Развод. Беги от меня - Руфина Брис

Опуская голову, капаю слезами себе на колени. Еле слышно, заканчиваю:

- Так сильно тебя любила. Как же ты мог...

Между нами повисает молчание. В груди всё сжалось. Я не смотрю на мужа. И не знаю, чего я сейчас на самом деле хочу. Может, чтобы он обнял меня и сказал, что любит, как и прежде? Что мне всё показалось, приснилось, привиделось. Или чтобы он отвёз меня домой. Или просто отпустил.

Но Эльдар реагирует иначе.

Жёстко, хрипло, с напором цедит сквозь зубы:

- Ты останешься здесь, пока не передумаешь.

Разворачивается и выходит из комнаты. Я ошарашенно пялюсь в захлопнувшуюся дверь.

Через несколько минут на улице заводится автомобиль. Я выбегаю на балкон и вижу, как Эльдар открывает с пульта ворота, возвращается за руль и резко срывается с места.

Глава 7

Первое впечатление от случившегося - шок. Что это значит, "останешься здесь"? Я заложница? Растерянно оглядываюсь. А где мой телефон, интересно? Я сейчас просто полицию вызову сюда. Надо только адрес узнать. Прохожу по комнате, попутно заглядывая во все ящики, под кровать. Так, телефона нигде не видно. Сердце испуганно колотится.

Пожалуй, надо осмотреться. Выхожу из комнаты в довольно широкий коридор со светлыми стенами и высоким потолком. Тёмно-коричневый паркет поскрипывает под ногами. Спускаюсь по лестнице в просторную гостиную, в центре которой стоит мягкий угловой диван тёмно-бежевого оттенка. Перед ним невысокий, но массивный столик из дерева, на котором я замечаю вазу с букетом свежесрезанных алых азалий. С потолка низко свисает люстра в виде крупного белого цветка розы.

Правая сторона гостиной оборудована под кухню. При взгляде на длинный обеденный стол в моём животе заурчало. Боже, я так проголодалась... Пусть я похищена, но завтрак - самый важный приём пищи. Его нельзя пропускать. Решительно направляюсь к холодильнику, раскрываю дверцу. Что тут у нас?

Сначала я приготовила омлет, напекла шоколадных оладушек и сварила кофе. Позавтракав, попробовала выйти на улицу. Дверь оказалась заперта. Глупо, конечно, со стороны Эльдара надеяться, что я со своей комплекцией в сорок пять килограмм не смогу выбраться через окно. И я обязательно это сделаю, но на всякий случай сварю ему обед. Он, наверное, уже забыл вкус домашней еды. Следующие полтора часа я старательно варила щи, запекала курицу и резала салат.

Всё готово. Я мою и вытираю вафельным полотенцем руки. Присаживаюсь на дорожку. И с удивлением понимаю, что просто тяну время. Мне так хочется увидеть Эльдара ещё раз, хоть одним глазком. Вчерашний вечер и сегодняшнее утро что-то изменили во мне. Всколыхнули эмоции. И больше я не чувствую себя сильной, решительной, независимой. Меня разрывает на части. Я обижена, надломлена, но безумно влюблена. И если бы муж сейчас просто признался во всём и попросил дать ему ещё один шанс, я бы с готовностью согласилась. Наверное, мучительно трудно простить измену, но я бы очень постаралась. Только бы он повёл себя, как мужчина, осознающий свою ошибку.

Но вряд ли, ведь наш диалог несколько часов назад был странным. Эльдар совершенно не походил на мужа, умоляющего о прощении. И поэтому сомнений быть не может. Я всё-таки уйду. Решительно поднимаюсь, открываю панорамное окно и выпрыгиваю во двор на мягкий газон.

Ворота закрыты. Но я точно знаю, что в большинстве загородных домов есть запасной выход. Где-то на заднем дворе, возможно. Надо только найти его. Я решаю обогнуть участок по периметру, сворачиваю за угол дома, в сторону беседки. Делаю несколько шагов и вдруг слышу угрожающее рычание. Оборачиваюсь. Прямо на меня горящими глазами смотрит сидящая на каменной дорожке, чёрная овчарка. Она медленно поднимается на лапы, чуть пригибается к земле, приподняв шерсть в районе холки, и угрожающе оскаливается.

- Мамочки, - взвизгиваю я и, в момент оценив расстояние до ближайшего укрытия, со всех ног рву к небольшой беседке. Слышу за собой заливистый лай.

Не знаю, как это получилось, но через несколько ослепляющих и оглушающих мгновений, я уже сижу на крыше, схватившись за конёк, и дрожащим голосом пытаюсь прогнать собаку:

- Фу, фу, уйди, ведьма чёрная. Что тебе надо от меня? Вон, смотри, кошка, кошка.

Но собака мне не верит и на провокации не ведётся. Она просто усаживается напротив. Замерев, не сводит с меня глаз.

Сколько я пробыла наверху, трудно сказать. Мне казалось, что долгие, утомительные часы. Тень от беседки ощутимо продвинулась в сторону, и собака с облегчением укладывается на травку и прикрывает глаза. Я, кажется, тоже начинаю дремать, несмотря на неудобную позу и боль в ладонях. Вдруг раздаётся шум автомобиля и лязг открывающихся ворот.

Встрепенувшись, зову:

- Эльдар, это ты? Помоги мне! Спаси, пожалуйста!

Через пару секунд из-за угла выскакивает взволнованный муж. Увидев меня на крыше беседки, застывает в недоумении.

- Ты зачем туда залезла?

Переводит взгляд на собаку, которая, услышав его, поднялась на лапы и завиляла хвостом.

- Поняяяятно, - тянет он и командует, - Чара, ко мне.

Она, недовольно покосившись на меня, отправляется к Эльдару, обходит его за спиной и садится рядом.

Он берёт собаку за ошейник и усмехается, глядя мне в глаза:

- Сбежать хотела?

Отрицательно машу головой:

- Нет, погулять просто, а она тут...

Эльдар отводит Чару в вольер, запирает и возвращается ко мне, протягивает руки:

- Прыгай, ловлю.

Легко сказать. Осторожно скатываюсь покряхтывая. Прямо Эльдару в объятия. Он придерживает, опускает медленно, медленно, медленно на землю, нахально не давая расправиться платью. Оно задирается до талии. Я разворачиваюсь.

- Даже не пытайся уйти, не пущу.

Я начинаю задыхаться от низкого голоса, властных интонаций, от потемневшего взгляда. Заторможенно порхаю ресницами, ощущая снова горячие губы мужа на своих. И почти теряю сознание оттого, как он с тихим шипением хищно прижимает меня спиной к стене беседки, закидывает мою ногу себе на пояс и сдвигает в сторону мои трусики.

Глава 8

Он проникает в меня двумя пальцами. Я издаю обиженный стон. Затылок, шея и руки усыпаются мурашками. В ноги бьёт слабостью, не падаю только благодаря тому, что Эльдар удерживает меня. Муж толкает в меня пальцы, ещё и ещё, а я коротко и судорожно дышу. Чуть отстранившись, он с жадным интересом рассматривает моё лицо. Его