Хочу тебя купить - Элен Блио

Господи, какой стыд, и как же это ужасно!

Ужасно всё. Весь этот день ужасен. Всё, что случилось со мной в последнее время ужасно.

И мне очень хочется плакать, болит голова и у меня просто больше нет сил, я стараюсь прикрыть обнажённое тело руками, но даже этого не могу сделать нормально.

— У-уйди… те… По… пожалуйста…

Какая я, наверное, жалкая. И так обидно!

Просто треш.

Какая-то карма, злой рок надо мной! Почему именно так? И… именно перед ним?

Евгений Руденский. Господи…

— Тише, малыш, успокойся. Чего я там не видел? Глупенькая. Иди, давай, сюда.

— Н-не… не надо…

От боли и стыда я закрываю глаза. Чувствую, как меня окутывает что-то теплое, мягкое и приятное. Полотенце.

Он завернул меня в полотенце, а потом подхватил под попу и понёс.

Если я не умру от мигрени — умру от стыда.

И что будет, когда Руденский узнает кто я?

Он ведь знаком с отцом, это однозначно. Они не приятели, но точно пересекались. По работе.

Я тоже видела Евгения на паре мероприятий, куда пускают далеко не всех.

Руденский, конечно, не папиного уровня, чуть скромнее. Если папа ворочает миллиардами и давно, то Евгений миллионами и относительно недавно.

Но всё равно. Богат. Умён. Красив.

Всё как я хотела.

Господи, о чем я думаю? Это какой-то полный кринж. Фейспалм. Хочется спрятаться, залезть под плинтус.

— Тише ты, пугливая, как целка. Ничего я тебе не сделаю. Пока. Потом… — он делает паузу, и я чувствую, как во время этой паузы он дышит, вдыхает аромат моих волос. Или мне кажется? — Потом посмотрим. Ложись.

Руденский опускает меня на постель и тут я чувствую… Боже… чувствую его… да… это же не может быть что-то другое? Ну, если только он не кабачковый маньяк и не носит в штанах цуккини размером с… цуккини.

Он возбуждён!

Причём, насколько я могу понять, а понять я могу не так много, потому что мой спаситель прав, предположив, что я целка — фу как грубо! — так вот, насколько я могу понять, это не банальная физиология.

Ох уж эта физиология! Не так давно моя подруга Евангелина рассказывала, как мой отец рядом с ней тоже постоянно был возбуждён. Она ему нравилась, но он считал, что для него Ева табу. Но при этом… Боже, так странно слышать это про своего отца, но тем не менее! Он отшучивался, говоря Еве, что у него просто физиология. Как у любого мужчины, который видит симпатичную девушку.

Так вот! Нифига это у папы была не физиология! Он хотел мою подругу, мечтал о ней и… получил! Да!

А Руденский? Получается он тоже… хочет?

Вот только… не уверена, что он попросит у меня разрешения…

Глава 12

Да, давно у меня так башню не срывало. Капитально просто. Или это сказывается банальный недотрах?

Может и он.

Но то, что девчонка хороша — тут, что называется, без вариантов. Очень хороша.

Ладная фигурка, точеная, аккуратная, эти глазищи огромные, миндалевидные. Губы… пухлые, но явно не видевшие иглы косметолога. Причём, я нормально отношусь ко всем этим женским апгрейдам, ну, некоторым, реально надо в себе что-то подшаманить, просто для повышения самооценки. Губки там, носик, реснички накладные сделать. Ну, хотят куколки быть похожими на Барби, почему бы и «да»? Пусть. Без треша, конечно, без свистка на пол-лица.

Моя Жасмин вся натуральная. Может, конечно, еще не успела. Не накопила.

Но я бы ей и не советовал. Её «а-ля натюрель» смотрится круче любой силиконовой долины.

Моя Жасмин… Я, конечно, совсем уже ох*ел от того, что происходит в моей жизни в последний час. Но сделать эту куклу своей не отказался бы.

Конечно, не тогда когда она в таком состоянии.

Правда, вижу её голенькую в ванной и понимаю, что взял бы и такую. Просто чудом каким-то сдержался. В горле пересохло.

И злость опять взяла.

На мажора этого долбанного, который её из машины выкинул. Сука!

А если бы меня не было? Что бы с ней сделали эти обдолбанные малолетки? Притащили бы в хату, где еще таких же десяток, и оприходовали бы хором во все дырки? Хорошо бы, если бы живую оставили. А то читал я недавно историю, как такие вот недоросли заказали проститутку…

Фу, бл*… вспоминаю и тошно.

Оборачиваю малышку в полотенце, вытаскиваю из ванны. Легкая как пушиночка. Ойкает, постанывает и дрожит.

Боится меня? Так тонко играет наивность. Может, и не болит у неё никакая голова? Может это просто удачный спектакль? Я усну, а она мне тут еще дом «обнесёт», правда, выносить особенно нечего. Разве что мой бумажник с карточками и телефон, в котором приложения разные важные.

Бл*дь, Руденский, о чём ты думаешь? У тебя в руках сладкая малышка, а ты… Вдыхаю аромат кожи, свежестью пахнет, её сладким телом, без всяких примесей. Так нежно! Так бы и вылизал всю, начиная от кончиков пальчиков, заканчивая… Ох, твою ж мать, стоил только подумать и член еще больше напрягается.

Соски у неё такие темные, ареола небольшая аккуратная, так и хочется взять грудочку в рот, пососать… Бл*…

Опускаю девчонку на кровать, слышу испуганный вздох, который она сдержать не может — это кроха почувствовала мой стояк. Ну что ж… не думаю, что ей впервой. Просто… понимаю, в этом состоянии, если у неё реально мигрень. Врач будет ехать еще как минимум час.

— Потерпи, малыш, скоро доктор приедет.

— Док… зачем?

— У тебя же голова болит?

— Д-да… — вижу, что её трясёт, боится чего-то? — Но… я… мне надо позвонить, дайте, пожалуйста, телефон.

Ага, телефон. Еще чего! Чтобы навела на меня своих сутенёров? Не знаю, откуда в моей голове такие мысли, но этой куклёне я совсем не доверяю. Что-то в ней есть, что меня смущает. И провоцирует.

Такая органичная наивность и невинность вдруг появилась. Как будто не её клиент из машины выпихивал, как будто не к ней пьяные придурки клеились, она еще так спокойно пережила то, что её ударили, словно с ней это не в первый раз.

А сейчас — словно другой человек. Умылась, и стала девственницей?

Умно, конечно. Но я в такие игры давно не верю. Если хотите — личный печальный опыт переобувания в воздухе некоторых дам. Когда сначала мы бежим трахаться с богатым папиком, а потом обратно роняя тапки, истошно крича — ничего не было милый, только один