Изменой не считается - Юля Гром

— Агата, — услышав за спиной голос генерального, я оборачиваюсь, и радостная улыбка мгновенно сползает с моего лица.

Рядом с Иваном Сергеевичем стоит Тимур. Застигнутая на месте преступления, я впиваюсь в него напряженным взглядом, чувствуя, как горлу подкатывает тошнота. Паника буквально парализует меня.

В темном костюме, рубашке, застегнутой на все пуговицы. Идеальный узел галстука затянут, как всегда, очень туго. Удивительно, как он вообще может дышать. Он смотрит холодно и безразлично. Когда-то я принимала это за сдержанность и невозмутимость. И мне безумно нравились эти качества. В противовес моей импульсивности. Я думала, что мы идеально дополняем друг друга. Теперь я понимаю, что даже ломать человека можно с абсолютно равнодушным взглядом.

Глава 6

Тимур никогда не показывает эмоций. Ни плохих, ни хороших. Но за восемь лет я изучила его досконально. Едва приподнятая левая бровь значит, что я провинилась и он сейчас мной недоволен. А долгий взгляд на букет в моих руках не оставляет никаких сомнений.

— Доброе утро, — медленно, через силу подхожу к мужчинам.

— Вот, Тимур, познакомься: это звезда моего телеканала. Агата Аверина. Вы ведь не знакомы?

Скрывать наши отношения было его предложением, чтобы никто не обвинил самого влиятельного продюсера в телевизионной среде, что он продвигает свою девушку. Гораздо позже я узнала, что причины были совсем иные.

— Имел честь. Но это было очень давно, — голос и мягкая улыбка обволакивают собеседника. Он мастерски умеет манипулировать и располагать к себе людей.

— У меня с утра телефон из-за нее разрывается. Сам губернатор звонил, орал, — слегка понизив голос, генеральный тычет указательным пальцем в потолок.

— А ты не боишься такие материалы в эфир пускать? В лучшем случае кресла лишат, а в худшем… кто его знает, — задумчиво произносит Тимур. — Да и девочка молодая. Зачем ей жизнь портить?

Кто бы говорил про испорченную жизнь!

— А вот не боюсь, Раевский, — с бравадой заявляет Иван Сергеевич. — Поговаривают, что власть скоро поменяется, так что Агатин материал пришелся очень кстати.

— Быстро же слухи расползаются.

Чувствуя себя неуютно и явно лишней, предпринимаю попытку уйти.

— Какие красивые цветы, — летит мне в спину несгибаемый тон.

— Это муж коллеги с курьером прислал. Она убежала за кофе, ну так я за нее получила.

Мои оправдания похожи на детский лепет. Почему Тимур пришел в офис именно сегодня? Он уже три года здесь не появлялся. Иногда мне кажется, что у него звериное чутье. И как только я отдаляюсь, хозяин приходит, чтобы сделать цепь короче.

— Хороший муж у вашей коллеги, — проследив за его взглядом, замечаю, что он безотрывно смотрит на розовый листок бумаги в моей руке. — Главное, записку не забудьте положить обратно в букет. А то коллега не прочитает любовное послание.

Тревожная мысль бьется неровным ритмом в груди. Тимур мне не поверил. Настроение с отметки максимум летит вниз со скоростью света. Как же я устала от эмоциональных качелей и от наших больных отношений!

Захожу в кабинет, прошу у коллеги вазу.

— Ой, какая красота! А кто тебе подарил? — верещат девчонки.

— Рекламодатель приезжал. Поблагодарил за хорошую работу, — это первое, что приходит мне на ум.

Совсем ты завралась, Агата. А еще считаешь себя взрослой самодостаточной женщиной. Букет приходится поставить на общую тумбочку. И каждый раз, когда к нему подходят, нюхают или фотографируются, я всеми силами давлю в себе ревностное чувство и желание переставить вазу к себе на стол. Работать нормально не получается, мысли разбегаются, как тараканы. Взгляд постоянно падает на карточку, которая лежит рядом с ноутбуком. Покрутив ее в руках, разворачиваю и читаю.

«Васаби, ты же понимаешь, что я не отстану. Не мучай меня, я пропадаю. Соглашайся на второе свидание».

Оглядываюсь по сторонам, чтобы никто не видел, как я сияю. Даже дурацкое прозвище уже не раздражает. Сердце выдает бешеную реакцию на этого нахального мужчину. А это плохо, очень плохо для меня. Тело словно живет своей жизнью и не хочет слушать команды, которые выдает мой мозг. Хоть его я пока могу контролировать. Поэтому рву записку на мелкие кусочки и выбрасываю в мусорное ведро.

Глава 7

На почту наконец-то падает письмо с данными на братьев. Про Ермака читаю по диагонали. Глаза цепляются за информацию про подпольное казино. А вот это уже интересно, можно попробовать раскрутить. Профессиональный азарт пока ставлю на стоп. Сейчас у меня в приоритете личный интерес. Пальцы зависают над мышкой, прежде чем открыть файл с названием «Алексей». Кожу покалывает, становится жарко от воспоминаний о нашем единственном безбашенном свидании.

Набрав в легкие побольше воздуха, открываю файл. Тридцать три года, по знаку зодиака водолеюшка. Хм, скучно точно не будет. «Но не тебе, Агата», — в очередной раз одергиваю себя. Не твой мужчина и твоим не будет. Да заруби ты себе на носу!

Он для меня — как мандарин для аллергика. Очень хочется, но нельзя. Попробуешь — и вплоть до летального.

Рос в детском доме, в шесть лет усыновлен известным криминальным авторитетом. Школа, институт. Ранения, целых три. Начальник службы безопасности. Дальше идут его фотографии. Зависаю, рассматриваю татухи на руках. Хочется дотронуться, провести по его коже рукой. Высокий, мощный, с обворожительной улыбкой. Сильнее сжимаю бедра, ощущая сильную пульсацию. Так дело не пойдет. Мне нужен ледяной душ, чтобы снять возбуждение. Странно, а я ведь полагала, что все женские инстинкты во мне умерли.

Даю себе минутную передышку и продолжаю изучать материал про Лешку. Впервые вижу охранника с таким неформальным стилем в одежде и добрыми глазами. Семейное положение: холост, детей нет. От волнения закидываю в рот сразу две конфеты, запиваю остывшим чаем.

Слабые стороны — женский пол. И в подтверждение — куча его фоток с девушками. Все как на подбор, как с подиума! Длинноногие красотки с пышными формами. Он даже перед нашей встречей на заправке был с девчонкой, а ко мне зачем-то лез с поцелуями. Ночью не хватило секса? Сама себе боюсь признаться, что в душе все бурлит и закипает от жгучей ревности. С таким мужчиной слезами умоешься, думая, где он и с кем.

Вторую половину дня трачу на разоблачительную статью про Ермака. Пусть будет как можно больше преград между нами, чтобы даже в мыслях шибанутого не было. Самый действенный способ отвадить Лешку — стать врагом его семьи. Сохраняю текст, отправляю на верстку и разминаю затекшую шею.

Резко закрываю ноут, тру уставшие глаза.

— Гош, — кричу своему оператору. — Бери аппаратуру, едем