Яга и хрустальная гора - Ника Верон

- Что, Яга снова метлой погнала? - не удержался от вопроса.

- Спит Яга, - выдал важно Василий. - На печи. Даже не храпит.

Спит, то хорошо, что спит, - подумалось Ивану. Настроиться надо бы самому. Присмотреться к старухе. Хоть в спящем виде. Какие-то черты найти, которые… Впрочем, что там найти можно? Иссохла, как старое дерево. Не за что глазу зацепиться.

- И давно вернулась? - поинтересовался, добавив, - Вроде же не бывает в избе днём.

- Прилетает, - протянул кот, на траве подальше от воды вытягиваясь, солнышку пузико свое подставляя. - Особенно если ночами где шастает.

Интересно про хозяйку высказывается. Шастает… Это старуха-то шастает? Еще с девицей бы понял. А тут…

- Про меня спрашивала? – спросил осторожно, к берегу неторопливо направляясь.

- А то, - хмыкнул кот. – Считает, что чащу пошёл разведывать, - с чьей подачи считает, уточнять Иван не стал. - Сказала, спасать тебя мчаться не собирается, - продолжал Васька, мордочку лапкой умывать неспешно принявшись. - Хочешь сгинуть в этих краях, на здоровье.

Странное пожелание здоровья, - вновь про себя отметил Иван. Вслух что-то добавить собирался, не успел. На поляну пред озером вышла… Василина.

Замерла. Взглядом встретились. Должна развернуться. Уйти. Вместо этого… К краю озера подошла, замерев… Отвернуться бы… Ему. А ей - смутиться. Не гоже девице на мужика голого пялиться.

Вместо этого принялась на сарафане шнуровку неторопливо распускать. Задумала что? Мысли все прочь постарался отогнать. Не могла… Не верилось… Барышня, не девка-прислужница.

- Василина, отвернись, выйду, оденусь, - тон ровный выдерживая, проговорил Иван.

Послушать должна. Не сомневался, девица невинная. Во всяком случае быть должна. Скромность и стыд…

- Неудобно в одежде, слышала, - в тон ему ответ прозвучал, а сарафан соскользнул к ножкам стройным. За подол рубахи нижней взявшись, передумала. В ней уверенно в воду вошла.

- Оооо, начнётся сейчас, - громогласно констатировал Васька на четыре лапы свои поднимаясь и в лесу в несколько прыжков скрываясь.

Не обратил внимание на него ни Иван, ни Василиса.

Глаз княжич не сводил с девицы. Гибкий девичий стан. Тонкая талия, полная грудь. Бёдра женские, при ходьбе внимание особое к себе привлекающие. Тело… Тело, к которому прикоснуться желание… Запретное. Не жена. Не невеста.

- Что задумала, Василина? – сглотнув судорожно, спросил, стараясь на фигурке девичьей взгляда не концентрировать. Неловко.

- Сам не догадываешься? - спросила, перед ним остановившись в воду почти по самые плечи погрузившись. Выпрямляясь медленно, во всей красе перед ним представая. - Женой тебе стать хочу.

Серьезно? Вот так просто? Поверить не мог. А где же девичий стыд? Где… Или события сегодняшней ночи к мыслям греховным привели? Так остановить должен.

- Не венчаны… - проговорил в ответ. А взгляд на груди женской задержался, тканью на мокшей обтянутой, - Грех это великий. - добавил, самого себя уговаривая в рамках приличия удержаться.

- Великий, да не смертельный, - вновь тихо голосок Василины зазвучал. - Дочь Возгаря вернешь. Земли эти оставишь, - все так же негромко продолжала, на Ивана взгляд стыдливо подняв. - Останусь одна. Знаю, чувствую, вижу - люба тебе. И ты мне люб. Гордость девичью усыпила. Если прогонишь сейчас, не вынесу…

Что сказать пыталась? Испугался вдруг за нее. Женщина подвластна эмоциям. Глупостей натворить может. Вина на нем целиком и полностью будет. Но и взять то, что сама предлагала…

- А ежели тяжела станешь, понесешь после?

Мгновение на раздумье ушло. Всего мгновение.

- Рядом частичка твоя останется, - проговорила всё так же негромко, ладошками осторожно, словно боясь, тела мужского обнаженного коснувшись. - Помнить буду. Как зеницу ока беречь. Дитя любимое будет. Или не люба?

Лгать кому собирался… Выдохнул, наблюдая как ручки женские по груди мужской перемещаясь, на плечах остановились. Замерла в ожидании. А ему решение принять предстояло. Непростое.

- Люба… - руку протянув, плечика девичьего коснулся. Шаг сделав, к груди привлёк мягко, дабы не спугнуть. - Не здесь нам с тобой надобно, - проговорил, к ушку склоняясь чуть. - Неудобно тебе для раза первого будет… - совсем тихо продолжал, губами тёплыми от виска к щеке скользнув и уголка девичьих губ на мгновение коснувшись.

Вздрогнула. Но не отстранилась. Скорее дыхание затаила на какие-то мгновения. К себе прислушивалась? Или ему что сказать так пыталась…

- Боязно? - спросил, нежно под лопатки удерживая.

Взгляд вновь на женской груди задерживая. Прикоснуться к той желание возникло. Ласку