Цветочный код, или Попаданка для дознавателя - Ольга Михайлова

— Приятно познакомиться, леди Дусильда. Обязательно загляну к вам, как откроетесь. Сейчас же я спешу по долгу службы, берегите себя. — Мне подарили лучезарную улыбку, коснулись руки, точнее, только пальцев, а после направили лошадь вперёд. Теперь вороной шёл спокойным шагом, хоть и продолжал недоумённо всхрапывать.

— Ты совсем спятила? Это же главный дознаватель! Доверенное лицо принца! — Опять это шипение сзади! А «лицо», пусть и доверенное, весьма симпатичное. Долой мысли о первых встречных. Пришлось резко сделать шаг вперёд и развернуться, чтобы поблагодарить спасителя.

— Благо…дарю. — Передо мной стоял щуплый мальчишка, не старше одиннадцати лет. Долговязый, одежда с чужого плеча — велика и потрёпана. Волосы взъерошены, да к тому же их давненько не мыли. Скорее предположу, что он блондин. А вот глаза у мальчишки были разного цвета — гетерохромия. Зелёный и голубой блестели азартом и предвкушением развлечения за мой счёт. Надеюсь, это не местный воришка.

— Вы откуда такая, госпожа? Под копыта прыгаете, дознавателю дерзите. Кстати, видела, как он на тебя смотрел? Это Сандро Бо Хиллс. — Мальчишка смешно утёр нос рукавом и подтянул штаны, повязанные обычной верёвкой. Бедный ребёнок!

— Я не прыгала под копыта. Это он летел, как ошалелый! Никаких Бо Хиллсов не знаю. Я в городе недавно, вот! — Последнее слово я произнесла с достоинством королевы и поспешила продолжить изучение местного рынка, разворачиваясь на пятках своих туфель и отряхивая платье.

— Ещё и неблагодарная! Так и спасай этих приезжих. — Разочарованный голос мальчугана попал в цель. Совесть уже успела наступить на горло, неприятно напоминая, что паренёк действительно спас мне жизнь, но как исправить ситуацию? Пришлось повернуться и натянуть улыбку пошире.

— Я — Дусильда. Как твоё имя, спаситель? — В глазах снова блеснул огонёк, но недоверие проявилось в наклоне головы.

— Я слышал ваше имя. Я Марк Аврелий.

— Ух ты! Какое у тебя необычное имя! — Не соврала. Ведь я его встречала в давних учебниках истории, когда изучали римлян. Кажется, это был император, и достаточно неплохой.

— Это да. Так, что, как вы хотите меня отблагодарить за спасение жизни, госпожа? Не откажусь от награды!

— Спасибо за идею. Ты завтракал? — Я была не прочь узнать, где здесь трактир, кафе или просто кондитерская.

— Ха! Да я ещё даже не ужинал! — Марк снова шмыгнул и опустил глаза. Да, не дело это.

— А чего так? Дома не кормят? — Сказала и не подумала. Бывает.

— Может, и кормят, не знаю. У меня дома нет. — Я рот от удивления открыла. Ребёнок же совсем!

— Я на голодный желудок плохо соображаю. Ты знаешь место, где можно недорого позавтракать? И чтобы там чисто было. — Глаза парня загорелись, и он радостно кивнул.

— Идём, госпожа Дусильда! Марк Аврелий плохого не посоветует! Я здесь всё знаю!

С одной стороны, парень не вызывал доверия, а с другой — есть возможность расспросить местного жителя обо всём, что может пригодиться. Да и жалко его. Не вижу здесь очередь из желающих накормить голодающего.

— Бесплатный совет, госпожа, — Марк наклонил голову и понизил голос, — никому больше не говорите, что вы не слышали о Бо Хиллсе!

Глава 8

Узкая мощёная камнем улочка, по которой мы шли, постепенно расширялась, выходя на небольшую площадь. Здесь было достаточно оживлённо, несмотря на утро. В центре стоял миленький фонтан с потускневшей от времени статуей какого-то дракона, а вокруг ютились лавки и заведения с вывесками поскромнее, чем на главной улице. Интересно, почему именно дракон? Запахи свежеиспечённого хлеба, жареного лука и чего-то сладкого витали в воздухе, заставляя мой желудок предательски заурчать. Марк удивлённо поднял брови, а потом сразу же выпалил:

— Вот здесь! — Он гордо ткнул пальцем в сторону небольшой двери с аккуратной вывеской: «Харчевня». — Лучшие расстегаи в округе! И тётя Мина моет полы каждый день, там чисто, госпожа!

Я лишь скептически приподняла бровь, но решила довериться. В любом случае не знаю никого. Дверь открылась без скрипа, полумрак внутри заставил сначала проморгаться. Здесь было уютно: деревянные столы и лавки с подушками. Это плюс, значит, о клиентах заботятся. На стенах — пучки сушёных трав и глиняные кувшины. Декор скромный, но это лучше, чем ничего. Запах дрожжевого теста и мёда окутал меня, как нечто родное и мягкое, и это, надо признать, приятное чувство. Заведение располагало к себе всё больше.

— О, Маркуша! Опять еду пришёл выпрашивать? — Из-за стойки появилась круглолицая женщина с седыми волосами, собранными в тугой пучок. Её глаза сразу же переключились на меня, и в них мелькнуло любопытство. Краем глаза отметила смущение парня.

— Я сегодня не один, тётя Мина! — мальчишка важно выпрямился. — Это госпожа Дусильда, цветочница. Она хочет позавтракать. — Молодец, Марк, быстро нашёлся что сказать.

— Цветочница? — Женщина улыбнулась. — А у нас как раз свежий чай с лавандой и мёдом. И пирожки только из печи. Присаживайтесь, я мигом. Тётя Мина скрылась за дверью в кухню, мы же с Марком выбрали столик у окна. Мягкая и чистая подушка, наполненная соломой, приятно пружинила под моей пятой точкой, а в окне хорошо просматривалась площадь.

Отодвинула занавеску, но не успела спросить у Марка про фонтан, потому что перед нами появились тарелки с золотистыми пирожками, миска душистого мёда и кувшин с чем-то тёплым и пряным.

— Это лавандовый чай, — пояснил Марк, наливая мне. — Тётя Мина сама его делает.

Я откусила кусочек пирожка — начинка оказалась яблочной, с лёгкой кислинкой и корицей. Вкус был настолько хорош, что я чуть не застонала от удовольствия. Что голод с людьми делает! Кивнула парню, чтобы не сидел просто так, а помогал расправиться с пирожками. В голове скользнула мысль, что я не спросила цену. Даже кончики пальцев закололо.

— Марк, — начала я, откладывая вилку, — я не спросила про цену. Сколько будет стоить наш завтрак?

— Так десять медяшек. Или у вас денег нет? — Марк даже побледнел. А я с улыбкой выдохнула. На золотой в месяц ноги не протяну.

— Наскребу, не бойся. Ты сказал, что у тебя нет дома. Где ты обычно ночуешь?

Он пожал плечами, стараясь выглядеть беззаботным, но я заметила, как его пальцы сжали ручку глиняной чашки.

—