Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

— Не совсем. Но поговорить нам и правда есть о чем.

— Ты что-то меня пугаешь и напрягаешь.

— Не волнуйся, милый, не надо так нервничать. Все хорошо.

Ракель заключает Терренса в нежные объятия, на которые он немного растерянно отвечает, погладив нежно погладив свою супругу по спине. Сама же девушка обвивает шею мужчины обеими руками и мягко гладит по голове, запустив свои пальцы в его мягкие волосы. А отстранившись, девушка с легкой улыбкой берет супруга за руки, со всей нежностью и любовью посмотрев ему в глаза.

— Просто хотела поблагодарить тебя.

— За что? — округляет глаза Терренс.

— За все. За все, что ты для меня сделал. За то, что всегда поддерживаешь меня, находишься рядом и заботишься обо мне как никто другой.

— И тебе спасибо, что делаешь меня таким счастливым. Я еще никогда не ощущал себя настолько хорошо, как сейчас.

— Порой я поступала глупо и некрасиво по отношению к тебе. Особенно часто это происходило в начале наших отношений. Но ты все равно находил силы прощать меня и продолжать любить, невзирая ни на какие мои недостатки.

— Просто я уже после первой нашей встречи был уверен в том, что однажды женюсь на тебе. Знал, что именно ты станешь матерью моих детей. Просто взглянул на тебя и тут же подумал: «Я женюсь на ней!». И вот я женился.

— У тебя всегда было столько поклонниц, среди которых ты мог выбрать любую.

— Однако я выбрал тебя. Потому что ты сразу же повела себя не так, как другие. И мне это очень понравилось. Понравилась, что ты была не как все.

— Да уж… — скромно хихикает Ракель. — Не так я, конечно, представляла себе свою историю любви. В моем представлении она должна была быть нежной, невинной и романтичной. Но… Наша началась совсем иначе. И… Мне это понравилось.

— Я перезнакомился с кучей разных девушек. Многие из них были неплохими. Однако не было той, ради которой я бы мог расшибиться в лепешку. Да и у меня не было времени с кем-то встречаться и искать себе подружек. Я был весь в работе: бесконечные съемки, интервью, путешествия и прочее. Я жил по строгому графику и едва находил в нем время на маму и друзей и отдых. Однако меня все устраивало, и я ни на что не жаловался. Хотя порой мне все равно не хватало чего-то нового… Но я не мог… Из-за того, что у меня не было времени. Желание выбраться из нищеты и помочь матери с деньгами было слишком сильно. И ради него я был готов работать сутками.

— Я жила точно также. В таком же сумасшедшем графике. И меня все устраивало. Просто работала, моталась куда-то и в конце дня валилась с ног от жуткой усталости. Хотелось не сколько заработать деньги для себя и дедушки, сколько доказать самой себе, что я чего-то стою. Что я не такая, какой меня считали. Когда у меня появился шанс проявить себя, я сомневалась. Но потом поняла, что пришло время утереть нос всем, кто говорил, будто я ничего не смогу добиться и никогда не буду счастлива. И вот я пахала сутками напролет. Пахала, чтобы снова и снова слышать похвалу. Критика расстраивала, а похвала окрыляла… Впрочем… Ты и так прекрасно знаешь, какой я была до встречи с тобой…

— С того времени многое успело измениться и случиться. Было и хорошее, и плохое – не спорю. Но я ни о чем не жалею. Ведь я обрел счастье и покое рядом с тобой. Мы столько всего пережили, что я уже ничего не боюсь и готов пройти через любые трудности, с которыми мы, несомненно, столкнемся в будущем. Как и любая семейная пара.

— Пережитое за все эти годы научило меня многим вещам. Мне больше не нужно доказывать себе, что я чего-то стою и вовсе не являюсь той, которой меня все считали. Не нужно лезть вон из кожи, чтобы кто-то лишний раз меня похвалил. Потому что я научилась себя любить. И отпустила все обиды на тех, кто меня задирал.

— И несмотря на проблемы в карьере, ты все еще сияешь, — скромно улыбается Терренс. — Сияешь так же ярко, как звезда на небе. Да и я не бросил актерскую карьеру и готов развивать ее.

— Уверена, что в будущем тебе предложат то, от чего ты не сможешь отказаться. Сделаешь такое, что тебя перестанут ассоциировать с Мэйсоном Хьюстоном, по которому в двухтысячных сходили с ума все девчонки.

— Я не против, что меня ассоциируют с Мэйсоном. И я никогда не стану отрекаться от него. Просто я уже давно перерос этого персонажа. Было бы глупо до сих пор оставаться тем мальчишкой в глазах людей. Мне уже давно не восемнадцать. Мне почти тридцать. Я – взрослый мужчина. Мэйсон Хьюстон повзрослел. Он хочет двигаться дальше.

50.4

— Конечно, будет, дорогой мой. — Ракель нежно гладит Терренса по щекам и запускает пальцы в его волосы, проводя по ним от лба до затылка. — У тебя еще все впереди.

— Я знаю… — скромно улыбается Терренс. — Впрочем, актерство интересует меня куда меньше. На данный момент я полностью сосредоточен на музыке. Работа в группе стоит на первом месте. Недавно вышел первый альбом с моими песнями. Мои собственные песни, над которыми я долго работал.

— Не сомневаюсь, что каждый ваш новый альбом будет еще лучше предыдущего. Я с удовольствием слушаю ваш дебютный целыми днями. И уже учу слова каждой песни, чтобы громче всех подпевать на ваших с парнями концертах.

— Если наши будущие дети полюбят мою музыку и пойдут по моим стопам, то я с радостью научу их всему, что умею.

— Кто знает, дорогой… — Ракель с легкой улыбкой на секунду отводит взгляд в сторону. — Ну а если им понравится смотреть на меня, ходящую по подиуму и снимающуюся для журналов и рекламы, то я тоже научу их всем хитростям.

— Тебя невозможно не полюбить. Народ просто обожает тебя. Тебя буквально готовы носить на руках. Мы с тобой до сих пор получаем кучу поздравлений со свадьбой со всего мира! Хотя прошло уже достаточно времени.

— Я знаю… — пожимает плечами Ракель. — Ну а чтобы положить начало