Я тебе не изменяла - Светлана Багрянцева

— Буду. Конфеты, шоколад, вафли. Жаль, у нас тортика нет.

— Зубы выпадут столько сладкого есть, — захохотала бабушка.

— Подумаешь. Воспитатель сказала, что молочные выпадают и растут коренные, настоящие. Быстрее вырастут. Знаешь, бабушка, у меня уже один зубик выпал, и зубная фея принесла киндер-сюрприз утром. Он прямо на моём столе лежал. Честно-честно. Картошку я не хочу, в садике же кормили. Вот тётя Марина пирожками угощала вчера.

— Я заберу тебя в пятницу к нам и в субботу напеку пирожки. Будете с дедом объедаться.

— Ура, я иду к дедушке!

— Вот тебе конфетка. Не хочешь есть, беги играть, — Паша с улыбкой подал дочери сладость.

Малышка убежала, а он накрыл на стол и сел кушать. Мама пила чай и хмурилась.

— Не знаешь, как сваты? — неожиданно спросила она.

— Давно их не видел. Они из дома выходят утром дворы мести. В остальное время их только бутылка интересует. Их же давно с нормальной работы турнули. Ленка к ним не поедет, она с родителями в последние несколько лет знаться не хотела. Да и живут они, сама знаешь, в маленькой комнате в коммуналке.

Они с мамой ещё немного поболтали, и та ушла. Повезло, что жили в десяти минутах ходьбы друг от друга и ехать никуда не нужно. Павел забрал свой подарок, который положил на холодильник и пошёл к дочери. Тётя Лида связала для него свитер из красивой бежевой пряжи.

— Как я выгляжу, мне идёт? — Павел зашёл в зал и надел обновку.

— Ты у нас красавец. Мама бы тоже похвалила, — улыбнулась малышка.

Паша постарался улыбнуться, а у самого на душе снова открылась рана, которая теперь нескоро затянется. Он любил Лену по-настоящему, но оказалось, что она вышла за него замуж только для того, чтобы свалить из ненавистной коммунальной квартиры.

Вчера он думал, что неплохо бы отыскать любовника жены и набить ему морду. Потом отказался от этой идеи, но не потому, что струсил. Сейчас нужно сидеть тише воды ниже травы, не давать никаких поводов и лазеек для Лены, чтобы она отобрала у него дочь. Варя всё, что он имеет, кроме родителей и оставшихся бабушки и дедушки. Потерять дочку, означает, вырвать из груди сердце с кровью.

— Посмотрим мультик? — Паша присел рядом с малышкой на диван.

— Давай. Там новый про богатырей вышел. Вовка сегодня хвастал, что уже смотрел его, — улыбнулась Варя.

Павел включил телевизор, а сам время от времени поглядывал на дочку. Он просто обязан стать хорошим отцом, а по возможности ещё и маму заменить. Когда Варюша вырастет, она всё поймёт, сейчас она слишком мала, чтобы осознать, из-за чего родители расстались. Позорить перед ней Лену он не хотел, пусть лучше та будет в командировке, в таком городе, где отсутствует связь.

* * *

Елена вышла из ванной, где час валялась в джакузи с бокалом шампанского в руках. Какой же это был кайф ни о чём не заботиться, кушать в ресторане, валяться в джакузи. Вчера вечером примчался Дмитрий и остался на ночь. Утром он ушёл на работу, но перед этим перевёл ей на карту деньги.

— Увольняйся с работы одним днём. Купи себе хорошей одежды пару штук, чтобы не стыдно было надеть. Я тебя в Европе как положено наряжу. Чемодан свой позорный выкинь. Хочешь, отдай какой-то поломойке здешней, вместе с тряпьём, она будет счастлива, — заявил любимый.

С утра Лена ездила на такси в свой офис. Заявила, что уезжает из города насовсем и ей нужен срочный расчёт. Начальник ругался, но заявление подписал, сказал, что день увольнения считается рабочим днём.

— Сами работайте. У меня самолёт в три часа дня. Если через час трудовой книжки не будет, придётся меня искать, чтобы отдать её, — смело соврала Фёдорова.

Начальник был мужчина в годах, он покачал головой и дал распоряжение быстро оформить увольнение. Смотрел он при этом так, будто хотел сказать: «Прибежишь ещё на работу проситься, только кому ты нужна такая».

Лена возвращаться не собиралась, забрала документы в отделе кадров и поехала в торговый центр. Теперь она передвигалась исключительно на такси, знала, что если деньги закончатся, Димочка подкинет ещё. Любовник звонил, сказал, что не сможет сегодня приехать, заберёт её непосредственно перед поездкой. Пока она может наслаждаться свободой, что Лена и сделала, заказала шампанского в номер, нежилась в джакузи, примеряла обновки, красуясь перед зеркалом.

В гостинице был маникюрный салон, и она решила, что завтра обязательно его посетит. Теперь можно наращённые ногти, красивую причёску, да и вообще, можно всё. Ну, или почти всё.

Ларины были очень богаты. Фирмой заправлял отец, а Дима на него работал, кроме зарплаты, получая неплохие дивиденды от акций. Теперь он директор филиала, и денег будет ещё больше. В Болгарию они не полетят, а поедут на элитном авто, чтобы Дима мог и там на нём передвигаться.

— Выучусь вождению и выпрошу себе автомобиль, маленький и обязательно красный, — кружась по комнате, подумала Лена.

Она уже строила планы, хочет автомобиль, айфон последней модели и ещё… да много чего хочет. Внезапно вспомнилась Варя, Лена решила, что обязательно её заберёт, потом как-нибудь, а для начала нужно устроить личную жизнь и развестись со временем с Павлом. Неправда, что дочь оставят ему. Она мать, и её не могут лишить единственного ребёнка.

* * *

Всё-таки берёшь с собой эту финтифлюшку замужнюю? — недовольно спросил отец.

Дмитрий сидел в его кабинете и обсуждал предстоящие дела в филиале, но папа неожиданно съехал с темы.

— Я гляжу, служба безопасности у нас не дремлет, — усмехнулся Дима, — Я люблю её, пап.

— Надолго? Как Машу, Веру, Оленьку? Я даже вспомнить не могу, сколько у тебя было баб и которая дольше всего смогла подержаться за твой член. Женился, сын родился, и тоже не остепенился, встретил эту Фёдорову. Я понимаю, сынок, она красивая, но не стоит ни гроша. Оставит тебя с голым задом, помяни моё слово.

— Я дурак по-твоему? Это сейчас я ей позволил разгуляться, а потом посажу в рамки.

— Ладно, я умываю руки. Если ты считаешь, что она лучшее твоё приобретение, пусть будет так, — отец махнул рукой.

— Приобретение? — Дмитрий выгнул брови.

— Именно. Забыл, кто она? Нет, я сейчас не о её муже, там приличный человек, врач, между прочим. Я о родителях. Всегда уважал рабочих людей, кто-то и хлеб печь должен, но её родня опустилась на самое дно жизни. Она привязалась к тебе из-за денег, и ты по сути, купил её красоту