Хозяйка острова. Мама для дочери дракона - Лина Калина

— Что значит уходи?!

— Не пущу. Никаких распоряжений от доктора не поступало.

— И зачем я, по-твоему, сюда приехала?

Он пожал плечами. Его движения были медленными и неторопливыми.

— Ну-у-у, посмотри наши местные красоты и убирайся. — С этими словами он закрыл ворота на засов и, повернувшись ко мне спиной, зашагал по дорожке к дому.

— Вот. — Я порылась в рюкзаке, вынимая заметки и всё, что у меня было о приюте.

— Прямых распоряжений не было, — донёсся его бодрый голос.

— Но там Ося… моя кошка… — растерянно пробормотала я. — Ося! — позвала её, но кошка не вернулась.

Топнула ногой, ощущая разочарование. Сегодня был понедельник, и вернуться в город можно было только в воскресенье. Я застряла здесь, запертая в этом «неповторимом» месте. Ещё несколько минут простояла у ворот, в надежде, что артефактор передумает.

— Ну, класс, — пробормотала с иронией в голосе, обращаясь к пустоте. — И где же мне провести эту ночь? На дереве? — Я взглянула вверх, на густые кроны. Не в дырку же, как Ося лезть.

Но, самое глупое, что я сделала — не подумала о еде. Вот воду взяла… В подтверждение своих мыслей, живот предательски заурчал, напоминая о необходимости обеда.

Глава 5. Обед с устрицами: кулинарное приключение

Немного побродила у плетёного забора, но в итоге вернулась в лес в поисках чего-нибудь съедобного. Меня окружали деревья, отливая прохладной тенью на пути. Я осматривала экзотические фрукты, но не решалась их пробовать. А вдруг они ядовиты?

— Кажется, видела на пляже ракушки. М-да, в качестве еды это, конечно, так себе… — задумалась я. Но голод победил. Знакомых фруктов поблизости обнаружить не удалось, поэтому пришлось топать на пляж.

Продвигаясь вперёд, я ощущала солёное дыхание океана.

Наконец, вышла из зелёного покрова тропического леса. Передо мной расстилалась бескрайняя водная гладь, переливающаяся всеми оттенками синего под широким, бесконечным небом.

Каждый шаг оставлял глубокий след в мягком, белом песке. Собирая ракушки и морские улитки, я складывала их в подвёрнутую футболку. Разнообразие форм и размеров было удивительным: я выбирала только те, что казались подходящими для еды.

Набрав приличное количество, остановилась и высыпала находки рядом с будущей «печкой». Всё это, хорошо, но… Как готовить без кухонных принадлежностей или даже самой простой посуды?

Надо бы найти сухие ветки, листья и камни. Я, конечно, не эксперт в выживании, но придётся научиться разжигать огонь.

Собрав всё для костра, я сваливала «сокровища» в кучу. Затем, используя камни, обустроила примитивную печку, чтобы предотвратить распространение искр и огня по пляжу.

Ударила один камень о другой и… Ничего. Пробовала снова. И снова.

Несмотря на все мои старания, разжечь костёр не удавалось. Искры либо не возникали вовсе, либо были слишком слабыми, чтобы поджечь сухие ветки.

— Эх, Тома. — пробормотала себе под нос. Села по-турецки на песок и подпёрла голову руками. — Видимо, придётся голодать... Нужны другие камни? Более плоские? Здесь слишком влажно? Ветки недостаточно сухие?

Влипла так, влипла! Чувствовала себя Робинзоном Крузо. Ни дома, ни еды.

После десяти минут размышлений решила поискать другие камни и ветки, но взгляд упал на широкие листья пальмы, росшие неподалёку. Они были идеальны — большие и крепкие. Подойдя к пальме, аккуратно отделила один из листьев, удивляясь его естественной гладкости и форме, похожей на тарелку.

Побродив у края леса, раздобыла немного сухой травы. Наконец, со своими находками вернулась к костру.

Словно собирая головоломку, я по-разному укладывала ветки, чтобы обеспечить доступ кислорода. Всё это дело присыпала сухой травой и попробовала другие камни, более плоские, ударив их друг об друга.

Искра сразу вспыхнула.

Ветки затрещали, и костёр ожил, разгораясь всё ярче, освещая пляж тёплым светом.

Ой, как я устала, ползая у веток на жаре! Плюхнулась на песок. Живот снова уныло урчал.

Я даже боялась подумать, где мне придётся спать, если уж поесть — целая история.

— Хочу в Алариэль, — прошептала я, уныло посмотрев на собранные улитки и ракушки, — в уютную, удобную квартиру доктора Мистралла.

Первым делом морские дары нужно было очистить.

Сетуя на судьбу, я воспользовалась острым камнем, чтобы аккуратно извлечь моллюсков из их раковин, стараясь не повредить нежное мясо. Очищенные моллюски я промыла в солёной морской воде, чтобы избавиться от песка и других мелких частиц.

Для приготовления я выбрала самый простой и древний метод — жарка моллюсков на раскалённых камнях, которые я разложила вокруг костра. Камни быстро прогрелись, и я осторожно разместила моллюсков на их поверхности. Через несколько минут под крышечками ракушек и улиток начал подниматься аромат, наполняя воздух морскими и свежими нотками.

— Кто молодец? Я молодец! — потирая руки в предвкушении, заметила, как готовка не заняла много времени. Когда моллюски приобрели золотистый и хрустящий вид, я сняла их с камней и переложила на широкий лист пальмы.

Пока возилась с приготовлением, солнце начало клониться к закату. Наблюдая за покрасневшим небом, я пробовала свой ужин. На удивление, вкус оказался невероятным — сочетание морской соли и дымного аромата от костра превратило эти простые дары в ресторанное блюдо.

Запив обед, который плавно перетёк в ужин, чистой водой из рюкзака, поняла: пора искать место для ночлега. Решив попробовать вернуться к приюту, я отправилась в путь, насвистывая мелодию.

Внезапно уши поразил шум падающей воды. Странно, рядом с приютом я ничего подобного не помнила. Подтверждая свои догадки, вскоре вышла к водопаду.

«Наверное, ошиблась? — подумала я. — Пошла не в ту сторону?»

Хрустальная вода падала с высокой скалы, образуя бурный поток, который с шумом и брызгами обрушивался вниз. Окружающий ландшафт придавал этому месту особенное очарование: водопад вливался в озеро, чья поверхность в точках удара воды оживала искрами и пеной. Берега озера плавно сливались с каменистыми отмелями.

Воздух здесь наполнен чарами. Солнечный свет, преломляясь в миллионах водяных капель, рисовал необычное зрелище — радугу, отличную от привычных небесных дуг после дождя. Эта радуга казалась гуще, будто была сделана из мягкого, дрожащего желе, которое лениво двигалось в воздухе, создавая впечатление, что её можно не только увидеть, но и потрогать.

Поддавшись внезапному порыву любопытства, протянула руку к волшебной радуге. Как только я её коснулась, на ладони осталось нечто вязкое и липкое, напоминавшее мёд, но без его приятного аромата. Подумав, что это может быть вкусно, я инстинктивно облизнула палец.

— Фу, какая мерзость! — я закашлялась и струсила жижу в озеро. Тут же сняла рюкзак, чтобы достать из него бутылку с водой. Набрав жидкость,