Дорога к счастью - Ника Верон

состояние, мать его. — Дим, звони Нику, передай всё, что слышал, — голос звучал привычно спокойно, каким обычно отдавал распоряжения. — Свяжись с Адамсоном. Мне он нужен срочно. И никому, даже отцу, ни слова. Да, и сделай, о чем я просил, — закончил он, кивнув на ноутбук в руках Дмитрия.

— Костя… — попытался тот что-то сказать. Пока Аристов доставал из неприметного в кабинете шкафа куртку и набрасывая ту на плечи.

— Дима, всё. Когда я тут снова появляюсь, а надеюсь, это край завтрашнее утро, у меня на столе по озвученной проблеме полная информация, — достаточно жестко прервав парня, вышел из кабинета.

— Лет через десять, можете ждать, — обронил через плечо тип в штатском, первым оставляя кабинет Аристова.

Фраза не очень понравилась. Это что ж такое с девицей сделано, если на столько серьезный срок озвучен. Если только не показательное предполагается. В таком случае, другой вопрос — кто за всем этим стоит. На ум приходила только одна личность. И если данная особь вышла на тропу войны… Вот тут подумал об Эльвире. Если причина задержания — дело рук Рубальских, то непременно информация окажется доведенной до Соколовской. А она как раз в том состоянии, чтобы глупости творить!

Глава 37. Обида

На пороге Иркиной квартиры Эльвира появилась часов около девяти вечера. При «боевом» раскрасе. В мини-юбке. Черных колготках. На шпильках. В кожаной курточке и полупрозрачной кофточке с вызывающим декольте. У Розовой на какое-то мгновение пропала речь. И вообще — остановились все двигательные рефлексы.

— Соколовская, я не сплю? — выдохнула, наконец, отступая в глубь квартиры. — Ты куда в таком виде?

Выглядела Элька сногсшибательно. А подкрасившись, добавила себе яркости, не растеряв индивидуальности. Видел бы её сейчас Аристов, — мелькнула мысль.

— В кабак, — выдала та еще одну новость сегодняшнего дня. — Одной стрёмно, сто лет нигде не была. Боюсь белой вороной оказаться. Пошли вместе? У тебя же Андрюха сегодня в ночь?

От сделанного предложения Ирка откровенно растерялась. Нет, муж не запрещал с подругами отдыхать. Только если вспомнить о состоянии самой Соколовской, то возникают сильные сомнения относительно благополучного завершения предстоящей возможной «вылазки».

— А, давай у меня посидим, — попыталась предложить Розова, буквально затаскивая подругу в квартиру. — У меня и бутылка вина есть, — продолжала она, толкая Соколовскую в сторону гостиной. Та только успела на ходу, спотыкаясь, сбросить туфли.

А у Ирки уже созрел в голове план, как остановить безумство Эльки. Легкий запах спиртного уловила. Учитывая, что стадия опьянения у Соколовской наступает довольно быстро, бутылки вина как раз должно хватить, чтобы та в ближайшие час-полтора спать легла. Наверняка на утро, сама же еще и спасибо скажет.

— Не хочу дома, в кабак хочу, — заупрямилась та, «плюхаясь» на низкий диван. Коротенькая юбка, задравшись до неприличия, обнажила…

— Ты серьезно? — Ирка глазам не верила. — Эль, в чулках? Вот за это точно надо выпить. А твой кабак никуда не денется, — продолжала она, спешно извлекая из шкафа пару бокалов, а из импровизированного бара — бутылку вина. — Давай посидим у меня. Андрюха должен отзвониться ближе к одиннадцати. С ним утрясу, и сходим. Обещаю.

Пообещать сейчас готова была в преисподнюю отправиться, только чтобы Элька согласилась выпить этого чертового вина! В кабаке точно нарвется на неприятности. И себя не простит, и Аристова окончательно потеряет. А Розовой казалось, что шанс вернуть того у подруги, не смотря на сегодняшний инцидент, еще есть.

Сырная тарелка, соленые огурчики и мелко покрошенный бекон (то, что нашлось в холодильнике и не требовало длительной готовки) через несколько минут уже стояли рядом с вином, на столике гостиной. В бокалах — красное крепленое. Самое то, чтобы Эльку максимально быстро отправить спать. По крайней мере, так было в планах Ирины.

Уже потянувшись к бокалу, Эльвира, вздрогнув от неожиданности, в недоумении глянула на резко запевший телефон. А на экране высветилось: «Машка». Сколько раз порывалась удалить из телефонной книги. И каждый раз что-то то мешало, то отвлекало.

Переглянувшись с Иркой (кажется, даже хмель прошел), подвинув телефон на середину столика, нажала «принять» и на громкую связь. И слова не успела вставить, как из динамика понеслось:

— Слушай, о главном забыла сказать, — явно продолжала та с кем-то, видимо по какой-то причине прерванный ранее, разговор. — Разругались эти двое вконец! Говорил мне Игорёк, что не долго вместе пробудут, я не верила. Случайно сегодня его разговор с каким-то мужиком слышала. Представляешь, истерику ему из-за бабы устроила. В общем, гульнул он неосторожно. А чего ждала? Такому, как Аристов, как говорит мой, в постель — огонь-баба нужна, а не льдина закомплексованная. А она — там не тронь, сюда не сунь. Постебался еще с этим мужиком, что как жена, прокатила бы, но как любовница — отстой…

— Так, хватит, — оборвав звонок, Ирка глянула на гостью. — Эля, в голову не бери, — вот сейчас все планы по удержанию подруги от необдуманного шага, могли полететь в тартарары. Тогда точно сама будет разбираться с Лагуновской. Лезла та, куда надо и не надо. — В жизнь не поверю, чтобы твой Аристов…

— Не был моим и уже…

Не закончив фразы, сделала внушительный глоток из своего бокала. Слезы на глазах проступили. Обида рвалась наружу. Всё одно к одному, а мама с Иркой продолжают защищать человека, который… Вот чего не ждала от него, так подобного трёпа.

— Эль, ну ты, что, Машку не знаешь? — напомнила Ирка, пересев к подруге и успокаивающе обняв ту. — Соврет, не дорого возьмет. Тем более если у нее проблемы с Рубальских. На работу от хорошей жизни не бегут. Да и, не похож твой Аристов ни на кобеля, ни на тех, кто о своих бабах потрепаться любит.

— Конечно. Херувимчик с нимбом над головой, — съязвила Эльвира, очертив при этом над собой условный круг. Дотягиваясь до бокала с вином и отталкивая подругу, тем же тоном продолжая, — А хер у него сам из штанов выпрыгнул и в рот той заскочил. Случайно. Он же сам по себе существует. Так, по-твоему? — уставившись на подругу, медленно спросила, — Ты чего ржешь?

Ирка, действительно, заливалась смехом.

— Да, картину представила. Прости, — призналась, все еще фыркая от смеха.