Измена. Ты о нас (не) вспомнишь! - Анна Раф

Меня начинает немного потряхивать и я присаживаюсь на ближайший стул в одном из коридоров. Надо успокоиться, мне ведь нечего бояться! Тогда почему мне так страшно и тревожно сейчас?! Не понимаю…

Она ведь была беременна, выходит… Сейчас её ребёнок чуть старше, чем моя Соня. И если она была здесь одна, то…

Где-то неподалёку может находиться её ребёнок! Ребёнок бывшего мужа, который изменял мне, когда я была в трауре…

Но ведь не может ребёнок в три года ходить один? Только с кем-то.

С бабушкой? Или… С отцом…

Нет.

В горле внезапно пересыхает, руки перестают меня слушаться. Я должна срочно уехать отсюда! Эта женщина точно узнала меня, не хватало, чтобы о моём пребывании здесь узнал Виктор.

Мне даже думать о нём больно! Вспоминать больно… Не то, что смотреть…

Немного отдышавшись, прихожу в себя. Тревога, кажется, отступает.

– Солнышко, пойдём домой, – говорю я дочери и беру её на руки.

Та радостно хохочет – с самого рождения она просто обожает быть у меня на ручках.

***

– Мама, качели! – едва мы выходим из поликлиники, дочь сразу обращает своё внимание на аккуратную детскую площадку около поликлиники.

– Дочь, нам домой пора, – немного устало отвечаю я, опасливо поглядывая по сторонам.

– Ну ма-а-а-ам, ну пожалуйста! – доченька смотрит на меня умоляющими глазками и, кажется, сейчас заплачет.

– Ладно, – быстро и без боя сдаюсь я. – Только недолго, договорились?

– Договолились! – Соня радостно убегает к качелям, я же спокойно следую за ней на площадку.

Через пару минут я вижу, что на площадку заходит девочка лет трёх – маленькая, худенькая. И, самое странное, что она совершенно одна – рядом с ней ни одного взрослого. Девочка садится на скамеечку и закрывает лицо руками.

Она что… Плачет?

Внимательно посматриваю то на девочку, то по сторонам. Может быть, её родители сейчас скоро появятся? Но через минуту, две, три – всё так же никого.

А плач девочки становится только громче и громче.

– Мама, а почему девочка плачет? – тихонечко спрашивает у меня Соня.

– Не знаю, дочка… Мне кажется, что она потерялась. Пойдём, спросим у неё, что случилось. Кажется, ей точно нужна помощь…

– Да, она навелное потелялась, – взволнованно отвечает соня, слезая с качели. – Пойдём сплосим. Деткам теляться нельзя, они же маленькие и без мамы им никуда!

– Это точно, солнышко, – улыбаюсь я, потрепав дочурку по светловолосой головушке.

– Привет, – я подхожу к плачущей малышке и тихонечко здороваюсь я ней так, чтобы не испугать её ещё сильнее. – Почему ты плачешь?

Девочка поднимает на меня глаза, полные слёз.

– Мама, папа… Их нигде нет! Я потелялась…

– Ничего, мы же с дочкой тебя нашли, – улыбаюсь я, стараясь подбодрить девчушку. – Значит, маму и папу твоих найдём тоже.

– Плавда? – испуганно спрашивает малышка.

– Плавда-плавда, – отвечает вместо меня Соня. – Как тебя зовут?

– Юля, – всхлипывает девочка.

– Юля! Юля-я! – внезапно доносится откуда-то издалека громкий голос.

– Ой… Не тебя ли это там ищут? – улыбаюсь я, глядя на лицо потерянного ребёнка.

– Навелное, меня, – снова всхлипывает маленькая Юля, заметно дрожа от испуга.

Бедный ребёнок… Что за родители такие, которые не могут уследить за малышкой?! Она ведь и на дорогу может выбежать, и ещё всё что угодно может случиться…

– Ну что, в таком случае пойдём, поможем тебе найтись, – протягиваю девочке руку, и та немного неуверенно вкладывает свою ладошку в мою ладонь.

Голос доносится откуда-то с парковки. Как раз там, где стоит моя машина…

Ускоряем шаг. Один поворот, и…

Я готова хватать дочь в охапку и бежать, бежать отсюда как можно дальше. Я не верю своим глазам, ведь передо мной – Виктор.

ГЛАВА 7

Стефания

О, нет… Случилось то, чего я так боялась и молилась всем богам, чтобы этого не произошло…

Но это случилось.

Человек, растоптавший моё сердце, уничтоживший меня, спаливший дотла мою веру в любовь, стоит напротив меня.

Стоит, обняв девочку, которую зачал на стороне, когда я страдала из-за выкидыша. Из-за потери нашего малыша… Он обнимает её, в то время как за моей спиной стоит Соня.

Наша дочь.

Нет… Только моя.

Виктор ведь явно сделал свой выбор. Выбор не в мою пользу, а в пользу беременной любовницы, с которой у них, по-видимому, всё прекрасно.

– Папа, мне было стласно, что я потелялась, – пищит Юля, цепляясь за рукав Виктора, но он, почему-то, не отвечает ей.

Он смотрит на меня, прямо в глаза. Изучающе, пронзительно. И я сама не могу разорвать этот чёртов зрительный контакт.

Не могу. Но должна!

– Виктор, – почему-то имя бывшего мужа само слетает с моих дрожащих губ.

Наконец, нахожу в себе силы отвести взгляд.

Меня начинает трясти, ноги, в один миг ставшие ватными, подкашиваются. Почему… Почему я так реагирую? Не понимаю! Ведь прошло столько лет! Столько лет ушло на то, чтобы огнём выжечь из себя чувство растоптанной, искалеченной любви к этому предателю!

Я ведь и не вспоминала о нём практически… Начала жизнь с чистого листа. Удалила все переписки, все совместные фотографии, абсолютно всё, что могло хоть как-то напомнить мне Виктора!

Так почему сейчас, оказавшись перед ним четыре года спустя, у меня такое чувство, что все мои старания были напрасны и я так и не смогла его забыть?!

Глупая дурочка…

По щеке катится одинокая слеза. Сердце пронзает острая боль, которую нельзя купировать никакими медикаментами.

– Виктор, – едва слышно повторяю я, но мужчина, кажется, не расслышал этого.

Он подходит ко мне, в его взгляде – искреннее сочувствие. Мерзавец…

– Вам плохо? Девушка, вам нехорошо? – мужчина берёт меня за руку и касается моего запястья.

Кожу словно пронзают тысячи мелких игл. Я резко одёргиваю руку.

– Вы выглядите неважно, вам нужна помощь?

– Не смей прикасаться ко мне, – цежу я сквозь зубы.

– Простите, что? – в глазах бывшего мужа я не вижу ничего, кроме непонимания, казалось бы, искреннего.

А он хорошо притворяется. Делает вид, что ничего не было, что нас в прошлом ничего не связывало! Хотя, скорее всего, это и правильная стратегия.

Не нужно ворошить то, чего давно нет.

Мы друг другу никто. Он предал меня. И я соврала ему, что точно так же предала его, хоть на самом деле мужчин кроме Виктора в моей жизни нет и не было.

Поэтому, наверное, вполне правильно делать вид, что мы друг друга не знаем…

– Ничего, просто… Мне показалось, что я вас видела раньше, – шепчу я что-то бессвязное,