Дыши и успокойся, Бекки! - Fine Blue Eyes

— Нет, этого больше не произойдет, — я уже рыдала. — Он дошел до предела, после которого пустота!

— Не мели чепуху, подруга, — Тереза продолжала настаивать на своем. — Стивен от тебя никогда не откажется: сколько всего безумного и беззаконного он уже сделал! Считай, что ты связана с ним навеки. Главное, чтобы он сейчас выздоровел, а ты успокоилась и вернулась домой. Мы тебя ждем, слышишь?

— Но как же я буду получать сведения о нем? Я даже не знаю названия больницы, куда его привезли. Боюсь, что Сакда не будет мне о многом сообщать, если вообще хоть раз напишет. Он меня ненавидит!

— Так, погоди. Дай мне немного времени все осознать. Я постараюсь найти информацию о Стивене. Напомни его фамилию и возраст?

— Стивен Спензи. Двадцать пять лет. Рожден четвертого марта.

— Хорошо. Иди, позавтракай и прогуляйся напоследок. Как что узнаю, наберу тебе. Сама никуда не рыпайся, все равно в реанимацию посетителей не пускают. Люблю тебя! — подруга отключилась, немного меня успокоив и оставив надежды.

Не буду лукавить, мой дорогой слушатель, что среди множества пропущенных звонков были те, что исходили от Уильяма и Клайда. У меня не было никакого желания сейчас говорить ни с одним, ни с другим, поэтому я каждому написала на опережение:

«Привет! У меня все хорошо, просто телефон был сломан. Сегодня ночью вылетаю обратно. Как дома приду в себя, напишу».

Примерно такое же сообщение было адресовано подругам и доктору Кродли.

Открыв сообщения от незнакомого номера, я снова провалилась в свой внутренний ад! Это был Стивен, приславший мне накануне огромное количество фотографий с отдыха на нашем острове. Там было все: мои страхи, надежды, радость, ревность, любовь! Этот прекрасный человек, так сильно отталкиваемый мной, сохранил память обо всем в снимках. Вот я сплю под покрывалом, улыбаясь во сне — мое первое утро после похищения! Вот я катаюсь на слоне вместе со Стивеном, пытающимся меня поцеловать в шею — мой второй день примирения! Вот я задумчиво смотрю на скалы из длиннохвостки — мой третий день ревности! Вот я пробую тайский суп — четвертый день принятия! Вот я настороженно гляжу в сторону, сидя за столом в своем атласном платье — мой ужасный пятый день разочарования! Вот я стою под водопадом — мой шестой день отчаяния! Вот я сплю на своей кровати, свернувшись калачиком — утро седьмого дня моей боли! Значит, он приходил ко мне тогда!

Понимая, что все это было со мной, так рядом, так близко, а сейчас — так безнадежно далеко, я снова побежала в душ, чтобы ледяной водой попробовать остановить очередной поток слез. Дыши и успокойся, Бекки!

Восстановив самообладание, что далось мне крайне сложно, я написала ему: «Я пришла». Надеюсь, он это прочтет! Надеюсь, Сакда это сообщение не уничтожит заранее! Надеюсь, Стивен меня простит и примет обратно в свою жизнь…

Сделав несколько вдохов-выдохов, я спустилась на завтрак, ворвавшись в целый поток отдыхающих со всего мира. Да, это прекрасное место, чтобы затеряться в толпе веселья и радости. Никто ничего и не заметит.

Несмотря на опустошенность души, мой организм требовал сил для продолжения жизни. Положив себе что-то на тарелку, я машинально прошла к тому самому столику, за которым ужинала по прилету, и где впервые за долгие месяцы увидела Стивена. Как символично, не правда ли, мой дорогой слушатель?

За соседним столом все также сидела молодая семья с мальчиками-близнецами, которые теперь вели себя совершенно иначе: никакого раздора между ними, никакого сопротивления родителям, — идеально похожие друг на друга дети. Что могло повлиять на такие перемены? Странная наша жизнь, правда?

После завтрака я прошлась по комплексу, наблюдая за счастливыми людьми, постоянно суетившимися вокруг меня. Чтобы заполнить свой день, я долго бродила по пляжу, стараясь запомнить безмятежное море, мягкий на ощупь песок и колоритные пальмы, вырастающие из любого свободного места. Мой отдых в этой чудесной стране подходил к концу, успев показать мне всю амплитуду эмоций: от счастья и любви до горя и одиночества.

Вернувшись в отель, я долго лежала на кровати, глядя в потолок и слушая сменяющие друг друга передачи по телевизору. Ближе к вечеру мне перезвонила Тереза:

— Бекки, — она казалась расстроенной, но старалась держаться, — через Джека мы нашли одного сотрудника больницы, куда доставили твоего Стивена. Его состояние оценивается как тяжелое, но есть надежда, что жизненно важные органы не пострадали. Помимо алкоголя в крови никаких препаратов или веществ не обнаружено. Видимо, перепил с горя твой возлюбленный, а не отказался от тебя или жизни. У персонала все под контролем. В случае изменений позвонят. Договорились, что нам будут сообщать о его состоянии каждое утро после пересменки. Большее гарантировать пока не могу.

— Спасибо тебе огромное, Тереза!

— Не за что, теперь это и меня касается, раз я заварила всю эту историю. Но я не знала, что так будет, поверь мне, Бекки! Стивен лишь просил дать ему шанс с тобой встретиться где-то за пределами страны. Я согласилась ему сообщить о твоем отпуске, а он обещал просто поговорить с тобой. Откуда мне было знать, что он усыпит тебя и вывезет на безлюдный остров! Это же чистое безумие! Хорошо, что его странности на этом ограничились, и нам не пришлось объявлять тебя в розыск. Когда ты перестала отвечать, на второй день я ему написала, на что он прислал ваше совместное фото вполне довольных людей, катающихся на слоне, и я проглотила его уверения, что ты просто отключила телефон, чтобы в себе разобраться. Прости меня!

— Я тебя уже простила, Тереза, не переживай! Конечно, в первые минуты осознания твоего предательства я была не в себе, но сейчас понимаю, что ты сделала все верно. Стив — мой человек!

— А как же Уильям?

— С Уильямом у нас все стояло на одном месте. Мне надоела эта неопределенность. Как доберусь домой, я поговорю с ним. Самое главное, чтобы Стивен быстрее выздоровел.

— Ладно, отдыхай. Утром тебя встречу в аэропорте. Чао!

Сакда прислал обещанное сообщение ближе к десяти вечера:

«Состояние Стива без изменений. Будь готова через час».

Промаявшись до конца дня в стенах отеля, в назначенное время я спустилась к стойке регистрации, где меня уже ждал друг Стивена. Обменявшись парой фраз, мы добрались до аэропорта в абсолютной тишине. Немногословным оказалось и ожидание рейса, которого Сакда дождался, чтобы быть полностью уверенным в моем отлете. Когда настало время посадки, он постарался натянуть приветливую улыбку и попрощался со мной:

— Бекки, надеюсь, ты