Ворон. Альянс с врагом - Екатерина Ромеро

— А-а-а!

Замок окатывает истошный вой Пабло, он хватается за лицо. Теперь оно все в крови, разодрано до мяса. Ворон сорвал с него маску, теперь я вижу настоящее лицо этого существа, которого мы раньше звали папой.

— Скай!

Хватаю ее за руку за те доли секунды, когда Весперо набрасывается на Пабло. Он клюет его в губы и глаза, в щеки, в шею, вспарывая ему вены, разбивая голову клювом до крови, и я с ужасом вижу, как Пабло не удерживает равновесие.

Весперо не отпускает его до тех пор, пока Пабло не спотыкается и не делает шаг назад, а после падает в пропасть.

— О боже

— Тише, тише

Я прижимаю к себе дрожащую Скай, и мы все слышим истошный крик Пабло, который падает в пропасть.

А после просто глухой стук. Он разбился о камни. Сам, на своем же месте для казни, только теперь палачом оказался тот, кто все это видел. Весперо. Он тогда видел, что Пабло сотворил с моей матерью. Он решил свергнуть короля и закончить партию.

— Вито Вито.

— Все хорошо. Все хорошо, девочка.

Целую Скай в щеки, обнимаю. Переглядываемся с Анжело. Он стоит бледный как стена.

— Весперо все видел еще тогда.

— Да. Теперь я в этом уверен. Вот кто наш истинный король. Спасибо, Весперо. Ты лучший друг, — заключаю тише и беру Скай за руку.

— Идем. Все закончилось.

— Ты хочешь, чтобы я вернулась?

— Я хочу этого больше всего на свете, Скай.

Глава 39

Скай

Это было так страшно. Пабло носил маски. Так много масок, и там, на горе, Вито и Анжело сдирали их все по очереди.

Последнюю маску с этого страшного человека сорвал Весперо. И Пабло погиб, он так сильно увяз в своей лжи, что в конце концов просто захлебнулся ею.

И Вито прижал меня к себе, а я просто дрожала. Я не могла даже говорить.

Мы заходим в замок, но я останавливаюсь. Я не понимаю уже, что мне делать, как быть.

— Вито, ты правда меня не казнишь?

— Нет. Нет, девочка. Я так испугался.

— Чего?

— Что потеряю свою жену снова.

— Вито, я не такая, как София. Я хуже.

— Ты не такая, но я люблю тебя такой, как ты есть! Скай, я очень люблю тебя. Я все сделаю для тебя. Прости меня, девочка. Прости за все, если сможешь! Ты и твоя семья ни в чем передо мной не виноваты. Ты можешь ненавидеть меня, гнать, уйти.

Вито обнимает меня, осторожно прижимает к себе. А я не могу, слезы стекают по щекам, так больно.

— Не надо

— Не плачь, Скай. Это все Пабло творил, это были его игры. Он сам напал на замок, сам подставил твоего дядю. Марко ни в чем не виноват, он виноват только в том, что не забрал тебя отсюда.

— Хорошо. Это хорошо, но ты меня ненавидишь.

— Нет! Нет, вовсе нет, Скай. Во мне давно нет к тебе никакой ненависти! Только сожаление. Ты можешь уйти. Клянусь, никогда тебя искать не буду, но знай: я очень хочу, чтобы ты осталась. Со мной. Если сама хочешь, конечно.

Смотрю на своего мужа. Такой высокий и сильный. Он не выпускает меня из своих рук. Но не делает больно, держит осторожно, даже нежно, да, именно так.

— Назови одну причину, почему ты хочешь, чтобы я осталась, Вито. Как твоя жена.

Смотрю на него. Этот мужчина перевернул мою жизнь. Пленил меня, женился на мне, ненавидел. Так долго. Неистово, страшно, но притом Вито ни разу не поднял на меня руку, ни разу не позволил себе взять меня силой. Хотя мог, он мог много чего со мной делать, но не поступал так.

Вито наклоняется и обхватывает мою голову руками. Сердце пропускает удар. Я так хотела этой нежности. От него. А теперь сама не знаю, как реагировать. Мне просто больно.

— Там, на горе, я бы не выстрелил в тебя. Не смог бы. Я бы просто не смог, и знаешь почему? Потому что я люблю тебя, Скай. Девочка моя, я так сильно я так тебя люблю! Прости, что понял это так поздно. Прости, что обидел, что уничтожил твой дом. Что забрал тебя от матери. Девочка, я узнал тебя, я бы хотел вернуть время назад, но это невозможно. Будь моей по-настоящему. Без мести, без ненависти больше. Я могу предложить тебе дом, семью, мое уважение и любовь, верность. И мои шрамы. Больше у меня ничего нет, Скай. Ничего. Еще могу предложить тебе свободу. Выбери то, что тебе ближе. Я приму любое решение от тебя. Даже если это сделает мне больно.

Слезы стекают по щекам. Хлопаю ресницами.

— Не плачь. Скай, умоляю, я больше не могу видеть твои слезы. Чего ты сама хочешь, скажи?

Глубоко вдыхаю, я уже знаю ответ. Знаю, конечно же, знаю.

— Я хочу остаться. С тобой. И семью хочу. И твои шрамы. И любовь.

— Я буду носить маску не снимая. Лишь бы ты не боялась меня.

— Я не боюсь тебя. Не носи маску, я хочу тебя настоящего. Настоящего, Вито.

Усмехаюсь, а после Вито наклоняется и накрывает мои губы своими. Целует меня нежно и страстно, прижимая к себе, и я понимаю, что это он. Не палач мой больше, не похититель. Это мой муж, мой любимый, мой Вито Чезаре.

— Скай! Папа!

Лесси. Она подбегает к нам, и мы оба ее обнимаем.

— Все хорошо.

— Ты жива! Ты жива, Скай!

— Все хорошо, доченька.

Слова сами слетают с губ, и Лесси улыбается, когда их слышит.

Глава 40

Рассвет — это время чего-то нового, но мы не закрываем книгу,