Запрещаю влюбляться - Кристина Лин

Осматриваюсь в поисках шкафа, куда могли бы повесить мою одежду.

— Ты что-то потеряла? — от внезапного вопроса, прозвучавшего из-за спины, я подскакиваю на месте. Медленно поворачиваюсь лицом к мужчине.

Несмотря на то, что сейчас утро субботы, он одет в серый деловой костюм и черную рубашку. Выглядит властно и уверенно. А я снова чувствую себя маленькой и беспомощной рядом с ним.

— Я ищу свое пальто. — Отвечаю ему, преодолевая себя, делая усилие, чтобы голос не дрожал.

— Зачем?

Он издевается? Мне нужно замерзнуть на морозе, когда я на улицу выйду?

— Спасибо вам за гостеприимство, — начинаю аккуратно. — Но мне пора.

— И куда ты пойдешь? — Он засунул руки в карманы брюк, продолжает с интересом меня рассматривать, как ученый подопытную букашку. Конечно, он знает, что пойти мне некуда. Но это не значит, что во мне совсем не осталось гордости.

— Пойдем завтракать, — приглашает меня жестом пройти в комнату рядом с лестницей.

Я гордая. И самостоятельная. И… очень голодная. Желудок громко заурчал, и я приложила руку к животу, чтобы хоть как-то заглушить звук.

Ладно, сначала поем, а потом буду думать, что делать дальше. Быть гордой проще на сытый желудок.

Я прохожу в комнату, где уже накрыт стол. Внутри приятно пахнет выпечкой и яичницей с беконом.

Мужчина помогает мне устроиться за столом. А я, почуяв запах еды, быстро забываю о нем и обо всем на свете. Набрасываюсь на еду так, словно не ела вечность. Все так вкусно приготовлено, а я уже две недели перебиваюсь едой из дешевых кафетериев и пирожками, купленными у бабушки возле метро. И только добравшись до чашки ароматного кофе, я вспоминаю о мужчине и поднимаю на него взгляд.

Он смотрит на меня с легкой улыбкой. Кажется, что к своей тарелке он даже не притронулся. Так сильно увлекся разглядыванием моей скромной персоны?

— Спасибо, — говорю, допивая кофе. — Думаю, мне уже пора. — Намекаю на то, что все-таки хочу уйти.

— Если я правильно понял, спешить тебе некуда.

Он продолжает все так же разглядывать меня, отчего тело покрывается мурашками. Липкое чувство страха холодит ладошки. Похоже, отпускать меня он не собирается.

— Вы не можете держать меня здесь. — Я говорю тихо. Не знаю, что он может, а что нет. Кто знает, может для него не существует законов и запретов?

— Тебя никто не держит, — он резко перестает улыбаться, и теперь его взгляд пугает меня еще сильнее.

Я медленно встаю из-за стола, поворачиваюсь к двери. Но не успеваю сделать и пары шагов, как он оказывается за моей спиной.

— Может, расскажешь почему тебе негде ночевать? — его голос звучит у самого уха, дыхание обжигает щеку.

— Не хочу утруждать вас своими проблемами.

Внезапный прилив смелости придает мне сил. Я медленно поворачиваюсь к нему лицом, заглядываю в черные гипнотические глаза, которые так пугают меня. В конце концов, что он может мне сделать?

Мандраж от его энергетики и властности быстро сходит на нет. Сейчас я вижу перед собой обычного мужчину. Да, наделенного властью. Но, если забыть об этом, то в нем нет ничего особенного. Смуглая кожа, темные волосы, прямой нос и черные, как уголь, глаза. Никогда не любила такой типаж. Плечи инстинктивно выпрямляются, а внутренности перестают вибрировать от страха. Отчего-то в этом моменте мне стало все равно, насколько он силен и богат. Даже как-то наплевать, если завтра окажусь без работы. Я справлюсь.

— Ты можешь остаться здесь. — Он говорит это, разглядывая мои губы, и я нервно их облизываю.

Он сглатывает, поднимает взгляд, всматривается в мои глаза, в которых сейчас равнодушие и полное бесстрашие. Стоило мне перестать его бояться, как я почувствовала, что он хочет меня. И поэтому не хочет отпускать.

— Нет, — говорю жестко. И он язвительно хмыкает.

— И куда ты пойдешь? — с язвительной усмешкой.

— Что-нибудь придумаю. — Когда-то мама говорила, что в самой непонятной и сложной ситуации важно уметь сохранить хорошую мину при плохой игре. Даже, если все уже потеряно, это не повод растекаться перед ним лужицей.

— Упрямая. — Говорит задумчиво. — Мне нравится.

Я удивленно поднимаю бровь. Нравится? Мало ли, что тебе нравится.

— Тебе повезло, — говорит вдруг, а я еще больше недоумеваю.

— Повезло? — повторяю удивленно.

— Ты мне понравилась. — Он говорит это так, словно понравиться ему — это великое счастье для любой женщины. Но глядя в его глаза я понимаю, что он не шутит. Ведь он, в самом деле, в этом уверен. Я шумно выдыхаю, так, будто мне сказали нелепицу, на которую даже непонятно как отвечать.

— А вы не слишком самоуверенны? — Сейчас мой голос звучит безразлично. У меня нет никаких чувств к нему, и вряд ли он когда-нибудь станет героем моих грез. Наверное, поэтому мне стало все равно, что он подумает обо мне.

Он едва заметно улыбается, только кончики губ чуть поднимаются вверх.

— Я предлагаю тебе помощь, а ты язвишь. Далеко пойдешь. — Чуть со смешком шепчет мне в лицо.

Неожиданно для себя я улыбаюсь ему в ответ.

— Вы не обязаны мне помогать.

— Не обязан. — Смешинки во взгляде говорят о том, что весь этот диалог его забавляет. — Но тебе повезло, я же сказал.

Ах, ну да, я же понравилась его высочеству. Ох уж эта самоуверенность! Так бы и размазала по лицу эту ухмылочку.

— Повезло? — переспрашиваю. — Разве это везение?

— Конечно, — восклицает. — Ты себе даже не представляешь, сколько женщин мечтают оказаться на твоем месте.

Мужчина делает шаг вперед, теперь он стоит вплотную ко мне, наши тела почти соприкасаются. По коже пробегает волна мурашек, наверное, от непривычки находиться рядом с настолько уверенным в себе мужчиной.

— А я не хочу этого представлять. Мне это не интересно.

Он хмыкает себе под нос, губы растягивает в улыбке. И я вижу полоску белых, идеально ровных, зубов.

— Это будет интересно, — говорит он, имея в виду что-то свое.

Глава 7

Следующим утром я завтракаю в одиночестве за огромным столом, заставленным вкусностями. Дмитрия Анатольевича я не видела со вчерашнего утра, и, если так пойдет и дальше, то мое пребывание в этом доме вполне меня устраивает. А мягкая постель в комнате для гостей, где меня поселили, намного лучше спальника на полу офисного здания.

Страх перед владельцем дома ушел, и теперь мне стало безразлично, есть ли у него какие-то планы относительно меня. Засыпая сегодня ночью, я представила, как он заходит в комнату и ложится рядом со мной. И не почувствовала ничего, — ни страха, ни отвращения. До своего переезда в столицу я встречалась с