Ночь с врагом (двухтомник) - Кайра Бардо

Глава 6

Тариэн поднялся с колен, и прежде чем Лидия успела что-то сказать, подхватил ее на руки. Она удивленно вскрикнула, обвивая шею руками, а он с нежностью, которая совершенно не вязалась с его прежней дерзостью, понес ее к груде одежды у дальней стены.

— Ты сейчас совсем другой, — прошептала она, изучая его лицо в свете факелов.

— Ты изменила меня, — ответил он просто, опускаясь на колени и бережно укладывая ее на темный плащ. — За одну ночь ты показала мне больше, чем пять веков существования.

Лидия проследила взглядом линии его тела в золотистом свете пламени и заметила, что его мужское достоинство снова напряжено, готово к новой близости. Удивление отразилось на ее лице.

— Уже? Но ты только что…

— Я сказал тебе — ты изменила меня, — его голос стал хриплым от желания. — Я хочу тебя всю. Полностью. Хочу быть внутри тебя, чувствовать, как ты принимаешь меня…

Он устроился между ее бедрами, его глаза горели ледяным пламенем. Тариэн на мгновение замер, изучая ее лицо, словно запоминая каждую черточку.

— Можно? — спросил он хрипло, и в его голосе звучало такое благоговение, будто он просил разрешения прикоснуться к святыне.

Вместо ответа Лидия потянулась к нему, притягивая ближе. Медленно, одним плавным движением он вошел в ее еще подрагивающую от прошлого оргазма плоть. Ее влажность и тепло приняли его без сопротивления, но туго, идеально обхватывая каждый дюйм.

Оба задохнулись от полноты ощущений. Через магическую связь она почувствовала, как его разум буквально взрывается от нового опыта. Её тепло, шелковистая влажность, ощущение того, как два тела становятся одним целым. А он ощутил ее изумление от того, как идеально они подходили друг другу, как его размер заполнял ее без боли, только с головокружительной полнотой.

— Боги… — выдохнул Тариэн, замерев полностью погруженный в нее, пытаясь привыкнуть к потоку ощущений. — Это… как будто я нашел дом, которого никогда не знал… как будто вся моя жизнь была подготовкой к этому моменту…

Лидия почувствовала, как он дрожит от напряжения, сдерживая себя. Она обхватила его бедра ногами, прижимая ближе, и мягко сжалась вокруг него. Тариэн застонал, его глаза закатились.

— Двигайся, — прошептала она. — Не бойся…

Он начал медленно, осторожные, неглубокие движения, словно боялся причинить ей боль. Но когда она тихо застонала от удовольствия, его уверенность начала расти. Каждый толчок становился глубже, увереннее. Он вжимался в нее до упора, их кости таза соприкасались, кожа скользила по коже.

— Сильнее, — прошептала она, впиваясь ногтями в его плечи. — Не бойся меня сломать… я не хрупкая…

Ритм стал интенсивнее. Тариэн менял угол, экспериментировал с глубиной, внимательно отслеживая каждую реакцию ее тела. Когда он попал в особенно чувствительную точку, Лидия вскрикнула и выгнулась под ним.

— Вот здесь? — спросил он, повторяя движение.

— Да… именно так… — задыхалась она.

Он склонился и накрыл губами ее сосок, мягко посасывая и слегка покусывая зубами. Лидия выгнулась под ним, прижимаясь грудью к его губам, и протяжно застонала. Ее тело само искало ритм, подстраиваясь под его движения, встречая каждый толчок.

— Ты вкусная везде, — пробормотал, переходя ко второй груди.

Его движения становились все более уверенными. Он поднял ее бедра выше и она закричала от нового ощущения глубины. Звуки их соединения заполнили каменную камеру: тяжелое дыхание, стоны, влажные шлепки тел друг об друга.

Когда их губы встретились, Лидия почувствовала на них собственный солоновато-мускусный вкус. Это только усилило возбуждение. Их языки сплелись в отчаянном поцелуе, пока он продолжал двигаться внутри нее, уже не робкий новичок, а мужчина, познающий силу своей страсти и власть над ее телом.

На этот раз он держался значительно дольше. Опыт первого оргазма научил его чувствовать приближение пика и замедляться, когда это необходимо. Ее направляющие прикосновения, тихие наставления подсказывали нужный ритм. Он двигался то медленно и глубоко, заставляя ее извиваться от нетерпения, то быстрее и жестче, когда чувствовал через связь, что именно это сводит ее с ума.

— Я чувствую через нашу связь… — задыхался он, — как удовольствие нарастает в тебе… это невероятно…

— Тогда давай вместе, — прошептала она в ответ, обхватывая его крепче.

Пик накрыл их почти одновременно. Магическая связь превратила их оргазм в двойную волну блаженства — она чувствовала его пульсацию внутри себя как собственную, а он ощущал ее сжатие как свой собственный экстаз. Границы между ними стерлись окончательно, оставив только чистое, всепоглощающее наслаждение, которое, казалось, никогда не кончится.

Они лежали потом, переплетенные и обессиленные, слушая, как постепенно выравнивается дыхание. Тариэн не выходил из нее, словно не мог заставить себя разорвать эту интимную связь.

— Теперь я понимаю, — прошептал он в ее волосы, — почему люди готовы умирать за любовь.

Глава 7

Рассвет наступал неизбежно, как приговор. Лидия лежала в объятиях Тариэна на их импровизированном ложе из одежды, слушая, его дыхание. Первые серые отблески света начинали просачиваться через маленькое зарешеченное окошко под потолком камеры.

Вместе с рассветом она чувствовала, как магическая связь между ними ослабевает. То, что всю ночь соединяло их сознания невидимыми нитями, медленно растворялось, как туман под солнечными лучами. Его эмоции, которые еще недавно были так же близки, как ее собственные, становились все более далекими, приглушенными.

Тариэн, должно быть, ощущал то же самое. Его рука, поглаживавшая ее волосы, замерла. Голубые глаза открылись и встретились с ее взглядом, в них читалась та же потеря и понимание неизбежного конца.

Когда первый настоящий луч солнца пробился сквозь решетку и упал золотым пятном на каменный пол, чары окончательно рассеялись. Тариэн выпустил ее из объятий и молча поднялся.

Лидия наблюдала, как он подбирает свою разорванную одежду, как натягивает штаны, застегивает остатки рубашки. Каждое его движение было точным, собранным. Снова эльфийский воин, а не дрожащий от страсти мужчина. Она тоже поднялась и начала одеваться, ощущая, как холодная реальность возвращается вместе с утренним светом.

Они одевались в тишине, избегая взглядов друг на друга. Слишком многое изменилось за эту ночь, и теперь ни один из них не знал, что сказать. Что можно сказать, когда ты провел ночь в объятиях врага и понял, что больше не можешь считать его таковым?

Когда Лидия застегнула последнюю пряжку на броне, Тариэн подошел к ней. Его лицо снова было