Ненужная жена. Отданная дракону - Илана Васина

— Пей. Это придаст тебе сил, — мужчина, проигнорировав мой вопрос, протянул небольшой деревянный черпак, от которого поднимался пар. — Осторожно. Не обожгись… бедная рия, лишённая будущего.

В его словах прозвучала явная насмешка, но варево, божественно пахнущее, уже оказалось у губ, и все мои мысли рассыпались, как бусины с лопнувшей нити. Было не по себе — вот так принимать питьё от незнакомого человека, но… пить хотелось невыносимо.

Подув на черпак, я осторожно припала к нему губами. Напиток оказался довольно густым и напоминал по консистенции смузи или очень жидкую кашицу, а по вкусу походил на размолотые в порошок злаки, сваренные вместе с пряными травами.

В перерывах между глотками я продолжала задавать вопросы, но ответов так и не получила. Лишь взгляды — снисходительные и насмешливые. Будто я ребёнок, познающий мир через бесконечные "почему?"

Вскоре я всё же замолчала, вслушиваясь в собственные ощущения.

Стоило мне выпить пару черпаков, как голод отступил вместе с жаждой. В голове прояснилось, тело — будто потеряло в весе, а глаза стали видеть отчётливее. Но самое удивительное — мои бедные мышцы перестали жалобно ныть при каждом движении.

Я вдруг начала замечать то, что раньше не замечала. Например— что сижу на мягкой траве, напоминающих пух иван чая. И окружает меня не просто голый скальный камень.

Тут имелись ниши, прорубленные в стенах, а в них поблескивала всякая железная утварь. И булыжники были свалены в аккуратную кучу, будто некто хозяйственный решил освободить пространство для удобного передвижения. И даже ручеёк — источник воды — тёк тонкой струйкой по стене, исчезая в крупной трещине пола.

Это место напоминало охотничий домик, только построенный не в лесу, а в скале.

Может, мне попался охотник, отбивший или укравший меня у драконов? Если моя догадка окажется верной, возможно он не станет удерживать рядом лишний рот. Тогда я смогу уйти.

При мысли о свободе я ощутила скорее растерянность, чем радость. Возвращаться в Элирис ни капли не хотелось. Его жители могли снова отправить меня на жертвенный камень. А выживать в одиночку я не умела.

Пока я размышляла о своём туманном будущем, незнакомец доел остатки пищи из котелка, ловко ополоснул посудину в воде, и снова устроился рядом, у костра. Опёрся локтями о согнутые ноги и окинул внимательным, оценивающим взглядом. Он будто пытался рассмотреть во мне нечто, незаметное с первого взляда, и я не понимала, что.

Мне стало не по себе. Я ведь даже не поблагодарила его за еду.

— Спасибо, что заботишься обо мне, — поспешно сказала я. — Как называется твой волшебный напиток?

— Тэйдуш.

— Он очень вкусный. Научишь меня его готовить?

Мой собеседник не ответил сразу. Его лицо оставалось невозмутимым, пауза затянулась, и тишина уже начинала давить, поэтому я поспешила добавить:

— Конечно, если это не секрет!

Он едва заметно пожал плечами — мол, почему бы и нет, — и произнёс несколько длинных фраз. Но вот незадача… Я не поняла ни слова, хотя, казалось бы, изучила флору и фауну Элириса от и до. Увидев моё замешательство, мужчина лишь слегка качнул головой.

— Мне неизвестны названия трав на твоём языке.

— Ты охотник? — не выдержала я.

— Я люблю охоту.

— А можно спросить… ты, наверное, не отсюда? Раз названия трав на элирийском тебе незнакомы?

Незнакомец нахмурился, его взгляд соскользнул с меня в сторону стены. Потом медленно выдохнул и вновь повернулся ко мне. Похоже, мои расспросы его утомили.

— Какая любопытная рия, — произнёс он лениво. — Обычно рии больше молчат.

Обычно? В моей ситуации было столько же обычного, как в снеге посреди лета.

— Наверно, молчаливые рии знают гораздо больше меня. Поэтому им не приходится вытягивать ни у кого информацию по капле... Кстати, а кто такие рии?

Вопрос завис в воздухе.

Внезапно я кожей ощутила, как поменялась атмосфера. Повеяло холодом, словно огонь перестал греть. Я потёрла плечи руками, разгоняя зябкие мурашки. А через секунду задрожала ещё сильнее, когда поймала тень тревоги на лице незнакомца.

Он смотрел мимо меня — прямо в чёрное жерло пещеры. Будто вслушивался в то, что было недоступно моему уху. И медленно... очень медленно поднимался с пола.

Глава 7

Незнакомец сделал несколько бесшумных шагов вглубь пещеры и замер. Постоял, настороженно прислушиваясь. Затем вернулся ко мне и остриём меча указал на одно из отверстий в стене.

— Укройся там.

Я с тревогой смотрела на полтора метра металла, которыми мужчина с лёгкостью орудовал одной рукой. Должно быть, он взял меч в одном из стенных отверстий — схронов, чтобы отбиваться от кого-то. Но от кого? Нерациональный, животный страх подгонял меня забиться куда-нибудь — хотя бы в предложенную нишу. Но мне хотелось свои действия подчинять здравому смыслу, а не страху.

— Укрыться надолго? — тревожно стиснула в пальцах шёлк платья.

— Пока всё не закончится. Если выйдешь оттуда раньше, чем я позволю, — умрёшь. Это понятно?

Я мотнула головой, стараясь не паниковать.

— Нет, не понятно. Если здесь так опасно, почему бы нам не уйти?

— Нельзя. На выходе — ядовитая паутина. Видишь — вон, блестит на солнце?

Прищурившись, я уставилась в светлое пятно на фоне тёмных стен пещеры, но никакого блеска не заметила. Как можно вообще что-либо увидеть на таком расстоянии?

— В глубине пещеры — игмрахи, — поймав мой недоумевающий взгляд, он помолчал, видно, подбирая слова. — Это такие… змееподобные существа. Я не успею обезвредить паутину до их нападения. Поэтому сначала надо убить игмархов, а потом — займусь паутиной.

Он подошёл ближе, поймал мой взгляд и произнёс негромко:

— Моя задача — тебя уберечь. Будешь слушаться — выживешь. Так понятнее, рия?

— Я Верия, — машинально поправила и поспешно добавила: — Да, спасибо, что объяснил.

Развернулась и потихоньку залезла в отверстие, предварительно вытащив из него большой котёл. Втиснулась туда с трудом, поджала ноги к груди. Наверно, со стороны я напоминала большую креветку. Неудобно, конечно, но что только не сделаешь ради своего спасения.

Сидела и сама себе не верила. Казалось, я попала в сказку братьев Гримм. Змееподобные создания, ядовитая паутина… Похоже, Элирис, который я целый год изучала по книгам, скрывал в себе тёмные, мрачные тайны.

Из своего укрытия