Неправедные ангелы - Алисия Рамос

позволила ей. Я никогда раньше не испытывала такой ярости. С натужным криком я подняла руку в третий раз, когда голос Райли прорвался сквозь шум в моей голове. — Нет, сохрани ему жизнь, Майя, — спокойно сказал Райли.

— Почему? — крикнула я в ответ, в моем тоне преобладал шок, когда осознание поразило меня.

— Иди ко мне, Майя, пожалуйста. Позволь другим разобраться с этим.

Я снова спасла себя. Я. Спасла. Себя.

С судорожным вздохом нож выпал из моих рук, шлепнулся в воду и погрузился под поверхность, присоединившись к моему телефону. Кроссовки скрипели по полу, когда я подплыла к лестнице, но у меня ничего не осталось, поэтому я просто висела там, цепляясь изо всех сил, пока меня не вытащили из воды.

Кедровое дерево и алкоголь ударили мне в ноздри, и от этого запаха меня чуть не стошнило, а желудок скрутило тошнотой. Медленно мои глаза открылись, и я обнаружила, что Райли подхватил меня на руки. Мое тело напряглось, когда послышался плеск воды, и я услышала шум борьбы, когда моего нападавшего вытаскивали из бассейна.

— Отведи его к Джейд, Ной. Этим занимаются Беннеты. Я позабочусь об этом завтра.

Кто такой Джейд?

— Ты собираешься убить его? — спросила я, мои зубы стучали от холодного воздуха, который ласкал мое тело. — Я д-д-действительно жива, верно?

— Ты спасла себя, Майя, — голос Райли был полон облегчения, когда он убрал прядь волос, прилипшую к моему лицу. Я могла только смотреть, наблюдая за эмоциями, мелькающими на его лице. Страх, боль, облегчение и эта ухмылка, эта гордая ухмылка. Его сердцебиение замедлялось по мере того, как он расслаблялся. — Предполагалось, что это будет всего один бокал. Пожалуйста, прости меня.

Я мягко улыбнулась, положив руки ему на лицо. — Ты один человек, Райли. Ты не можешь быть рядом каждую секунду каждого дня, — я сказала ему. — Пожалуйста, не плачь.

Мой большой палец скользнул по ровному потоку, и это разбило мое собственное сердце на куски.

— Ты чуть не бросила меня, — сказал он сквозь шум в ушах. — Ты не можешь оставить меня одного.

Натиск эмоций этого обычно закаленного мужчины угрожал закрутить меня по спирали, и мое сердце сжалось. Я обхватила его сзади за шею, притягивая ближе. Наши губы соприкоснулись в мягкой близости, но столь же страстной, давая ему понять, что ни один из нас не потерпел неудачу сегодня вечером. Райли все еще дрожал, когда мы отстранились, поэтому я справилась с сильными эмоциями наилучшим известным мне способом.

— Отнеси меня в постель, и я никому не скажу, что ты плакал. Это будет наш маленький секрет, — прошептала я ему в грудь. — Моим ногам лучше не касаться пола.

Он покачал головой с хриплым смешком. — Ты заключила сделку, Веснушка. Хотя, боюсь, если мы продолжим вбивать секреты в твой толстый череп, я скоро смогу проехаться коньком по твоему лбу, — он фыркнул, тихий, но заметный смешок прозвучал у меня в ушах, и я улыбнулась ему, держась изо всех сил.

— Такой придурок, — парировала я, когда он направился к передней части дома. Большой палец Райли успокаивающе поглаживал мою спину, пока мы шли в спальню, и чем больше он поглаживал, тем более безопасной и довольной я себя чувствовала. Как только он уложил меня и устроился поудобнее, меня притянули к нему, но я не осмелилась сказать ему, что не могу дышать.

Выражение его лица преследовало меня и заставляло думать о вещах, подобных тому, что он чувствовал по ночам, когда ему просто... нужно было, чтобы кто-то был рядом. Я потерлась носом о его шею, смеясь, когда тихий стон сорвался с его губ, зная, что нашла чувствительное место, чтобы помучить позже. Мой желудок сжался, когда я озвучила следующую просьбу, нервничая из-за его реакции, но также желая немного поднять настроение.

Я сглотнула, проводя указательным пальцем по его груди: — Итак, теперь, когда у меня есть стоп-слово, может быть, ты разбудишь меня, как ты сделал несколько недель назад? На этот раз не заставив меня описаться? — спросила я, приподняв бровь.

Он разразился смехом, который с грохотом вырвался из его тела в мое. — Хотя это и эротично, на самом деле это не мое. Я пытался высказать свою точку зрения, и мне жаль, если это было слишком.

Я потеряла дар речи. Приношу свои извинения, и еще не прошло двадцати четырех часов. Тем не менее, я фыркнула, ожидая его ответа. — Да, я могу сделать так, чтобы это произошло, но не сегодня. Сегодня просто позволь мне любить тебя. Я просто хочу обнять тебя на мгновение, — кивнула, теснее прижимаясь к его груди. — Просто позволь мне обнять тебя.

Хватка Райли на моем теле усилилась, притягивая меня ближе, чем это было возможно, прежде чем погас свет. Сегодня вечером я кое-что осознала, жгучее чувство вспыхнуло изнутри. Несмотря ни на что, мне нужно было оставаться сильной, не только ради себя, но и ради той части Райли, за которую я хотела держаться: маленькой частички невинности, которая у него все еще была, и глупого, любящего человека, который жил и дышал только хоккеем и мной.

Чтобы сделать это, мне нужно было оставаться сильной, решительной и понимать, когда мне нужно оставаться сверхнезависимой. Однако сегодня вечером я крепче обняла его и прошептала: — Я люблю тебя.

Он поцеловал мои волосы и откинулся на подушки. — Я тоже люблю тебя, Майя, — ответил он. — Больше самой жизни.

Когда я проснулась, Райли лежал на боку, а я — на спине. Ночь состояла из метаний после кошмара. Я снова была в бассейне с этой проклятой красной маской. По моим плечам струился пот, и как только я сняла маску, я обнаружила себя почти как в зеркале между нами, но каждое движение было одинаковым, пока она не заговорила. Майя из сна сказала Майе из сознания, что Райли умрет, и слезы потекли по моему лицу, когда я ударила кулаком по невидимому зеркалу. Я думаю, что худшей частью пребывания в ловушке собственного разума была беспомощность. Ты был полной жертвой тех ужасных вещей, которые ты велел себе делать или говорить, монстром, который таился глубоко внутри каждого из нас. В наших шкафах или под кроватью не было монстров, потому что мы были монстрами. Травма создала нас, заставляя ходить среди других, которых считали неполноценными или нуждающимися в лечении. Мы просто хотели, чтобы нас поняли.

Прими это, темноту, приказала она мне, и я сделаю это. С этого момента единственным человеком, который получит полную версию меня, будет Райли. Но