Пышка-горничная по обмену - Надежда Олешкевич

Петр, конечно, молодец. Предприимчивый, ответственный, заботливый. Если бы не одно «но» - он сделал все, чтобы его босс не отлынивал от работы.

И вот я стою в этом дурацком наряде, явилась сюда вовремя, решила не подниматься на пятнадцатый этаж. Жду.

- Ленка! - режет слух противный, до боли знакомый голос.

О нет. Только не сегодня.

- А ты что это, уже на повседневке в этом ходишь? - Карина подходит ко мне, цокая каблуками, и окидывает таким взглядом, будто я объявление «сниму угол» на столбе. - На большее денег не хватает? Не думала, что у тебя настолько проблемы с деньгами. Я вот помощницей устроилась к успешному бизнесмену, бери пример с меня. Удачливая, везучая, красивая... Кстати, а чего это околачиваешься тут?

Я медленно выдыхаю через нос. Спокойно. Я сильная, уверенная, находчивая. Я не буду опускаться до ее уровня.

- Иди, куда шла, - угрюмо бросаю я.

Но Карину так просто не остановить. Она поправляет идеальные локоны, и на ее губах расцветает снисходительная улыбка, которую я так ненавидела еще в колледже.

- А, небось решила Антона подкараулить, да? Помню, помню, твоя любовь по колледжу. Нахлынули старые чувства после встречи с ним? - она наклоняет голову набок, изображая сочувствие. - Спешу тебя огорчить, мы с ним встречаемся, так что тебе не светит. Особенно не выгорит против меня. Да что там, просто не выгорит, - окидывает она мою пышную фигуру взглядом и ухмыляется. - Ладно, поболтали и хватит. Спешу. Пока-пока!

Она важной походкой направляется к двери, скрываясь в здании.

Я смотрю ей вслед и не чувствую ни злости, ни обиды. Только легкое, почти веселое удивление. Может, следовало ей сказать, что на ее Антона никто уже и не засматривается? Может, стоило сообщить, что мои вкусы слегка изменились с тех пор, как я вчера снимала рубашку с мужчины, который одним своим видом заставляет сохнуть все растения в радиусе километра?

Любовь в колледже? Да, была. Но теперь мне нравятся нормальные. А нормальные мужчины, как выяснилось, живут на пятнадцатых этажах, носят дорогие костюмы и… нанимают тебя в качестве фальшивой невесты.

Хотя хорошо, что не сказала ни слова.

Из высотки быстрым шагом выходит Александр. И он зол. Я это чувствую за версту - воздух вокруг него буквально искрит. Петр семенит следом, виновато разводя руками, и когда замечает меня, начинает отчаянно махать, мол, подходи, не стой в стороне.

Мы встречаемся возле такси. Черный, блестящий автомобиль, да еще с водителем в перчатках. Вся эта роскошь с утра пораньше действует немного ошеломляюще.

- А что это тут у вас? - я указываю на пиджак Александра. Точнее, на то место, где должна быть пуговица. Третья сверху. Верхняя болтается на нитке, вторая на месте, а третьей… нет.

Александр бросает недовольный взгляд на Петра.

- Да так, - цедит он. - Едем покупать новый, а потом на встречу. Придется опоздать.

- Еще раз извините, босс, - помощник выглядит так, будто готов провалиться сквозь землю. - Я случайно зацепил, даже не понимаю, как пуговица влезла в ту щель…

- Ладно, не важно, - отмахивается Александр, но по его сжатой челюсти видно - важно. Очень.

- Погодите, - вскидываю я руку. - Покупать новый пиджак из-за одной пуговицы?

Они оба смотрят на меня. Петр - с надеждой, Александр - с недоумением.

- Так у меня с собой есть наборчик для шитья, - я достаю из большой сумки маленькую косметичку (в ней, помимо помады и зеркальца, всегда лежат иголка с ниткой - мама научила быть готовой ко всему). - Вы садитесь, по пути починим. Негоже такому представительному мужчине опаздывать, да?

Александр смотрит на меня так, будто я только что достала из-за пазухи живого кролика. Потом коротко кивает и ныряет в машину.

Мы забираемся на заднее сиденье. Петр, как дисциплинированный помощник, садится спереди, рядом с водителем.

- Снимайте пиджак, - командую я, открывая косметичку.

Александр стягивает его, и я снова, в который уже раз, ловлю себя на мысли, что смотреть на него - отдельный вид эстетического наслаждения. Плечи широкие, рубашка белая, галстук... его нужно поправить.

- Сегодня только пиджак? - голос мужчины звучит с едва уловимой усмешкой. - Дальше раздеваться нужно?

- Думаю, обойдемся без оголения, - парирую я, пряча улыбку. - Прибережем на вечер.

Он хмыкает, но не продолжает эту неуместную игру. И правильно, и не надо. Я быстро вдеваю нитку в иголку - пальцы слушаются, потому что шить умею