Мартовский кот и разведенка с прицепом - Лина Филимонова

Я плюхаюсь в кресло, прошу заглянувшую секретаршу принести кофе, черный с сахаром, и выдаю предварительное саммари:

– Парковка у вас, конечно, дерьмовая, заезд неудобный и места мало. Локация капец какая неудачная. Дизайн устарел, а, впрочем, он и новый был не супер. Но главное – это ноль продвижения. Вы вообще нигде не представлены онлайн. И нейминг у вас, мягко скажем, неудачный.

Во время моей речи Романыч хмурится. Кривится. Сканирует меня недовольным взглядом. По глазам вижу, что мой прикид ему сильно не нравится. И не только прикид…

Он, видимо, ожидал увидеть серьезного представительного мэна на костюме и при галстуке. А я в джинсах и косухе. На чиле и расслабоне.

И это никогда не мешало мне работать!

Но он, походу, человек старой закалки. Думает, что галстук и серьезная будка – признак наличия мозга.

– Все сказал? – раздается внезапный рык. – До свидания!

Ну старикан жжет. Вот прям так сразу меня ещё не выгоняли.

– Рано вы со мной прощаетесь. Я ещё не рассказал, что со всем этим можно сделать.

Он делает нетерпеливый жест рукой, выпроваживая меня.

– Давай, до свидания.

Походу, я слишком резко зашел.

– Я вам бизнес–план на электронку в пдф скинул, – аккуратно даю заднюю.

Ну как план… Пока только наброски.

– Чего?

Ясно. Все очень запущено.

– Секунду.

Я возвращаюсь в приемную.

– Леночка… Вы же Леночка?

Я улыбаюсь ей. Она – мне. И радостно кивает.

– Я там документик кинул на вашу рабочую почту, распечатайте, пожалуйста, и вручите Андрею Романовичу.

– Хорошо…

Надо будет ему ещё презентацию замутить. С картинками и графиками. Старперы и начальники это любят.

– Что там происходит? – рявкают из кабинета.

– Андрей Романович, я документы распечатываю… – лепечет Леночка.

– Кто распорядился?

Леночка испуганно таращится на меня.

– Я попросил, – произношу вполне миролюбиво. – Леночка просто не устояла перед моим обаянием, не вините ее.

Секретарша улыбается.

Андрей Романович рычит. Обиделся, что она слушается меня, а не его.

Я покидаю приемную, подмигнув ей на прощанье.

Походу, у нас тут классический начальник–самодур, сатрап и деспот.

Ой, да пофиг. Я и без него разберусь. На самом деле, он, скорее – помеха. Во всяком случае, на данном этапе.

Я обещал Варламу подкинуть идей и помочь старику. И я помогу.

***

Охренеть.

Она. Царица.

Стоит у входа в это самое здание, которое я только что со всех сторон, обежал, осмотрел и обнюхал.

Нетерпеливо постукивает пальчиками по своей сумочке.

Увидев меня, распахивает огромные серые глазищи. Я тоже в ахере!

– Ты… Ты меня преследуешь? – лепечет, нахмурив брови.

– Я? Это ты за мной всюду ходишь!

– Пф–ф–ф–ф! – презрительно выдыхает она.

И морщит свой симпатичный носик.

– То есть мы опять случайно встретились, – констатирую я. – Прикинь, как судьба нас сводит. А она не дура…

Царица не слушает меня, просто отворачивается.

И тут рядом с ней появляется мужик. Холеный такой, в дорогом костюме и брендовых очках. Он как будто просто материализуется из воздуха!

Нет, наверное, он откуда–то пришел. Но в фокусе моего внимания была исключительно царственная особа, и я заметил его вот только что.

Он подходит. Царица берет его под руку.

– А это ещё кто? – вырывается у меня.

– Муж.

Охренеть…

 7

Марта

Трель будильника вероломно выдергивает меня из самого сладкого утреннего сна. Так хочется остаться под теплым одеялком и понежится… Но нельзя.

Шесть пятнадцать. Пора вставать, умываться, готовить завтрак, будить детей, собирать и отвозить в садик.

Но сначала – кофе.

Я специально ставлю будильник пораньше, чтобы спокойно выпить чашечку в тишине. Десять с половиной минут наедине с собой перед суматошным днем…

– Ален, вставай.

– Я встаю, – бормочет дочка.

– Ты лежишь.

– Я встаю! Просто очень медленно.

Ванюша уже чистит зубы, а наша принцесса всё ещё не может открыть глаза. И так каждое утро.

Я щекочу ей пяточки. Она хихикает и брыкается. Но зато проснулась!

Мы с Ваней уже сидим за столом, а Аленка всё ещё копается. Заглядываю в спальню.

– Это плохие колготки! – кривится она.

– Нормальные.

– Они меня не любят! Они колятся!

– Давай возьмем другие.

Аленка вздыхает, но соглашается. Под другие колготки приходится надеть другую юбочку. Эта, оказывается, не подходит. Аленка у меня та ещё модница!

На столе стоит миска с морковью, нарезанной брусочками. Вообще, мои дети не едят морковь. Ни натертую, ни в салате, ни в форме красивых звездочек. Но мы недавно были в ресторане, и там в качестве комплимента принесли морковные брусочки с кунжутным соусом. Так они чуть не передрались!

Теперь я так же нарезаю морковь дома. С Ваней это работает. Аленку же такими трюками не проведешь.

– Если я буду есть много морковки, я буду видеть в темноте? – спрашивает сын.

– Конечно! – с энтузиазмом произношу я.

Врать детям нехорошо. А есть овощи – хорошо! Так что мне не стыдно.

Я уже опаздываю на работу, но все никак не могу припарковаться у детского сада. Все занято, машины подъезжают непрерывным потоком.

У многих за рулем папы, они притормаживают у ворот, мамы с детьми выскакивают из машин, и папы едут дальше.

У нас папы нет. А детей двое. Я не могу выбросить их на ходу!

Я остановилась чуть ли не за километр от сада. Тороплю детей – но получается только хуже. Аленка потеряла варежку в машине, приходится ее искать. Ваня уронил шарф на грязный асфальт и наступил на него.

– Стой! Не двигайся! – кричу я.

Рядом дорога, я ищу варежку, а он скачет, не может устоять на месте.

– Мам, ты чего такая злюка? – обиженно дуется он.

– Просто стой на месте.

Наорала на ребенка… Стыдно. До идеальной мамы мне очень далеко.

Все. Нашла варежку. Дала запасной шарф. Отвела. Села в машину. Выдохнула.

А мне уже сигналят сзади. Освобождай место!

***

В обед звонит бывший муж, Никита. И сообщает:

– Сегодня еду к твоему отцу.

– Он всё ещё хочет продать долю?

– Да. Но я ему это категорически не советую.

– Поехали вместе, – вздыхаю я.

В лучшие времена отец вложился в бизнес Никиты – он занимается поставками медицинского оборудования. И сейчас