Наследие - Илона Эндрюс

Антон. — Нас здесь десять человек, и мы готовы войти. Почему бы тебе не отойти в сторону и не дать нам разобраться с вашим бардаком?

— Он действительно сказал, что их десять? — спросил Лео.

— Да, — подтвердил Коваленко. — Он научился считать.

— Тебе это показалось угрозой? — призадумался Лео.

— Да.

Глаза Лео вспыхнули белым. Из его спины вырвались два огромных черных крыла, неземных, словно сотканных из грозы. Молнии потрескивали и плясали на призрачных контурных перьях.

Из Антона вырвался поток тёмно-зелёного света и превратился в ауру, которая окутала здоровяка, словно вторая кожа.

— Настырные, — сказала Криста. — Что они знают такого, чего не знаю я?

— В этом разломе есть большая жила из адамантита, — сказал Элиас.

— Кто-то проболтался.

— Угу.

И он прекрасно понимал, кто. Круг подозреваемых был ограничен четырьмя людьми. Вагнер был слишком пессимистичен, Дришья — слишком молода и неопытна, а Мелисса считала, что гильдия полностью её поддерживает, благодаря мягкому стилю допроса Лео. Только будущее одного человека было под вопросом. Лондон воспользовался возможностью и открыл для себя ещё одну дверь.

— Обычно они не такие агрессивные. — Криста нахмурилась.

— Они пишут, — сказал Элиас. — Они надеются спровоцировать нас, а потом разнести это по всем СМИ.

— Вы нарушаете статью 3 «Закона о регулировании работы врат». — Голос Лео звучал жутковато, неестественно громко, будто его слова заглушал рёв далёкой бури. — Отступите, или мы будем вынуждены удалить вас в целях вашей же безопасности.

Антон сделал шаг вперёд. Команда позади него выстроилась в боевой порядок. Антон сделал ещё один шаг. Третий.

— Это мне сигнал. — Элиас взял свою кружку с кофе и вышел за дверь.

Джоанн увидела его первой. Она положила руку на плечо Антона и, когда он не отреагировал, что-то прошептала ему на ухо. Антон остановился.

Мгновение никто не двигался.

Элиас отхлебнул кофе и двинулся вперёд. Позади него из библиотеки вышел Джексон и прислонился к стене.

Элиас вышел на середину улицы, глубоко вдохнул и отпустил себя. Из него вырвалась сила, сформировавшись в невидимую полусферу. В двадцати метрах от него с дороги съехала вагонетка.

Антон взглянул на вагонетку, а затем снова на Элиаса.

Элиас не стал останавливаться. Его силовое поле двигалось вместе с ним. Два тяжелых трейлера, стоявшие прямо перед группой «Стражей», скользнули в стороны, пробивая тротуар, и убрались с пути Элиаса.

Группа из конкурирующей гильдии попятилась. Антон остался на месте и вытащил из-за спины меч. Клинок длиной сто девяносто сантиметров был абсолютно чёрным. Чистый адамантит. Мило.

Передний край щита Элиаса коснулся вражеского танка.

Антон сжал рукоять меча, и огромный клинок засиял фиолетовым светом. Великан замахнулся. Меч врезался в силовое поле и отскочил.

Элиас продолжал идти.

Антон сделал шаг назад и снова рубанул мечом. Меч отскочил.

Антон попятился. Два шага назад. Три. Четыре. Танк перевернул меч и поднял его над мостовой, собираясь вонзить в землю, чтобы закрепиться.

— Он сломается, — крикнул Лео.

— Я бы к нему прислушался, — сказал Элиас, остановившись. — Это хороший меч.

Антон долго смотрел на них.

Элиас отпил кофе.

Танк «Стражей» убрал меч в ножны. Элиас опустил щит. Ещё мгновение, и он всё равно бы разрядился.

«Стражи» настороженно смотрели на него.

Элиас сделал последний глоток кофе.

— Передайте Грэму, что, если он что-то почувствует по этому поводу, он может позвонить мне после того, как я закончу с воротами.

Антон повернулся к нему спиной и направился к фургону. Его команда последовала за ним.

Элиас посмотрел им вслед, затем обернулся.

— Ладно, ребята, я хочу, чтобы через десять минут мы были в разломе!

***

ПЕРЕДО МНОЙ ВЫРИСОВАЛИСЬ ВРАТА, огромные и тёмные. Я повернулась к Джово и указала на них.

— Домой.

Он ухмыльнулся.

Я раскрыла объятия и обняла его.

Он обнял меня в ответ и сказал что-то на своём языке. Если бы мой камень пробудился, я бы, возможно, поняла, что он сказал, но он всё ещё бездействовал.

Джово завозился со своим браслетом. В центре туннеля образовалась бледная дыра с огненным ободком, который вращался, как колесо, отбрасывая длинные искры. Я мельком увидела странный город из песчаного камня на фоне фиолетового неба, над которым висела огромная разрушенная планета.

Джово указал на портал.

— Баха-чар. Киар саэ Баха-чар.

Я понятия не имела, что такое «бахачар».

Он схватил меня за руки, посмотрел мне в глаза и медленно произнёс:

— Баха-чар, Ада. Киар саэ Баха-чар.

Это казалось жизненно важным.

— Киар саэ бахачар.

Он кивнул.

— Я запомню, — пообещала я.

Джово ухмыльнулся, отпустил мои руки, поклонился мне и нырнул в портал. Тот захлопнулся за его спиной, растворившись в воздухе.

В туннеле было темно и тихо.

Я глубоко вздохнула и достала телефон из кармана комбинезона. Всё это время я носила его с собой в прочном и водонепроницаемом чехле военного образца. Я выключила его, когда вошла в разлом, и с тех пор ни разу не включала. Даже в выключенном состоянии телефоны разряжаются, а мне нужно было, чтобы он включился прямо сейчас. От этого буквально зависела моя жизнь.

Я нажала кнопку питания.

***

ЭЛИАС ОЦЕНИЛ штурмовой отряд из девяти человек в полном боевом снаряжении. Это были лучшие из тех, кого мог предложить «Холодный Хаос». Они выглядели готовыми. Все были отдохнувшими. Солнце взошло. Пора было начинать.

Он повернулся к чёрной дыре врат.

— Хорошо. Давайте сделаем это.

***

ЭЛЕКТРИЧЕСКОЕ СИЯНИЕ экрана телефона осветило туннель. Осталось всего два процента заряда, но этого было достаточно. Ровно столько, сколько нужно.

Камера не работала, и я не могла тратить на неё заряд. Я не могла на себя посмотреть. Я не знала, как я выгляжу сейчас и достаточно ли во мне человечности, чтобы выйти. У меня тряслись руки от напряжения.

Я пролистала контакты, нашла нужное имя и натянула рукав комбинезона на браслет с мечом. Надеюсь, он мне не понадобится.

Я всё ещё была собой. Я была Адой Мур. Мне нужно было выбраться отсюда.

Был только один способ это выяснить.

— Пойдём, Мишутка.

Моя собака завиляла хвостом, и мы пошли во врата.

Я почти ожидала, что меня остановит непреодолимый барьер или что я почувствую боль, но ничего подобного не произошло. Я прошла через врата, проталкиваясь сквозь невидимое желе. Меня сдавило знакомым давлением. Я преодолела его.

Тяжесть исчезла.

Я вдохнула земной воздух.

Передо мной раскинулось великолепное голубое небо, освещённое первыми лучами восходящего солнца, и я никогда не видела ничего прекраснее.

Мы выбрались. Мы были дома. Я так долго была заперта в этом проклятом разломе, что мне казалось, будто