Муза желаний - Татьяна Волчяк

— И советник по делам несовершеннолетних пожаловал. Может, что-то проверяют? — задумчиво добавил Маврик.

— А вон тех я не узнаю, — ткнул в сторону взрослых мужчин, похоже, стражей Интарии, Паучок.

— Так это не наши. Это чужие. Лина, а что здесь происходит? Ты не знаешь?

Профессора перестали болтать и уставились на меня.

Я не знала, что ответить. И то, что видела, мне совсем не нравилось. В центре помещения стоит Гила, держится за защитный артефакт купола академии. Ученики с Ильгидой, сбившись в кучку, замерли. Чуть в стороне от них — Синтер в окружении десятка неизвестных мужчин и сам эйт Смил.

Так и хочется сказать, что все в сборе, но я не вижу Элана. И едва я об этом подумала, как заметила на небольшом помосте лежащего без движения сына. Сердце от страха застучало с бешеной скоростью.

Что с ним⁈ Жив? Спит? В стазисе?

Кулаки сжались, к лицу прилила кровь. Внутри меня вспенилась волна паники. Вскипала буря, готовая вырваться наружу с разрушительной силой, сметая все на своем пути. Мир померк, сузившись до одной пульсирующей точки — мучительной неизвестности.

— Лина… Ли… — слышу рядом голос Гилы, но сам он стоит там, далеко, возле Синтера, у артефакта.

Глава 28

Война

У меня галлюцинации, иначе этого не может быть.

— Это я, Лина, — без конца повторяет ректор.

Я оборачиваюсь на голос и смотрю на него. Медленно перевожу взгляд на другого ректора, стоящего там… вместе с Синтером.

— Там иллюзия, Ли. Отвлекающая уловка. Я здесь и я настоящий. С Эланом все хорошо, он спит у меня в комнате. Ему ничто не угрожает, слышишь?

— А что вообще происходит, эйт Гурский? Часть обучения? Почему нас не позвали? — спросил декан Паучок.

— А я вам всем где сказал быть⁈ — злится ректор. — Во Дворце иллюзий! И чтобы ни единой души в академии! — прикрикнул и затих, взглянув на самого себя возле артефакта.

— Так мы же…

— Ну… В общем мы…

— Лина, послушай, — отвернулся от профессоров Гила и вкрадчиво, но быстро объяснил ситуацию: — Чтобы поймать советника за руку, нам нужно было его спровоцировать. Но он пришел в академию раньше, чем мы планировали, и якобы с проверкой моих компетенций. Жаждет, чтобы я оставил свой пост, и он спокойно смог бы проворачивать здесь свои дела. Фархад вывел отсюда твоего сына, а я создал его и свою иллюзии. Пока их удерживаю… Только там какая-то ерунда, не выходит снять стазис, наложенный на Ильгиду и учеников, Хад с этим разбирается. Поэтому тянем время, рисковать учениками я не хочу, — проговорил на одном дыхании.

— Это точно ты? — Я дотронулась до его щеки.

Он напряжен и очень вымотан, нелегко дается ему поддерживать такие реалистичные иллюзии. Он силен, но сколько сможет продержаться?

— Точно, Ли. Не сомневайся, — поцеловал мою руку.

Я с облегчением выдохнула. На секунду закрыла глаза, успокаиваясь. Элан в безопасности.

— Ты сказал, они в стазисе? Кажется, я знаю, в чем дело. У Синтера на пальце кольцо с красным камнем. Это артефакт, а не заклинание, и пока не провернешь камень, они так и будут обездвижены.

— Ты знаешь, как это сделать?

— Да, не раз видела, но он ведь просто так его не снимет.

В следующую секунду что-то пошло не так. Гила встрепенулся, стиснул зубы и побледнел. По виску потекла капля пота. И следом — гневный выпад:

— Да чтоб тебя, Слайвер!.. Лина, оставайтесь на месте. Маврик, Пьер, подайте сигнал Дар-Кану, больше тянуть нельзя.

Я лишь успела увидеть белую рубашку ректора, мелькнувшую за колонной, и тут закричал Синтер:

— Это ловушка! — Он дотронулся рукой до иллюзии главы академии, и та растаяла в воздухе.

Стражи советника, вмиг его обступили, защищая.

— Я здесь, не надо так кричать, — вышел из тени настоящий глава академии. Уверенным шагом подошел к присутствующим, краем глаза взглянул на Ильгиду и детей. И только потом обратился к советнику: — Эйт Смил, думаю, вам и так все ясно. У вас отсюда один путь. В шахты Интарии. Ваша преступная деятельность раскрыта. Все ваши подельники под стражей и сейчас едут в казематы. Остались только вы и ваш прихвостень.

— Кого ты называл прихвостнем⁈

— Синтер, заткнись! — рявкнул советник и, скривившись, сказал: — Ты блефуешь, Гурский.

— Ну как же? Твои подельники весьма разговорчивы, когда не желают идти на плаху. И свидетелей много, — обвел зал руками Гилатер.

Он тянул время, говорил медленно, с паузами, а мы с профессорами прятались за колонной. Нужно как-то отвлечь Синтера и провернуть камень в его кольце, чтобы Фархад вывел студентов отсюда. Иначе у принца ничего не выйдет. Выносить их на руках долго и тяжело. Перемещать людей бытовой магией тоже не вариант, она действует только на неодушевленные предметы.

Тут притихшие было деканы, о которых я уже успела забыть, подали голос:

— Маврик, создай ребятам щит и отправь сигнал помощи Дар-Кану, — посмотрел на коллегу Пьер Терьи, и тот, не задумываясь, кивнул. — Я постараюсь помочь Лине. Лина, что нужно для снятия этого стазиса?

— Эм… — Я как-то растерялась от четкости и слаженности действий двух вечно ругающихся друг с другом профессоров, а между тем они выстроили целый план по спасению академии и ее ректора. — Мне нужно подобраться к нему, точнее, к его руке, — указываю на Синтера.

Паучок открыл сумку, которая постоянно висела у него на поясе. Покопался в ней и вынул маленький пузырек.

— Редкостная дрянь, но помогает от высокого давления, — заявил целитель.

Смил в этот момент начал сыпать угрозами:

— Если бы так, Гурский, то здесь были бы стражи Интарии, а не ты, совершенно один! Взять его за причинение вреда королевскому советнику! — приказал, ухмыляясь.

В следующий миг воздух взорвался! Образовался вихрь ослепительно-ярких, неестественных цветов — ядовито-зеленого, иссиня-черного — и бледных оттенков. Вихрь со свистом и треском понесся от стражей советника к Гилатеру, намереваясь разорвать его в клочья.

Я не успела ни о чем подумать. Увидела его одного под шквалом приближающейся боевой магии, и сердце мое сжалось от леденящего ужаса. Невольно вскрикнув, я бросилась вперед из укрытия, прямо на открытое пространство. Этот необдуманный порыв мгновенно раскрыл меня перед всеми.

— Лина! — Резкий, встревоженный крик Гилы прорезал гул магии. Он отреагировал молниеносно, развернувшись и одним сильным движением затягивая меня за свою широкую спину, закрывая от опасности.

Разряды заклинаний, которые секунду назад сотрясали пространство, приблизились к нам и растворились в воздухе, будто их и не было. Нападавшие замерли в явном замешательстве,