Демон и(ли) дракон? - Эльвира Осетина

подумала, что сейчас просто разорвусь. Но постепенно поняла, что способна на большее, и, когда мужчины начали двигаться, меня настигло такое сильное удовольствие, что, не сдержавшись, я закричала.

— Ты уже всё? — спросил меня Себастьян.

— Нет, — покачала я головой и, улыбнувшись, ответила: — Просто это поистине прекрасно. Продолжайтесь, не останавливайтесь. Хочу быстрее!

И мужчины, переглянувшись между собой, явно расслабились и дали мне то, чего я попросила.

Теперь они уже не хотели сдерживаться. И мощными толчками начали таранить моё лоно и попку. А я, не сдерживаясь, кричала от удовольствия.

Затем они решили поменяться, и Антуан уже трахал меня в обе дырочки двумя своими членами, а Себастьян вновь в рот.

Потом мы опять сменили позу, я по очереди старалась заглатывать члены Антуана, лежа на спине и прижав собственные колени к груди, а Себастьян также по очереди вставлял мне член то в вагину, то в анальное отверстие до конца, затем сразу вытаскивал и вновь менял отверстие.

Ощущения были такими запредельными, что я опять быстро кончила.

Затем кто-то из мужчин трахал меня между грудей, и мы все вместе кончали.

И вновь возбуждались, и вновь мужчины ставили меня в немыслимые позы, чтобы довести до очередного оргазма. А я хотела еще и еще, как будто дорвалась до сладкого и не желала останавливаться.

Целый месяц мы спали в одежде, словно пуритане, а сейчас решили наверстать упущенное.

Когда в очередной раз мы все кончили, а мужчины отдыхали, я потянулась за ягодой и креманкой. Забрала на постель, сначала вывалила крем на живот демону и начала его слизывать, закусывая ягодой, а в этот момент дракон размазал крем по моей спине и тоже его слизывал. Затем я обмазала члены мужчин кремом, они лежали оба на спине, а я облизывала их члены по очереди, пока крем и ягоды не закончились.

Потом мы обливались сладким вином. Точнее, мужчины меня обливали и всю облизывали. Мы были ужасно липкими и сладкими, еще и всю постель залили и испачкали, но при этом невероятно счастливыми.

Мужчины утащили меня в ванную, чтобы помыться, мы обратились там в людей, потому что места не хватало в таком виде, и в итоге наше мытье перешло в очередной секс.

Я села на колени в душевой кабинке и удовлетворяла языком моих мужчин. Вылизывала им яйца, а они оба надрачивали свои члены. Затем подняли меня вверх, усадив на член Антуана, а Себастьян вошел в мою растянутую попку, и меня начали подбрасывать прямо в воздухе.

Мне казалось, что я летаю от удовольствия.

Я кричала и даже плакала, настолько сильно захватили меня эмоции, когда я в очередной раз кончила.

Мои мужчины даже перепугались, решив, что сделали мне больно, пришлось их успокаивать минетами.

Эта ночь была одной из самых лучших за всё время, проведенное в новых мирах.

И когда мы валялись утомленные в постели, которую пришлось сменить, я чувствовала себя самой счастливой женщиной на свете.

И если бы кто-то предложил мне вернуть всё обратно, то я бы отправила его куда подальше с таким предложением.

А когда уснула окончательно, увидела саму себя со стороны. Точнее, я теперь уже понимала, что это не я, это Алая.

Она сидела в обнимку с моим бывшим начальником в кресле перед камином. Женщина счастливо улыбалась, а он улыбался ей в ответ, и оба были настолько умиротворенными, что я засмотрелась на их тихое счастье.

Нет, они не были молодыми, о чем свидетельствовали маленькие мимические морщинки в уголках их глаз, но при этом настолько светились жизнью, что хотелось просто стоять рядом и дышать этой энергией.

Какое-то время они о чем-то тихо переговаривались, наблюдая за тем, как потрескивают угли в камине, но им пришлось прерваться.

Кто-то позвонил в дверь, и они оба пошли открывать. Я обратила внимание на дом, в котором жила Алая. Это явно была не моя обшарпанная старая квартира.

Шикарный ремонт и два этажа.

И на пороге их дома я увидела целую толпу народу. Мою собственную дочь с мужем и с тремя маленькими детьми.

Они все улыбались, поздравляли друг друга. Дети гомонили.

А до меня дошло, что сейчас в моём мире Новый год. Потому что ребятишки — мои внуки — кинулись к елке, что стояла в зале на первом этаже, искать подарки.

Я удивилась, как вампирша, что считалась злобной психопаткой в своем мире, сейчас обнимала мою дочь, здоровалась с её мужем, а затем пошла играть с внуками. И делала это всё с такими радостными глазами, будто и правда считала их своими родными.

Они пошли все за стол праздновать, и я случайно столкнулась с ней взглядом. Алая каким-то образом меня увидела и, улыбнувшись, подмигнула мне, а я сказала ей искреннее:

— Спасибо!

— Тебе спасибо! — услышала я её шепот в ответ и благополучно погрузилась в сон, чтобы проснуться уже в своём мире от нежных поцелуев своих мужчин.

Эпилог

Где-то в чертогах богов:

— Мина! Зачем ты это сделала? — Разъяренная Игнесса подлетела к старшей сестре и попыталась ударить её когтями, но та, увернувшись, махнула хвостом и ощерилась, показывая клыки.

— Затем, что мой мир тоже нуждается в помощи! — рыкнула она, уворачиваясь от очередного выпада сестры.

— Ты же знаешь, что я жду истинного! — опять взревела кошко-мышь. — И если его мир погибнет, то он может потеряться! Ты же знала это и всё равно попыталась их убить!

— Твой истинный — обычный смертный! Позорница! — хмыкнула Мина, продолжая уворачиваться от злой младшей. — Лучше бы молчала об этом и не злила отца. Ему скоро это надоест, и он сама прихлопнет ваш зачуханный мирок, что держится на одном волоске от гибели.

— Я уже решила проблему! Я нашла тех, кто смог всё урегулировать! А ты чуть всё не испортила, тварь! Ненавижу!

Огромная кошка и вполовину её меньше кошко-мышь сцепились в неравном бою. Старшая лишь уворачивалась да хихикала, а младшая пыталась её достать.

В конце концов бой богинь привлек внимание их братьев, и они их разняли.

— Мина, ты же согласилась сама дать шанс тому миру, — хмуро смотрел на сестру один из старших братьев, пока другие не давали младшей подобраться к ней.

Отец всегда строго карал за драки, мог даже в наказание приковать цепями к великому ничто на пару сотен лет, и неважно, кто был зачинщиком. Такое уже случалось, поэтому его дети старались не допускать божественного кровопролития. Сестер они любили, какими бы порой сумасбродными они ни