Опозоренная невеста лорда-дракона - Рута Даниярова

46

Лилиана, три месяца спустя

Я стою, окруженная воинами, на площадке возле храма Отца-Дракона. В ночи пылают факелы, разгоняя тьму, в воздухе плавают светящиеся шары, отбрасывая призрачное сияние на лица гостей. Над моей головой загадочно мерцают две яркие красные звезды — Глаза Дракона.

Сегодня свадьба по драконьим обычаям у Агнес и Торгена. В замке неделю назад мы отметили это событие, а сегодня им предстоит брачная церемония в храме.

Волосы моей подруги распущены, в них вплетены мелкие янтарные бусины и золотые нити, они сияют, как живое пламя. Рядом — гордый Торген в нарядном черном камзоле с золотым шитьем и янтарными пуговицами. На Агнес шелковое платье цвета мяты, струящееся волнами при каждом шаге.

Упрямый Торген все же уговорил свою любимую на брак по драконьим обычаям. На их запястьях красуются золотистые метки истинных. На редкость красивая пара, и многие гости откровенно любуются ими.

Накануне Агнес, бледная от страха, допрашивала меня о древнем ритуале — полете на драконе.

— Я умру, Лили! Упаду и разобьюсь! — твердила она, хватаясь за мои руки.

— Держись крепче и закрой глаза, если страшно, — вспоминала я советы свекрови. Леди Леарды сегодня нет, но здесь собралось около сотни драконов из разных кланов.

Я никак не могу отделаться от страшного воспоминания, связанного с этим местом: леди Арда, ее безумные глаза, полные ненависти, и боль от ядовитого укола.

Эйгар бережно держит меня за руку.

Но вот брак заключен, и огромный светло-золотистый дракон Торгена плавно взмывает вверх. Торген летит низко и медленно, и зрелище получается по-настоящему прекрасным: волосы Агнес развеваются на ветру, словно яркое золотое знамя. Наконец дракон приземляется и бережно подводит свою избранную к нам.

И сразу же вокруг Агнес смыкается живое кольцо — воины Янтарного дома встают плечом к плечу. Торген, сверкая глазами, объявляет:

— Никто не имеет права коснуться моей истинной! Ритуал соблюден!

С поздравлениями по очереди подходят старейшины и главы кланов, а затем остальные.

Я невольно задерживаю взгляд на высоком, мощном драконе с синими, как горное озеро, глазами. У него резкие черты лица, густые брови, нос с горбинкой. Дракон напоминает хищную птицу, которая ищет добычу.

Рядом с ним — миниатюрная рыжеволосая женщина. Их парные метки на сплетенных пальцах сияют мягким голубоватым светом, и кажется, будто в ночь от них разлетаются крошечные синие искорки.

Они подходят ближе, и я замечаю, что женщина беременна, округлость живота мягко обозначена под струящимся платьем цвета морской волны. Мой собственный живот пока незаметен, тем более что я выбрала платье свободного кроя из плотного бархата цвета меда.

— Приветствую тебя, Эйгар эш Эмберт, и твою миледи! — обращается синеглазый дракон. Голос его низок и мелодичен, но в нем слышна сталь.

— Здравствуйте, Дэйвар эш Лард и миледи эш Лард, — вежливо, но без тени теплоты отвечает мой муж.

Я мгновенно чувствую, как воздух между двумя мужчинами сгущается. Соперничество? Былая вражда? Ревность? Определенно, от обоих исходит почти осязаемое напряжение. Я научилась улавливать малейшие изменения в настроении Эйгара — метка истинности обострила нашу связь.

— Поздравляю вас, милорд, миледи. Вы скоро станете родителями, — мягко говорю я, пытаясь растопить лед.

Рыжеволосая женщина одаривает меня искренней, лучистой улыбкой, и даже холодные синие глаза эш Ларда теплеют.

— Приезжайте к нам в замок, когда будет возможность, — неожиданно предлагает миледи эш Лард, глядя прямо на меня. — У нас открывается вид на то самое побережье, где до сих пор находят янтарь.

Я вежливо благодарю, польщенная.

— Значит, у вас в клане теперь два дракона с истинными, — обращается Дэйвар к Эйгару, кивая в сторону Торгена и Агнес. — Это великая удача и сила для рода.

Пара отходит, и мой муж наклоняется ко мне, его губы почти касаются уха:

— Это новый глава Сапфировых драконов. Наши кланы враждовали три поколения назад. Мой прадед убил его прадеда в битве за золотые шахты. Не доверяю я его внезапной любезности.

— Но мне понравилась его жена, — упрямо заявляю я. — И было бы интересно увидеть то побережье.

— Дэйвар хитер и амбициозен. Его приглашение — не более чем разведка. Он хочет оценить нашу силу, нашу слабость.

— А его жена?

— О ней мало что известно. Говорят, она из далеких земель, где нет драконов. Возможно, именно поэтому она смотрела на тебя с таким интересом..

Я положила руку на еще плоский живот. Эйгар накрыл ее своей теплой ладонью.

— Пока ты носишь нашего дракончика, ни о каких дальних поездках речи не идет, — строго говорит Эйгар, и в его тоне звучит непререкаемая твердость.

Про себя я усмехаюсь. Знаю, что все равно побываю у Сапфировых драконов…

Наконец церемония закончена, и мы возвращаемся в Янтарный замок.

Было решено, что Агнес и Торген будут жить в дальних покоях восточного крыла. Места там достаточно, молодым нужно уединение, а мне будет спокойнее от того, что подруга теперь всегда рядом. Кто бы мог подумать несколько месяцев назад, когда мы пряли шерсть в монастыре, что станем родственницами? Женами лордов-драконов, красивых и сильных мужчин.

***

На следующий день я отправляюсь в город вместе с управляющим Аспером за покупками. С нами едут несколько крепких драконов. Муж велел им не отходить от меня ни на шаг.

На рынке воины окружили меня полукольцом. Они мешают мне слушать разговоры горожан, но без них муж категорически отказался отпускать меня.

Обойдя рынок, я нахожу прилавки, где продают цветы и деревья. Здесь пахнет землей и весной. Выбираю у торговца несколько десятков луковиц лилий. Продавец уверяет, что они самого разного цвета и очень красиво цветут.

— Эти вот красными будут, госпожа, а те — желтыми, как янтарь.

А узнав, что я жена лорда-дракона, от себя дает еще несколько крупных луковиц, обещает, что они будут белоснежными, как горные вершины.

Я улыбаюсь и складываю луковицы в корзинку.

На выходе с рынка сидит меня окружает кучка нищих, наперебой протягивающих руки с жалобными причитаниями.

— Подайте, добрая госпожа, сиротам, калекам, убогим, болезным.

Солжаты оттесняют их, но я открываю кошелек , подхожу ближе и раздаю медяки. Они сыплются в грязные ладони под поток благословений.

Воины зорко следят, чтобы никто из них не хватал меня.

— Миледи, так можно и разориться, — качает головой