Профессор. Отличница для тирана - Виктория Альмонд

Пять лет назад я рассказала Марку о той аварии. Он был единственным, кому я смогла открыться. В тринадцать, когда моего отца не стало, я закрылась в себе. Почти ни с кем не общалась, старалась держаться в стороне. Мама неоднократно водила меня к психологам, но… это было лишь пустой тратой денег и времени.

И лишь когда мне исполнилось восемнадцать и в моей жизни появился Марк, я начала оттаивать. Выбираться из своей скорлупы. Но, увы, уже через полгода мое сердце пронзили мириады ледяных осколков. И сейчас, когда Марк появился в моей жизни, оно снова начало кровоточить.

— Куда мы едем? — едва слышно спросила я, не решаясь посмотреть на Марка. Продолжая с силой сжимать ремень безопасности, ощущать, как в груди болезненно сжимается.

Мне так хотелось все ему рассказать. Во всем признаться. Но еще утром он дал мне понять, что ему плевать.

— К тебе домой, — он провернул руль, уводя машину под мост. — С этого дня ты больше не будешь работать. У тебя последний курс, Снежана. И ты должна полностью сконцентрироваться на учебе.

— Я не возьму твои деньги.

Марк ничего не ответил. Включил радио и оставшуюся часть дороги мы провели в молчании.

Я была уверена, что он остановится у дома моей подруги Алисы. Но, как оказалось, Марк знает, где я живу. Вплоть до квартиры. Ведь стоило мне выскочить из машины, как Марк направился за мной следом. И уже в лифте нажал нужный этаж.

— Я не стану приглашать тебя на чай, — я скрестила руки на груди, с вызовом посмотрев на него.

Но Марк лишь фыркнул и через пару минут мы уже стояли в коридоре моей скромной квартирки.

В кармане юбки завибрировал телефон.

Уйдя в ванную, я приняла вызов. Оказалось, что это хозяйка квартиры.

Она была той еще любительницей поболтать, поэтому начала издалека. Но уже по интонации я догадалась, к чему все ведет.

В итоге хозяйка сообщила, что через месяц я должна освободить квартиру.

Глава 8. Помощь

— Что-то случилось? — нахмурился Марк, когда я вышла из ванной.

Скрещивая руки на груди, он подпирал спиной стену. В его присутствии моя и без того крошечная квартирка казалось еще меньше. Честно говоря, мне стало стыдно, что Марк увидел условия, в которых я вынуждена жить.

— Нет, — я подошла к столу и включила чайник. Не решалась посмотреть на Марка.

Стол, стул, портативная электрическая плитка, раковина в углу и купленный с рук холодильник.

Укусила щеку изнутри, чтобы не разреветься. У меня был месяц, чтобы найти новую квартиру. Я так привыкла к этому месту, и такая новость… Еще из-за выходки Марка работу потеряла.

И как мне теперь быть? Маме не стану звонить из принципа. Она сделала свой выбор еще пять лет назад, когда поверила не мне, а своему новому мужу. Моральному уроду и манипулятору.

Значит, у меня осталось два пути: арендовать комнату или… Нет, в общежитие я не вернусь.

Цены на аренду давно выросли. Мне попросту повезло, что за все эти года хозяйка так и не решилась поднять цену. Так что комната — мой единственный выход.

— Снежана, — Марк подошел со спины, его горячее дыхание коснулось макушки. Он не касался меня, выдерживал дистанцию. Но даже этого было достаточно, чтобы ощутить, как в воздухе растет напряжение. — Если это из-за работы, то…

Я не выдержала. Резко развернулась и, бросив на него испепеляющий взгляд, сдержанно процедила:

— Уходи.

Меня затрясло от злости и сдерживаемых слез. Хотелось закричать, расплакаться, отвесить ему пощечину. Сказать, что я жалею о той зиме, когда он появился в моей жизни и…

Но, я этого не сделала.

Вместо этого попыталась обойти заслонившую проход гору мышц, но Марк меня остановил. Перехватил за талию и притянул к себе.

— Я не уйду, — он сжал мой подбородок, заставляя посмотреть в его глаза. — Нам надо поговорить.

— Нам не о чем говорить, — уперлась кулачками в его стальную грудь. — Возвращайся к своей девушке и… — мой подбородок задрожал. Я больше была не в силах держаться, казаться сильной. Эмоции накрыли с головой, слезы потекли по щекам. — Увидимся в универси…

Не договорила. Марк с легкостью подхватил меня под бедрами и усадил на шаткий стол.

— Тшш, — успокаивающе протянул он, вытирая слезы на моих щекам. Его глаза стали привычно синими, во взгляде поселилась нежность. Та самая, с которой он смотрел на меня пять лет назад. В которой я грелась, ощущала себя в безопасности. — Снежана, работа на Александра это не…

— Нет, — всхлипнула, отворачиваясь от Марка. — Просто… я устала, — сжала ткань юбки до побелевших костяшек. — Уходи и, пожалуйста, больше никогда не…

Марк крепко обнял меня за плечи, прижимаясь губами к макушке. Я уткнулась лицом в его грудь и зарыдала навзрыд. Казалось, словно решила выплакать все слезы.

В груди болезненно сжалось. Я с силой схватилась за ворот его рубашки, вдыхая дурманящий аромат тела. Тот самый, по которому скучала все эти годы, который никогда не забывала, пыталась уловить в толпе прохожих. Я задыхалась без него.

— Кажется, нам нужно кое-что покрепче, чем чай, — усмехнулся Марк, поглаживая меня по голове. — Иначе придется доставать лодку и резиновые сапоги.

Я улыбнулась, чувствуя, как меня начинает отпускать.

— Те самые, что ты брал на рыбалку?

Марк ощутимо кивнул.

— Мне трудно расстаться с прошлым, Снежана, — выдохнул он. — Если меня что-то зацепило, запало в душу, то я не откажусь.

Я подняла на Марка глаза, пытаясь понять, что мне не показалось. Его слова прозвучали двусмысленно. Будто под снастями для рыбалки он подразумевал что-то другое. Точнее, кого-то.

— Кроме чая у меня ничего нет.

— В таком случае, — он пропустил мои пряди сквозь пальцы, продолжая ласкать взглядом, — заварим два пакетика.

Я рассмеялась, вытирая остатки слез рукавом.

— У меня всего одна кружка.

— Жаль, — Марк театрально поджал губы, — я собирался выпить на брудершафт. Но, раз выбора у нас нет, то будем пить из одной кружки.

Стоя у окна, мы по очереди пили зеленый чай. Молчали. Я делала вид, словно увлечена видом закатного неба за окном, Марк же неотрывно смотрел на меня.

— У тебя есть инструменты? — неожиданно поинтересовался он, заставляя посмотреть на него.

— Вроде, хозяйка кое-что оставила, — задержала взгляд на его полуоткрытых, влажных от чая, губах. Невольно облизнулась. — Зачем они тебе?

— Хочу отблагодарить тебя за чай, — он кивнул в сторону раковины, затем на дверь в ванную и закончил на люстре. —