Внук Дьявола - Лайза Браун

Всем в Спрингсе было известно, что выходные Колли Ролинс проводит на конюшне, ухаживает за лошадьми, чистит и моет стойла так тщательно, что все у него сверкает. Значит, и сегодня он там.

Если Лейни нужно повидаться с ним перед отъездом, это необходимо сделать сегодня.

Колли никак не мог сосредоточиться на работе, он думал только о Лейни.

Дождь лил всю неделю, и земля под ногами совершенно раскисла.

Колли вышел из сарая, и ему показалось, что сквозь неумолчный шум дождя он расслышал приближающийся звук мотора. Надин сказала ему, что Дьявол с самого утра в поле. Сама Надин ушла из дома в двенадцать часов. Он один на ферме. Кто же это приехал?

А Лейни тоже не могла успокоиться. Ее била крупная дрожь. Где же Колли? Как его отыскать?

И вдруг высокая тонкая фигура Колли возникла у двери конюшни.

Это Лейни, думал он. Лейни здесь.

Волна любви захлестнула его с головой. Сквозь пелену дождя к нему идет девочка с реки. Он сейчас прикоснется к ней.

Но он не мог двинуться ей навстречу. Лицо ее было напряжено, и Колли вдруг испугался.

В ней ничего не осталось от маленькой худенькой девочки с реки. Она – женщина. Женщина, которой не нравятся его поцелуи.

Так зачем она приехала? Ведь она сама велела ему уходить. Что ей нужно?

Сквозь стену дождя до его слуха долетело одно тихое слово:

– Колли.

Он не отвечал. Он стоял, прислонясь к дверному косяку, и смотрел на нее.

Ее щеки порозовели.

– Может быть, ты впустишь меня? Я уже промокла.

Ее задела его нелюбезность.

Он все так же молча смотрел на нее, и ей оставалось только любоваться его резко очерченным подбородком, бронзовыми плечами, мускулистыми руками. А потом он сказал:

– Входи, если не боишься, что я опять тебя поцелую и все разрушу.

– Нет, – бросила она, не обращая внимания на его недружелюбный тон.

Он не шелохнулся, и она проскользнула мимо него в сухое и теплое помещение. Его взгляд последовал за ней.

Лейни поспешно прошла в глубь конюшни, в полумрак, надеясь не показать, как нервирует ее его тяжелое молчание.

А потом он повернулся к ней, вынул руки из карманов и опять облокотился о косяк. В голове его еще звучало ее резкое восклицание после того поцелуя. И он помнил, как набросился на него ее отец.

– Ну, что?

Будь он проклят, если станет с ней церемониться. А с другой стороны, ведь они встречаются, вероятно, в последний раз. Гордость и любовь боролись в его душе.

Она осмотрелась.

– А у вас на ферме…

К черту учтивость. Он не дал ей договорить:

– Почему ты тогда сказала, что я все испортил?

Вопрос прозвучал как пощечина. У нее перехватило дыхание, но она нашла в себе силы смущенно улыбнуться.

– Колли, я же пришла.

– И что с того? Джон Торн уезжает из Спрингса и забирает тебя с собой. Мне уже некогда учиться галантному обращению.

У Лейни тоже не было времени. Жестокий выбор: вести вежливую, ни к чему не обязывающую и никому не нужную беседу или наплевать на правила приличия и сказать друг другу правду. Лейни правильно поняла смысл его вопроса. Перед Колли не стоит притворяться.

Но он сам дал ответ:

– Я все испортил, потому что начал сразу и слишком далеко зашел.

– Так далеко, что я не успела тебе ответить, – выговорила она, старательно отводя глаза.

Колли насупился, осмысливая услышанное. В эту секунду он опять превратился в прежнего Колли, и Лейни вдруг успокоилась и прислонилась к стене напротив него, приняв точно такую же позу.

– Колли, ты не должен был так целовать меня…

– Если я поступил неправильно, то только потому, что потерял голову, – хриплым голосом отозвался Колли.

Щеки Лейни пылали. Она старалась не смотреть на Колли.

– Нет, Колли. Так нельзя. Это должно быть медленно и нежно.

– Лейни, я не мог медлить. Черт возьми, я ждал тебя всю жизнь. Я обещал твоей маме, что подожду, и держал слово, понимаешь?

– Маме?!

Он словно бы не заметил ее изумления.

– Ты знала или нет, что когда-нибудь я приду за тобой? Ты давным-давно моя. Не знаю, как можно сказать по-другому.

Ее небесные глаза горели тем же огнем, что в тот день, когда он вытащил ее из воды.

– Если я твоя, то лишь потому, что я сама этого хочу. Колли, я не неодушевленный предмет, которым ты можешь пользоваться по своему желанию.

Колли завел руки за спину, сознавая, что в противном случае он не совладает с собой, набросится на нее, сорвет одежду и…

– Да, ты выразилась ясно. Теперь позволь высказаться и мне. Я отдалился от тебя, так как однажды твоя мать попросила меня об этом. Естественно, я знал, что поцеловал тебя совсем не так, как ты ожидала. И если тебе больше нечего мне сказать, можешь свистать отсюда.

Наконец он в полной мере дал волю своему отчаянию и гневу.

– А ты что собираешься делать? – испуганно спросила Лейни.

– У меня, между прочим, есть работа, которую я намерен закончить до темноты. Дорогу домой ты найдешь.

Зачем он это говорит? Ведь на самом деле он готов на коленях умолять ее остаться.

– Колли, я могу показать тебе, как надо целоваться с девушками.

Откуда, из каких космических далей пришли к ней эти слова? Лейни зажала рот ладонью, но было уже поздно, слова вырвались у нее и приковали Колли к месту. Одна его рука замерла в воздухе; на шее от напряжения выступили жилы.

– Показывай, – горячо прошептал он и схватил ее за руку.

Лейни попыталась отстраниться, объяснить, что она вовсе не то хотела сказать, но слова застряли у нее в горле, да и он не стал бы ее слушать.

– Показывай, – грубо повторил он.

Рука Лейни трепетала между шершавыми ладонями Колли. Она в последний раз попыталась возмутиться:

– Ты в самом деле как дикарь!

Но ему уже некогда было обижаться.

– Тогда покажи мне, как можно иначе, – прохрипел он.

– Давай я тебя поцелую, – выдохнула она, высвободила руку, сама захватила его пальцы и сжала их. – Не отодвигайся. Положи сюда руки. – Она перевела дыхание. – Закрой глаза.

Колли мгновенно повиновался. Она вдруг увидела перед собой его застывшее в напряжении лицо и почувствовала небывалый прилив теплоты.