найдется парочка из этих камней, — сообщи торжественно он и вынул огромный кусок природного рубина. И выглядел он не так впечатляюще, как обрамленный, однако своими размерами превзошел все мои ожидания.

— И кто мог забыть его в отеле? Это же несметные богатства! — воскликнула я, не в силах сдержать изумление.

Глаза мои метались между сверкающим камнем,