Девочка для адвоката - Лана Расова

Он кивнул на свободный стол в углу, где стоял ноутбук.

- Вноси данные в таблицу. Кофемашина на кухне, вода в холодильнике. Если захочешь в

туалет первая дверь по коридору. В спальню не заходить.

·   Я и не собиралась, - огрызнулась я, скидывая сумку.

·   Рад слышать, - его губы тронула усмешка. - Я буду работать здесь же. Если возникнут

вопросы по документам спрашивай.

Я села за стол, открыла первую пыльную коробку и чихнула.

- Будьте здоровы, Валерия Дмитриевна, - не поднимая головы от своего монитора, бросил он.

Прошло больше трех часов, моя спина ныла, глаза слезились от мелкого шрифта на английском языке (слава богу, я знала его отлично), а пальцы были серыми от пыли.

Матвей все это время сидел за своим столом, что-то печатал, кому-то звонил, переходя на беглый английский. Его голос действовал на меня странно. Низкий, уверенный, властный. Я ловила себя на том, что перестаю читать документы и просто слушаю его интонации.

- Ты зависла, - его голос вырвал меня из транса.

Я вздрогнула. Матвей стоял прямо за моей спиной. Я даже не услышала, как он подошел. Он

наклонился, опираясь руками о спинку моего стула, и заглянул в монитор.

Его лицо оказалось слишком близко к моему. Я почувствовала запах его парфюма.

- Дело «Блэквуд против Корпорации Сити», - прочитал он с экрана. - Ты занесла его в

проигранные. Почему?

- Потому что в конце написано, что иск отозван, - просипела я. Близость его тела заставляла

сердце биться в ребра.

- Отозванный иск - это часто победа, Лера, - он протянул руку и, накрыв мою ладонь своей кликнул мышкой, открывая другой файл. Его кожа была горячей. Меня словно током ударило, но я не отдернула руку. - Смотри. Мы договорились о компенсации вне суда. Клиент получил два миллиона фунтов. Это победа. Исправляй.

Он выпрямился, и холод сразу вернулся, словно меня лишили одеяла.

 - Ты голодная?

Вопрос был настолько неожиданным, что я растерялась.

·   Что?

·   Время десять вечера. Ты приехала после учебы. Я заказал пиццу. Будешь?

Я хотела гордо отказаться. Сказать, что я здесь не есть пришла. Но желудок предательски

заурчал.

·   Буду.

·   Идем на кухню. Не хватало еще жирных пятен на документах.

Мы сидели за барной стойкой на его шикарной кухне и ели пиццу прямо из коробки. Это было сюрреалистично. Полчаса назад он был моим строгим боссом, а сейчас протягивал мне салфетку.

- Почему дизайн? - вдруг спросил он.

Я замерла с куском пиццы во рту.

·   Откуда вы...

·   Я видел, - он кивнул на мою сумку, которая осталась в кабинете. Из нее торчал край блокнота.

·   Ты рисовала на лекции. Вместо того, чтобы записывать.  Я покраснела.

·   Юриспруденция - это папина мечта. Не моя.

·   Тебе не нравится учиться?

·   Не совсем, - я покачала головой. - Честно говоря, мне даже нравится. В университете

интересно. Мне нравится решать задачи, искать лазейки. Это тренирует мозг.

Я посмотрела на него.

- Я закончу университет. Получу диплом, и он даже может быть будет красным. Я выполню

папино желание. Но... я не буду работать юристом. И в магистратуру не пойду.

·   Почему?

·   Потому что юриспруденция - это карьера. А мода - это моя страсть. Я хочу просыпаться и бежать к тканям и манекенам, а не к кодексам. Я хочу создавать красоту, а не защищать активы. Я выполню долг перед отцом, но жизнь я выберу сама.

Матвей усмехнулся.

- Похвально. Доводить дело до конца, даже если душа лежит к чему-то другому - признак

взрослого человека. Многие бы бросили.

- Но если тебе это не по душе, зачем ты тратишь время? Жизнь слишком коротка, чтобы жить

чужими мечтами, Лера.

·   Легко говорить, когда у тебя «Ламборгини» и пентхаус в Москва-Сити, - горько усмехнулась я.

·   Мой отец не оставляет выбора. Он платит - я танцую. То есть учусь.

·   Выбор есть всегда, - жестко сказал он. - Просто иногда он стоит слишком дорого. Ты боишься

потерять комфорт? Машину?

- Я боюсь потерять семью, - тихо сказала я. - Даже если эта семья... сложная.

Матвей промолчал. Он смотрел в окно, на огни города, и его лицо стало мрачным, словно он  вспомнил что-то свое.

·   Ладно, - он резко встал, выбрасывая пустую коробку. - На сегодня хватит. Уже поздно.

·   Я еще не закончила.

·   Завтра закончишь. Я не тиран, чтобы держать студентку до полуночи. Тебе завтра на первую

пару, кстати, ко мне. Не вздумай опаздывать.

Он проводил меня до двери. Когда я обувалась, он прислонился плечом к косяку, скрестив руки.

- Лера, - позвал он, когда я уже взялась за ручку двери.

Я обернулась.

- Что?

Он шагнул ко мне. Медленно, как хищник. Подошел вплотную. Я вжалась спиной в дверь.

Он поднял руку. Я зажмурилась, не зная, чего ждать. Но он просто стряхнул пылинку с моего

плеча.

- Спасибо за помощь, - тихо произнес он. Его лицо было так близко, что я могла пересчитать ресницы. - Ты неплохо справляешься. Для дизайнера.

Я выскочила за дверь, как ошпаренная, и побежала к лифту. Мое сердце колотилось так

сильно, что казалось, ребра треснут.

В лифте я прижалась лбом к холодному зеркалу. Я попала. Я попала не на деньги. Я попала на

что-то гораздо более опасное. Потому что, стоя там, прижатой к двери, я не боялась.

Мой телефон пиликнул. Сообщение от банка. «Зачисление средств: 5000 руб. Отправитель:

Матвей A. »

Следом пришло сообщение в мессенджер:

«На такси. Опасно ездить за рулем уставшей. Оставь машину на парковке, завтра

заберешь. Это не вычитается из долга. Спокойной ночи, Лера».

Я сползла по стене лифта вниз, сжимая телефон. Черт бы побрал этого Миронова с его

заботой и его глазами. Черт бы его побрал.

Глава 6

Я смотрела на уведомление о переводе, как на ядовитую змею. Пять тысяч рублей. «На такси».

Гордость во мне кричала, чтобы я швырнула эти деньги ему в лицо. Разум шептал, что в

холодильнике повесилась мышь, а до стипендии жить неделю.

Но взять деньги у мужчины,