Мой магический год: весна и поющий фарфор - Татьяна Терновская

— Как ценный специалист, хочу заметить, что никогда не сталкивалась с такой странной ситуацией, — призналась я, возвращая разговор в деловое русло.

— Да, я тоже, — согласился Бенджамин, — ума не приложу, зачем кому-то покупать мою фабрику, а затем сносить.

Раз даже у него не было ответа на этот вопрос, оставался только один вариант.

— Я, конечно, не детектив, но, мне кажется, в действиях таинственного клиента есть личный мотив, — осторожно заметила я.

Бенджамин не стал сразу отрицать такую возможность и задумался.

— Считаете, кто-то хочет мне отомстить? — спросил он.

Я пожала плечами, хотя это единственная версия, которая пришла мне на ум.

— Это бы объяснило, зачем человеку платить огромную сумму за фабрику, чтобы потом её уничтожить, — сказала я, — у вас есть враги?

Бенджамин покачал головой.

— Нет, я никогда ни с кем серьёзно не конфликтовал, — признался он, — не считать же мальчишеские драки в детстве.

— Может, уволили кого-то, а он затаил обиду? — спросила я, хотя моё предположение прозвучало глупо.

Бенджамин засмеялся.

— Я был бы только рад, если бы кто-то из моих работников насколько разбогател, но, увы. — Развёл руками он. — К тому же если я и увольнял кого-то, то лишь за серьёзные нарушения, вроде пьянства или постоянных прогулов.

— А ваш отец? — уточнила я, — ведь до вас фабрикой владел он.

— Мой отец — мирный человек и никому не делал зла, — уверенно сказал Бенджамин, — но на всякий случай я у него спрошу.

Я взяла со стола визитку, оставленную мистером Джексоном. Юридическая фирма «Альбрехт и партнёры» была достаточно зубастой, стоило держать с ними ухо востро. Если тот таинственный покупатель нанял адвоката из этой компании, значит, настроен серьёзно. Я хотела задать Бенджамину ещё один вопрос, но в этот момент в комнату вошла Мирабель с подносом. Она растерянно посмотрела на пустой диван, где ещё несколько минут назад сидел мистер Джексон.

— Значит, встреча уже закончилась? — догадалась она, а затем с тревогой посмотрела на Бенджамина, — всё прошло не очень хорошо, да?

Я уже открыла рот, чтобы рассказать ей правду, но в этот момент Бенджамин сжал мою ладонь, намекая, что лучше промолчать.

— Нет, всё в порядке, — сказал он с наигранной бодростью в голосе, — тот человек хотел купить фабрику, но предложил слишком низкую цену и я отказался.

Мирабель вздохнула.

— Мне жаль, что так получилось. — Было видно, что она искренне переживает из-за этой ситуации.

Бенджамин улыбнулся и подошёл к ней. Я тоже встала. Встреча была закончена, и сидеть здесь больше не имело смысла.

— Всё в порядке, — заверил он, — теперь у меня есть ценный специалист, так что дела быстро пойдут на лад.

— Да, у меня припасена пара идей, — соврала я. В отличие от разговора с мистером Джексоном, обманывать Мирабель было неприятно.

Услышав мои слова, она улыбнулась.

— Может быть, приготовить вам десерт к чаю? — спросила она.

— Нет, спасибо, мы уже пойдём, многое ещё нужно обсудить, — сказал Бенджамин и направился к выходу. Попрощавшись с Мирабель, я поспешила за ним.

— Не нужно рассказывать ей правду, — попросил Бенджамин, когда мы уже оказались на улице, — не хочу, чтобы она понапрасну расстраивалась.

— Мирабель — твоя девушка? — с любопытством спросила я. Конечно, личная жизнь владельца фабрики не имела отношения к моему заданию, но мне почему-то стало интересно. Бенджамин Уостон был красивым мужчиной, к тому же, несмотря на нынешние трудности, наверняка считался завидным женихом в этих краях.

Он покачал головой.

— Нет, мы с детства дружим. Мирабель мне как сестра, — рассказал Бенджамин, а затем внимательно на меня посмотрел, — а что?

Его вопрос застал меня врасплох, и я смутилась.

— Ничего, просто спросила, — протараторила я и хотела упомянуть про Люка (моего вроде-как-жениха), но почему-то промолчала. Зачем Бенджамину об этом знать?

— Ладно, — хмыкнул он и огляделся, — ну, что, ценный специалист, обсудим дела фабрики? Или лучше отложить это до завтра?

Он вытащил из кармана жилета часы на цепочке и посмотрел на время. Было почти семь вечера. Вроде бы мне стоило вернуться в отель, а разговор отложить на завтра, но я решила поступить иначе. Очень уж хотелось поскорее выполнить задание дедушки и вернуться в столицу.

— Нет, давайте поговорим сейчас, — сказала я, — тем более, у меня есть пара вопросов.

Глава 3

Экипаж свернул на липовую аллею, и впереди показалась усадьба, принадлежавшая семье Уотсон. Это было красивое трёхэтажное здание (два жилых этажа и чердак), пусть и знававшее лучшие времена. Высокие эркерные окна выходили в сад, только начавший пробуждаться после долгой зимы. Левую половину усадьбы оплетали вьющиеся растения, почти доползая до черепичной крыши, так что не было видно стен, сложенных из серого камня. Справа располагались клумбы с вечнозелёными растениями. Неподалёку от усадьбы возвышалось здание фабрики.

Когда экипаж притормозил у крыльца, Бенджамин протянул мне руку и помог спуститься на землю. Я услышала птичье пение из ближайшей рощицы и вдохнула тёплый весенний воздух, наполненный ароматом цветущих деревьев и молодой сочной листвы. Красивое место!

Бенджамин первым поднялся на крыльцо и распахнул передо мной дверь.

— Проходите, мисс Скотт, — сказал он.

Я поблагодарила его и вошла внутрь. Здесь тоже было уютно. Интерьер был выполнен в тёплых оттенках: оливково-зелёный, песочный, кофейный, золотистый. Паркетный пол в комнатах покрывали мягкие ковры, повсюду стояли лампы и торшеры с магическим светом, а стены украшали акварельные пейзажи.

Бенджамин галантно помог мне снять пальто и повесил его у входа. Я пересекла прихожую и увидела большую лестницу с резными перилами, которая вела наверх.

— У вас нет прислуги? — удивилась я.

Бенджамин растерянно огляделся, словно только что это заметил.

— Наш дворецкий давно состарился, а нового мы нанимать не стали, — рассказал он, — я живу вместе с отцом, нам двоим немного надо. Справляемся сами.

— И даже готовите? — засомневалась я.

— Да. Почему это так вас удивляет? — с улыбкой спросил он, — могу и вас угостить чем-нибудь вкусненьким.

— Не откажусь, — сказала я. А сама почему-то вспомнила про Люка. Он без прислуги даже одеться не мог, не то, что приготовить еду. Если отвести его на кухню, беднягу наверняка удар хватит.

Бенджамин провёл меня вглубь дома.

— Можете присесть здесь, — предложил он, указав на гостиную с камином, в котором тлели угли, — я приготовлю и всё принесу.

Мне стало неловко. Всё-таки я не гостья, а сотрудник его фабрики.

— Нет, давайте я вам помогу, — вызвалась я.

— Хорошо, — не стал спорить Бенджамин и провёл меня на кухню. Здесь тоже было уютно, а ещё очень чисто и царил идеальный порядок.