(с)нежный плен для зари - Анна Сиротина

удивительное световое шоу. Народу собралась тьма, большинство я видел впервые. Отметил стайку девушек, тонких и гибких, в одинаковых нарядах бирюзового цвета, скорее всего, это иллиды. Краем глаза выловил знакомые лица. Алёна и её подруга, братья Стена, генерал Орландо, Мари. По обе стороны от входа в пещеру выстроились боевые тройки техномагов. А в центре стоял Теориус и Аурелия. За их спиной стояла группа ученых, облаченных в серебристо-голубые мантии. И одна из них, молоденькая девушка лет восемнадцати, рассматривала меня слишком пристально. Лицо казалось знакомым. Сразу оценил ее длинные ножи, упругую, обтянутую узкими брючками попку и остренькие пики девичьих грудей. Когда мы подошли, эта нахалка, беспардонно, не дав никому возможности поприветствовать меня как подобает, первой начала разговор.

— Привет, Артём! Ты что, не узнал меня? А ты красивый. Если бы я знала, что под белой пушистой шкуркой скрывается такой горячий парень. — Она сверкнула в меня глазками.

— Лизель? — Вроде верно вспомнил имя. Подтверждая мои слова, девчонка кивнула, продолжая нагло пожирать меня взглядом.

— Кстати, а я еще не замужем. Обычно, у нас брачные церемонии проходят в детстве, но мои родители более прогрессивных взглядов. Я свободна и готова стать твоей женой. И совет думаю пойдет навстречу. У нас уже давно не такая демографическая яма, как была в самом начале, и думаю, они не откажутся заключить выгодный союз с соседями. — При этом выразительно покосилась на Теориуса и Аурелию. Признаться, не ожидал такой прыти от малявки. Припоминая нашу первую встречу, подумал, что тогда у меня о ней сложилось другое мнение. Совсем она была не похожа на охотницу за женихами. Скорее на охотницу за знаниями.

— Давай мы обсудим это позже, сейчас есть неотложные дела. И ты не в моем вкусе, молоденькая слишком, я люблю более опытных женщин. — Нагло врал, она вполне в моем вкусе, но нужно было её осадить.

— Ой, да брось, какой тут вкус, это взаимовыгодное сотрудничество. Ты красивый, это приятный бонус, но меня волнует другое.

— Лизель! — Не выдержал Теориус и одернул настырную девчонку. — Твои знания и умения слишком ценны, не зря тебя перевели из боевой тройки в научное подразделение. Будь добра, помолчи. — Насупившись, мелкая заноза закрыла свой хорошенький ротик. А через пять минут я об этом пожалел, потому что заунывная приветственная речь Теориуса, могла загнать в кому. Когда он закончил, над плато пронесся дружный выдох. Преодолевая зевоту, народ двинулся в глубины пещеры. Впереди всех шла Амра, в руках она держала мой амулет, именно он был ключом от входа. Как Верховная иллида, она торжественно открывала массивные двери, пропуская всех к источнику. Мы вошли в подземный зал удивительной красоты. Колонны кобальтового цвета, льющийся с потолка призрачный голубой свет, а в центре простиралось подземного озеро, с безупречной водной гладью. Изначально, принял её за лёд. Когда зал заполнился гостями, Амра подвела меня к кромке воды и начала читать заклинание, к ней присоединились остальные иллиды. Гладь пошла рябью и заискрилась. В центре появился огромный водоворот. Буран косился на него с опаской. Из водоворота начала подниматься огромная сфера, толи из воды, толи изо льда.

— Великий прародитель, прими пропавшего наследника, одари его мудростью. Поделись своей силой, и закрепи его связь с народом. — Амра подошла, провела по зазубренным краям амулета ладонью, и окропила его кровью, затем, одела мне на шею. — Твоя очередь, внук принца Валерьена. Поделись с амулетом кровью и подтверди право на трон. Лишь только коснулся острых краев, они тут же впились в руку. Алые капли смешались, и вспыхнули красным светом, вода начала расступаться, оголяя плоское дно озера и прокладывая дорожку в центр водоворота. Не раздумывая, двинулся по ней. Когда оказался внутри, вода вернулась на место, отрезая меня от берега. А потом, воронка начала менять свое направление. Она выталкивала меня вверх к сфере. Вокруг клубилась магия, её голубые гейзеры били во все стороны. Когда я поравнялся со сферой, затихший на время перезвон воздушных колокольчиков, начал усиливаться. А меня втянуло внутрь. Оказавшись совершенно в другом месте, начал оглядываться, вокруг были горы, река и водопад. Вдалеке показалась размытая фигура. По мере её приближения, мелодия становилась все громче. В голове возникло четкое понимание кто это. Энкир — бог подземного пресноводного океана, дарующий мудрость и магию. Так про него написано в трактате. Он приближался, стали отчетливо видны сверкающие синим светом глаза и добродушная улыбка.

Да здравствует король!

Бог выглядел как почтенный старец, и только синие юношеские глаза говорили, что время не властно над ним. Бело-голубые волосы струились ручейками, с кончиков падали капельки воды. Продолжая улыбаться, он заглядывал в душу, в его зрачке мелькала моя жизнь. Одно мгновение сменялось другим, и добродушная улыбка, постепенно, исчезала с его лица. Внешность претерпевала метаморфозы. Молодое тело, литые мышцы, и колючие холодные глаза. Неожиданно, коварный бог, который показался мудрым и добрым, сделал молниеносный выпад, не оставив мизерного шанса увернуться. Ледяное остриё совершенно легко вошло в тело, не встретив сопротивления, по самую рукоять. Осознание пришло сразу, это не мое тело, точнее моё, но не физическое, астральное или энергетическое, не помню. Это не важно. А вот боль ощущалась очень реальной. Сотни колючих игл впивались и замораживали. Попытки вырваться были тщетны. Тем временем, Энкир, начал вырезать из меня сущность Бурана, медленно, по кусочкам. Не отсек сразу, что было бы гуманно. Маниакальный блеск в глазах Энкира говорил, что тот наслаждается изощренной пыткой. Бог смотрел не отрываясь на наши мучения, улыбка играла на его лице, ему доставляло удовольствие разрезать тонким лезвием ледяного кинжала нашу связь с тигром. Миллиметр за миллиметром. Тело не слушалось, скованное льдом, не было никакой возможности сопротивляться. Хотелось выть от беспомощности. От Бурана фонило тоской и обреченностью. Тигр смирился со своей участью, и прощался. Все это время, Энкир, не произнес ни слова. Мне же, хотелось многое ему сказать, но возможности не было. Тем удивительнее было получить ответ на свой немой вопрос.

— Спрашиваешь почему? Как можно причинять такую боль своему ребенку? Отвечу. Я спасаю его от тебя. Не задумывался, чему сможешь научить этого благородного зверя? Твоя душа отравлена неправильными ценностями и сиюминутными желаниями. Нет мудрости, понимания, принятия, ответственности. Бесчувственный, нетерпимый, эгоистичный. Никто не сможет изменить тебя. — Гремел его голос, многократно отражаясь от скал. Подождите, что? Казалось, сумасшедший бог всё переворачивает с ног на