Наполнить её - Джордан Мари

— Чтобы снова принять душ. Сделай себе и мне одолжение, Кэсси. Включи чертов телевизор… погромче.

— Я… Майкл?

— Просто сделай это, — приказываю я.

— Но… я не хочу смотреть телевизор, — отвечает она.

— Если ты этого не сделаешь, ты услышишь, как я дрочу в душе. Выбор за тобой, — рычу я, просто излагая ей все, потому что у меня нет терпения быть нежным в этот момент.

— Я. — Тишина затягивается. — О. Ух ты… — шепчет она, и я смотрю на нее как раз вовремя, чтобы увидеть, как ее тело дергается от удивления.

На секунду мне кажется, что она может подойти ко мне. Может, я обманываю себя, но я думал, что увидел возбуждение… желание. Вместо этого она тянется к пульту на тумбочке и включает телевизор. Я закрываю дверь, преисполненный разочарования, но больше всего — голода по ней.

Голода, который не будет удовлетворен сегодня ночью.

Глава шестая

Кэсси

Я слышу, как быстро и сильно бьется мое сердце, почти болезненно. Стена из подушек между Майклом и мной прожигает дыру в моем боку. Я слышу, как он тихо дышит, и мне интересно, проснулся ли он.

Последний час я лежу здесь, думая о нем в том душе, пытаясь представить его под струями воды, когда он дрочит. Мое тело разгоряченное, и так было весь последний час, когда я представляла, как он держит свою эрекцию, ласкает себя, зовет меня по имени.

Боже, я горю.

Я медленно двигаюсь и откидываю с себя одеяло, не желая разбудить его, если он спит. Я слегка приподнимаюсь и смотрю на него. Он лежит на боку, его большое мускулистое тело отвернуто от меня, линии его мышц взывают к моей женской стороне. Моя киска мокрая, соски твердые. Я хочу отдаться ему полностью, хочу сказать, к черту тот факт, что мы едва знаем друг друга, что он незнакомец, у которого могут быть глубокие, темные секреты, которые меня пугают. Но сейчас мне на все это наплевать.

Химия между нами слишком сильна, слишком интенсивна. Я чувствую электричество, когда смотрю на него, лёжа рядом с ним. Стена из подушек — отстойный барьер, и я хочу от него избавиться.

— Тебе нужно поспать, Кэсси, — говорит Майкл тихим, глубоким голосом.

Я чувствую, как мои глаза расширяются от того, что он знает, что я не сплю и смотрю на него.

— Тебе нужно поспать, потому что осознание того, что ты не спишь и смотришь на меня, и, вероятно, мокрая между твоих красивых бедер, проверяет мой самоконтроль.

Воздух покидает меня, но я обнаруживаю себя застывшей, неспособной ответить или пошевелиться.

Майкл оборачивается, и даже в темноте я вижу — чувствую — его пронзительный взгляд. Я ощущаю его до мозга костей. Я становлюсь еще мокрее, мои трусики намокают, соски пронзают тонкую ткань ночной рубашки. Я продолжаю представлять, как он дрочит в душе, фантазируя, как это выглядело — как он выглядел.

Воздух меняется. Я чувствую, как он становится жарче, гуще. Мы оба начинаем дышать тяжелее, наши груди поднимаются и опускаются.

— Что происходит? — тихо спрашиваю я, мой голос не громче шепота.

Майкл ерзает на кровати и теперь сидит, простыня скатывается на его бедрах. Он без рубашки, точеные мышцы его живота прекрасно видны, когда лунный свет струится сквозь частично открытые шторы.

Я сжимаю бедра вместе, глядя на него, тени наполовину закрывают его лицо. Но все же я знаю, что он смотрит на меня, наблюдает за мной.

— Ты знаешь, что происходит, — отвечает он с резким, почти животным голосом.

Я не знаю… и все же знаю.

— Я не знаю, — лгу я… желая услышать, как он скажет мне, что именно сейчас произойдет.

Он ухмыляется, и это выражение еще раз выпускает из меня поток влаги. Боже, я хочу его между моих бедер, хочу, чтобы он растягивал меня, наполнял меня, пока удовольствие и боль не сольются воедино.

— Иди сюда, — почти требует он от меня в этой тихой, безмолвной комнате.

Я должна сказать «нет», может быть, даже притвориться, что снова засыпаю, но вместо этого я обнаруживаю, что тяну подушки, которые отгораживают меня от него. Я бросаю их на пол, пока не слышу легкий стук, и придвигаюсь ближе.

— Это безумие. — Так и есть, но это также так приятно.

— Это именно то, что должно произойти, — произносит он, сосредоточившись на моем рту.

Я облизываю губы, и он стонет, как будто одно это действие — его гибель. Майкл протягивает руку и убирает прядь волос с моего плеча, заставляя мои руки покрываться мурашками. Дрожь пробегает по моему позвоночнику, и я выдыхаю, не уверенная, смогу ли я действительно пройти через это, хотя отчаянно хочу.

— Скажи мне, как сильно ты этого хочешь, как сильно ты хочешь меня.

Я чувствую, что произнесение этих слов запустит в движение все, что произойдет дальше, как будто их произнесение сделает меня его… полностью и бесповоротно принадлежащей Майклу.

Но, может быть, это именно то, чего я хочу. Может быть, это то, в чем я нуждалась всю свою жизнь.

— Я хочу этого. Я хочу тебя, Майкл, — шепчу я, мой голос полон эмоций, которые даже я не понимаю.

Он глубоко стонет и обхватывает меня рукой за затылок, притягивая меня ближе, так что мне приходится положить руки близко к его телу, чтобы удержаться. Наши рты находятся в нескольких дюймах друг от друга, его теплое дыхание все еще пахнет мятной зубной пастой, которую он использовал ранее.

— Как только мы начнем, пути назад не будет. — Он смотрит мне в глаза, удерживая мой взгляд, делая меня рабой всего, что происходит. — Как только я получу тебя, мой член глубоко в твоей горячей, влажной маленькой киске, я не отпущу тебя. — Он наклоняется так, что его губы едва касаются моих. — И когда ты станешь моей, это будет окончательно. Тогда ни один другой мужчина не будет иметь права прикасаться к тебе,.. черт возьми, даже смотреть на тебя. — Он произносит последнюю часть с такой решимостью, что я чувствую, как мое сердце останавливается, мое дыхание все еще в моих легких. — Ты готова к этому?

Проходит минута молчания, эти слова повисают между нами.

— Да.

Глава седьмая

Майкл

Ее прошептанное «да» — самый сладкий звук, который я когда-либо слышал в своей чертовой жизни. Я, черт возьми, не ожидал его услышать — и это делает его еще слаще.

— В тот момент, когда увидел