С чистого листа. Ведьма общей практики - Елена Филимонова

забыли. Или это такая насмешка вселенского разума? Если Бог действительно существовал, то, наверное, смотрел на меня и ехидно усмехался. Не верила, милочка? Так получай же.

— Куда ты пойдешь? — спросил Томас.

Выбор, в сущности, был небольшой.

— Вперед, — я улыбнулась и вытянула руку. — Назад мне путь точно заказан.

— Ты хоть знаешь, что там?

— Нет.

Он покачал головой.

— Ты вообще хоть раз в жизни из своего Оврага выезжала?

Врать не хотелось, но и правду я сказать не могла.

— Сам-то как думаешь?

— Ясно, — вздохнул охотник. — Ну а друзья у тебя есть? Или, может, дальняя родня?

«Конечно, есть!» хотелось закричать мне. Дочка Арина, внучка Кристина, зять Егор. И младшая сестра Татьяна. В глазах защипало, и я отвернулась. Неужели, мы больше никогда не увидимся? Я ведь даже попрощаться с ними не успела… А Кристиночке через неделю исполнится три. Вот только праздника никакого не будет. Вместо торта и веселья с шариками — поминки.

— Эй, ты чего? — рука Томаса легла на плечо.

Я дернулась и скинула его руку.

— Ничего.

Шмыгнула носом, вытерла непрошенные слезы.

— Ясно все с тобой.

— Чего тебе ясно-то? — огрызнулась я, хотя парень ни в чем не был виноват. — Что ты вообще обо мне знаешь?

— Для начала то, что идти тебе некуда.

— С собой взять хочешь? — фыркнула я.

Он пропустил сарказм мимо ушей.

— В двадцати милях отсюда есть деревня. Народ там поприветливее будет. — И уточнил. — Во всяком случае, на костер вряд ли отправят. Может, и найдешь, куда приткнуться.

Отказываться от помощи единственного, кто не стремился меня прикончить, было глупо.

— Тебе, случайно, не по пути?

— Дорога здесь только одна, — Томас развел руками.

Я соврала бы себе, если б сказала, что не испытала облегчения. Да, спутник не самый дружелюбный, но это лучше, чем в одиночестве скитаться по незнакомому миру.

— Двадцать миль, говоришь? — я прикрыла ладонью глаза от солнца и посмотрела вдаль. — Долгая будет прогулка.

Томас повернулся ко мне, сощурился.

— Ну, если хочешь идти пешком, то да.

Затем громко свистнул.

Не прошло и пары минут, как из леса вышел конь гнедой масти. Блестящая шерсть переливалась на солнце, черная грива развевалась по ветру. На мгновение забыв о том, где я и как сюда попала, невольно залюбовалась лощеным красавцем. Лошади мне нравились с детства, и в подростковом возрасте я три года занималась верховой ездой. Профессиональной наездницей не стала, но любовь к лошадям никуда не исчезла.

— Это Орион, — увидев выражение моего лица, Томас улыбнулся. — Нравятся лошади?

— Да, — кивнула я.

— А верхом ездить умеешь?

— Когда-то умела. Но давно не практиковалась.

Он как-то странно на меня посмотрел.

— В любом случае, многого от тебя не потребуется. Главное: не свались. Забраться сможешь?

— Думаю, да.

Томас удовлетворенно кивнул, поставил ногу в стремя и легко запрыгнул в седло.

— Давай руку.

Руки у него оказались крепкими. И не только руки. Когда, устроившись сзади, я обхватила его торс, то даже сквозь жилет и рубаху, ощутила твердые мышцы. Щеки вспыхнули. Последним мужчиной, к которому я прижималась, был мой муж, которого не стало шесть лет назад. Где-то через год после его смерти Ариша начала намекать, что мне следовало бы с кем-то познакомиться, но работа тогда отнимала все свободное время. Да и не хотелось особо: с Антоном мы прожили почти тридцать лет, и боль от потери была еще слишком свежа. А потом… Со временем к одиночеству привыкаешь, и становится сложно впустить в жизнь нового человека. Мне хватало дочери, внучки, зятя, сестры и коллег по работе, с которыми сложились неплохие отношения. И которых я больше не увижу.

— Устроилась там? — голос охотника вернул меня в реальность. — Держишься?

— Держусь, — ответила я, имея в виду не столько лошадь, сколько внутреннее состояние.

Держаться. Ничего другого мне не оставалось.

Томас кивнул.

— Тогда едем.

Он мягко прихлопнул ногами по бокам Ориона, и мы тронулись в путь.

Впереди ждали новый мир и нова жизнь.

Глава 4

Ехали молча, лишь изредка перебрасываясь короткими фразами. «Не падаешь там?», спрашивал он, не оборачиваясь. «Не падаю», отвечала я и крепко держалась за его поясницу. Держаться на лошадином крупе без седла было неудобно, да и расставленные ноги вскоре затекли. Но то были сущие мелочи, если глядеть на ситуацию в целом.

Мне так до конца и не верилось, что все происходит со мной. Вот прямо по-настоящему. Несколько часов назад я была Верой Андреевной, врачом-терапевтом, собиралась выходить на пенсию, заниматься дачей, внучкой и жить на природе. А теперь? Кто я? Заперта в чужом теле и вынуждена адаптироваться в новом мире. Заточенный наукой мозг отказывался принимать это за реальность, но доводов в пользу какой-либо иной версии у меня не было.

Чтобы отвлечься, глядела по сторонам, осматривалась. Если не брать в расчет события последних часов, можно подумать, что меня занесло в глубинку средней полосы. Здешняя природа не отличалась от нашей: те же деревья, поля, цветы, небо. Легкий ветерок приятно обдувал лицо, солнце грело кожу.

— Добрались, — сказал Томас.

Я выглянула из-за его плеча и посмотрела вперед. Вдали царапали горизонт крыши домов.

— Дивная Поляна, — сказал он.

— Звучит лучше, чем Кабаний Овраг, — усмехнулась я, но внутренне напряглась.

Откуда мне знать, что за люди тут живут, и как настроены по отношению к ведьмам?

— Да не переживай, — даже видя его лица, я могла поклясться, что Томас улыбнулся, — я же говорил: там народ поумней, чем в этом твоем… Овраге. А градоначальника я лично знаю: мужик с головой, адекватный.

Это немного успокоило. Но в целом я понятия не имела, что делать и как быть дальше. Ладно хоть денег немного есть — надеюсь, на первое время хватит.

Томас пришпорил коня.

* * *

Дивная Поляна напоминала европейскую деревушку. Узкие, мощеные булыжником улицы; каменные дома с черепичными крышами, и местные жители, одетые на манер семнадцатого-восемнадцатого века.

Как только миновали входные ворота, Томас свернул на главную улицу. Здесь было шумно, но не слишком многолюдно. Пешие двигались по мостовым вдоль домов, телеги и редкие конные всадники по дороге. Обитатели спешили по своим делам, и наше появление не вызвало интереса.

Я же, как завороженная, глазела по сторонам. Первые этажи зданий занимали лавки, таверны и мастерские. Взгляд выхватывал надписи на вывесках: кузница «Генри и сыновья», паб «Золотой Козел», «Текстильная лавка госпожи Маретты», постоялый двор «Старый Кадваллон» и так далее.

Местный люд был одет просто, но опрятно, впрочем, возле одного из трактиров нам попалась компания лохматых и чумазых