Операция козёл и капуста - Елена Северная

Буквально через несколько минут после ухода молодёжи во двор въехали два внедорожника. Я в это время сидела на кухне и отсчитывала капли валерьянки в стакан с водой.

— О, — Анна Марковна, услышав звук открываемых автоматических ворот, выглянула в раскрытое окно. — Соображать на троих будете? — она скептически посмотрела на бутылёк в моих руках и хмыкнула: — Пойду ещё принесу с аптечки. Этого, — кивок на валерьянку, — явно даже тебе не хватит.

Я тоже глянула в окно. По дорожке к дому шли две ухоженные дамы с решительно-зверским выражением лиц.

— Мда-а-а, — вздохнула я. — Какое редкое единодушие.

— И не говори, — согласилась Анна Марковна. — Общий враг объединяет!

— Вы о чём?

— Ну как же? — фея клацнула электрический чайник. — Теперь будете сообща Лизу грызть. Раньше ты была в двух проекциях: дочь и невестка. А теперь у них объект общий — внук, как никак.

Я нахмурилась. Что-то с этой стороны это не рассматривала.

— Ну, рассказывай! — маман кинула сумку на стул, уселась сама и вперила в меня горящие глаза.

— Не тяни! — поддакнула свекровь. — Где Александр? Почему его нет дома?

— Ты отпустила его с этой акулой? — вторила маман.

Стакан с валерьянкой выпал у меня из рук — поразительное единодушие двух свах!

— Чё на сухую сидите? — буркнула Анна Марковна. Она поставила на стол бутылку вина и три пузатенькие рюмки. — В кои-то веки собрались вместе без мужиков!

По мере моего повествования лица у родительниц становились всё мрачнее и мрачнее.

— Нет, это ж надо, а? — гневно стукнула кулаком по столу свекровь. — Весь в отца, паршивец! — провозгласила она и пояснила непонятливым нам: — Не может мимо смазливой вертихвостки пройти! Или в кровать потащит, или в ЗАГС!

— Но-но! — тут же окрысилась маман. — Я бы попросила не переносить воспоминания своей молодости на мою дочь!

На что свекровь неожиданно мечтательно закрыла глаза и мурлыкнула:

— Счастливой бурной молодости, моя дорогая!

— Так, — решительно вмешалась Анна Марковна. — Ничто не мешает вам сделать себя счастливыми и сейчас, — она кивнула на бутылку. — Налейте себе сами.

За что люблю нашу фею, так это за её характер и умение зрить прямо в корень. С одной стороны я была счастлива, что тётка мужа помогала нам по хозяйству, а с другой — жалела её. Вроде симпатичная женщина, а с личной жизнью никак не складывается. И ведь сама не хочет. Посвятила себя нашей семье. Я была благодарна, и как могла, отвечала ей дочерней любовью. Сколько она нам добра сделала! Когда Настя родилась, Анна Марковна помогала мне с малышкой, и потом, и сейчас. Настя по праву считает её родной бабушкой. Так и говорит всем:

— А у меня целых три родные бабушки!

— Наливайте, будьте как дома, — хмыкнула фея. — Я вам специально расслабляющего винца принесла.

Я сосредоточилась на названии. Этикетка гордо сияла латинскими буквами.

— Глицин, — перевела на на русский.

— О, это то, что нам нужно! — воскликнула маман. — Глицин для сердца хорошо!

— Да, вино полезно для кровообращения, — кивнула свекродушка. И сморщила носик: — А почему одна только бутылка?

— Согласна. Одной маловато, — Анна Марковна окинула нас хозяйским взором и выудила из бара ещё две.

— По одной бутылке? — удивилась маман.

— А вы валерьянки капните, для усиления эффекту, вон, Мария уже опыт имеет, — и возле каждой бутылки появилось по бутыльку с аптечным успокаивающим.

После третьей рюмки напряжение отпустило, и разговор перетёк в более спокойное и приятное русло. Я ещё раз убедилась в мудрости нашей феи-хранительницы.

Когда за окном довольно стемнело, в кухню тихонько пробралась Настя.

— А чего это вы тут делаете?

— Души бальзамируем после сегодняшнего стресса, — слегка покраснев, выдала маман заготовленную заранее версию для зятя и внучки.

— Угу, — угукнул зять, стоя в дверях. — В переводе на современный язык, доча, — бухают!

— Фу, сын, — свекровь наморщила идеальный лобик. — Не порть у ребёнка восприятие прекрасного слога!

— Угу, — пробасил он. — Нас ужином кормить будут?

— На ночь есть вредно, — выдала маман, закидывая в рот прозрачный ломтик сёмги.

Настя хихикнула и решила поддержать отца:

— Зато вкусно!

— Идите-идите в столовую, — Анна Марковна замахала руками. — Я сейчас принесу!

— А Саньки до сих пор нет! — сдала брата Настя перед тем, как покинуть кухню.

— А кстати, — тут же оживилась свекродушка. — Как же мы своего Санёчка отдадим чужой девке?

Кусочек розовой рыбки угрожающе качнулся на зубцах вилки.

А я поняла, что родительницы настроены воинственно, если за столько лет тихой подковёрной войны решили создать коалицию против одной маленькой рыженькой девочки. И присоединяться к ним у меня желания не было. Я же ведь только хотела… А что я, собственно, хотела, когда собирала группу поддержки?

Наверное, я хотела услышать от родительниц слова утешения. Мол, ничего, Машка, прорвёмся. Санёк вырос, он уже взрослый, пора перестать его опекать, словно маленького. И Лиза, в общем, неплохая девочка. Возможно, я тогда бы расслабилась и выдохнула. Но получилось наоборот. Я оказалась будто между молотом и наковальней. Называется — вызвала дьявола, и теперь удивляюсь, что в аду жарко.

— Эта девчонка не пара нашему мальчику! — вещала свекровь, пригубив очередной бокал вина.

— Не отдадим ей Сашу! — поддержала маман. — Он у нас красавец, умница, а эта — рыжая нищебродка!

Свекровь подхватила тему и начала расписывать все недостатки будущей невестки. Моей невестки! Маменька вторила ей, добавляя оскорбительные эпитеты по поводу внешности девушки и величины кошелька её семьи.

Я сидела, хлопала глазами, наблюдала за разгорающимся пожаром страстей и понимала: вмешиваться не стоит. Они меня просто напросто не услышат! Коалиция «свекродушка — маменька» создана, стратегия на завершающей стадии разработки, тактика уже определена в общих чертах. Краем глаза увидела, как Анна Марковна, открывая очередную бутылку живительного алкоголя, щедро плеснула туда валерьянки. Благодарно улыбнулась нашей фее. Ждать, что здравый смысл у родительниц проклюнется, — пустая трата времени. За десять лет они, наконец, нашли общую тему, тему, которая их объединила. Теперь родительницы рьяно готовятся выйти на тропу войны. Оставалось надеяться, что валерьянка подействует, и они угомонятся. Пойду, приготовлю гостевые спальни. За руль этим дамам сегодня точно садиться не стоит. Пусть выпустят пар. И мне надо успокоиться, до утра есть время, чтобы понять, как жить дальше.

[Александр.]

Ключи от маминой двушки обожгли ладонь. Стараясь не показать своё волнение, я благодарно улыбнулся женщине, что заменила мне мать. Отец закатил глаза — он всегда так выражает своё недоумение мамиными действиями, но промолчал на этот счёт. Только проследил, как связка из двух ключей тонет в кармане моей куртки. Проводив нас с Лизой на крыльцо, вложил в руку ключи от